Предел — 2 часть

— Джон, если... если ты устал от меня, то...

— Перестань, — голос Джона стал чуть громче, о чём он сразу пожалел, заметив, как младший вздрогнул. — Я рядом. Прошлая ночь была исключением, хорошо? Прости меня.

— ...Почему ты ничего мне не рассказываешь?

— В каком смысле?

— Ты всегда такой уставший... И только и делаешь, что молчишь. И вообще... — Крис снова захныкал, не успев закончить мысль.

— Ты же знаешь, почему я не говорю о многом.

— Не знаю.

Джон мог бы легко найти объяснение, не выдавая правду, но каждое слово наверняка ударило бы по Крису ещё сильнее. Он замолчал на пару секунд, но этого хватило, чтобы младший расплакался с новой силой. Разница была лишь в том, что, в отличие от состояния год назад, теперь ему было стыдно плакать.

— Ты через многое проходишь, Крис. Поэтому я не хочу нагружать тебя ещё сильнее. Ты очень сильный.

— Но я хочу знать. Ты всегда заботишься обо мне, так почему... — каждое слово сопровождалось новым всхлипом.

— Я твой старший брат, Крис. И я не хочу делать тебе больно.

— Ты хочешь сказать, что я чувствительный?

— Ты чувствительный. Но в этом нет ничего плохого. Ты сильный, слышишь? Посмотри на себя. Ты уже через столько всего прошёл.

— Я не чувствую себя сильным...

Джону пришлось взять Криса за щёку, несмотря на сопротивление, и повернуть к себе. Он принялся осторожно вытирать его слёзы, чтобы тот мог видеть. И как бы ему ни было противно от самого себя, вся эта ситуация действовала ему на нервы.

— Я не хочу быть обузой...

— Крис, не думай так о себе.

— Тебе и так трудно, и тут ещё я...

— Заботиться о тебе — моя обязанность.

— Ты только из-за этого меня терпишь? Это из-за меня тебе так плохо?

Младший совершенно отказывался слушать. Джон тяжело вздохнул — и это стало очередной ошибкой, потому что после этого Крис попытался слезть с него, отмахиваясь от его рук. Он всё продолжал и продолжал говорить, но старший уже не слушал, лишь прижимал его как можно ближе к себе. Ему нужно время. И куча извинений. Но он справится, даже если с каждым днём это становилось всё труднее. Даже если сама причина, по которой он вообще пытался справляться, сейчас не могла просто взглянуть ему в глаза.

К тому моменту, как Крис перестал дрожать, недоеденная курица на столе уже остыла.

— Мне всё равно, где ты их возьмёшь, слышишь?

— Да прекрати уже... Деньги будут, понятно?

— Как ты мог так проебаться? — Джон сжимал телефон настолько сильно, что удивлялся, как тот ещё не треснул. Нельзя его ломать. Это личный телефон. — Ты издеваешься надо мной? Что значит «перепутал»?

— Сумки лежали рядом, я банально...

— Кто учил тебя маркировке? Где тогда нужный товар?

— Я отдам деньгами, клянусь!

— Всё, не еби мне мозг. Поговорим лично.

— Что? Нет, погоди —

Джон сбросил звонок, и человек не успел договорить. Он снова совершил ту же ошибку: снова выехал на собственной машине с закрытыми номерами в другую часть города и снова оставил Криса одного посреди ночи. Холодная злоба не давала ему покоя. Он изначально знал, что рисковать, участвуя в наркобизнесе этого города — идея откровенно ужасная, но иного выбора не было. Теперь, когда его подставили, действовать нужно было быстро. Очень быстро. И с этим, конечно, шли свои риски. Его трясло от осознания всей опасности. Потраченные деньги, репутационные потери, возможность попасться. Каннабис вместо необходимого товара — это просто смешно. А теперь он в своём автомобиле, с личным телефоном, ещё и Крис дома один. Что, если у него сейчас кошмар, а Джона опять нет рядом? Ещё одна причина, почему справиться с этим нужно было как можно скорее. Ему ужасно хотелось курить, и он не уверен, было ли это его желанием или реакцией организма на всё происходящее.

Каждый день ему хотелось просто сдаться. Эти мысли доходили до абсурда, но он всё равно не давал себе погрузиться в них, потому что иначе точно сошёл бы с ума. Но сейчас, облокотившись на окно машины и пытаясь не вдавливать педаль газа в пол, размышления сосредоточились только на этом. Джон безостановочно оглядывался, смотрел куда-то по сторонам, не мог найти хотя бы одно комфортное положение. Удивительно, что он вообще так долго держался и как-то выживал в этом чёртовом разуме, с этим слишком резко бьющимся сердцем. С каждой секундой это становилось всё труднее.

До точки назначения оставалась одна минута. Он как-то нервно смотрел на дорогу, заезжая в знакомый гаражный район. Недолго думая, он бросил машину на месте и выскочил из неё. Как только фары погасли, вокруг воцарилась сплошная темнота. Тихо, никто не бежит — это главное. Джон быстрым шагом направился к нужному месту. Несмотря на уличную жару, он чувствовал лишь холод, что усиливался с каждым пройденным шагом. Наконец, заглянув за угол, он увидел гараж с открытой дверью, который выглядел так, будто из него с минуты на минуту кто-то выбежит. Этого Джон позволить не мог.

Он подбежал к проёму и облокотился на его верхнюю часть рукой, чуть заваливаясь внутрь. Грязное, абсолютно дешёвое место, пахнущее плесенью и химией. Он наблюдал за тем, как мужчина внутри, гораздо старше него, в панике собирал вещи со стола. Видимо, он был настолько не в себе, что даже не услышал чужого бега.

— Эй, — спокойно окликнул его Джон. — Поговорим?

Тот замер на месте, но тут же зашевелился. Если раньше он сидел на корточках, стягивая вещи в мешок, то теперь встал и уставился на него то ли злобным, то ли испуганным взглядом. Мужчина средних лет, ничем не примечательный, без зависимостей и с единственной судимостью. Кто бы мог подумать, что он уже как год сбывает наркотики по Денверу. И что у него, судя по всему, были какие-то грандиозные планы, в которые остальные участники сделки не входили.

— Слушай, Эбботт, — он нервно переступил с ноги на ногу, а голос стал заметно жёстче. — Уходи по-хорошему.

— Уходить? — Джон сделал один шаг вперёд.

— Я же сказал, я всё верну заказчику.

— Нет. Ты всё вернёшь мне. Прямо сейчас.

— Ещё чего...

Он снова не успел договорить — только на этот раз из-за кулака, прилетевшего ему в лицо. Тот отшатнулся на шаг, потирая место удара, и болезненно согнулся. К этому Джон не был готов.

Он ожидал, что всё может кончиться насилием, но не думал, что сам начнёт драку. Что-то просто заставило его сделать это, а он не успел даже подумать. В глазах обоих читался шок.

— Чё за херня, Эбботт?!

— Объяснись.

— Я уже всё сказал!

Ответного удара ждать не пришлось. Боль резкая, но терпимая — противник ударил в плечо, и хоть Джон пошатнулся назад, он успел вовремя среагировать. Прежде чем тот успел выбежать, он схватил его за шкирку и попробовал опрокинуть на живот, но вместо этого просто оттолкнул к столу.

— Я сказал объясниться.

— Да отъебись уже!

Джон увернулся от ещё пары ударов, хотя один всё же попал ему в грудь. Он поймал удачный момент, когда оказался сбоку от противника, и резко ударил его по спине, опрокинув прямо на колено. Тот скорчился от боли, а второй удар в живот заставил его упасть на землю. Все попытки отбиться или просто встать выглядели жалкими и отчаянными. Главное — он уронил мешок. Джон смотрел на него, но каждый раз отвлекался из-за ударов по ногам и каких-то сбивчивых слов. Ему хотелось проверить содержимое, но с таким раздражителем это было проблематично. Он схватил мужчину за предплечья и что было сил пнул в живот. От резкой боли тот, кажется, потерял желание продолжать препираться — может, потому что изо рта у него лилась желчь, смешанная с кровью. Так или иначе, выигранного времени хватило, чтобы поднять мешок с пола и обнаружить внутри пару пачек с деньгами.

— Какой же ты ублюдок, — прошипел Джон, убирая деньги за ремень.

Ему было всё равно, что бормотал себе под нос этот человек. Всё равно, что он человек в принципе, потому что наличие денег при нём — нет, наличие денег заказчика при нём лишь подтверждало факт обмана. Теперь его жалкие попытки встать на ноги вызывали лишь агрессию. Джон бросил из рук остальные вещи и схватил его за волосы. Повезло, что тот как раз успел сесть, потому что теперь Джон мог резким движением прижать его голову к краю стола и нанести сильный удар.

— Эй... — мужчина заикнулся, всё ещё сплёвывая желчь. — Ты забрал деньги, мужик. Пожалуйста... просто уходи.

— Снова просишь уйти? — Джон посмотрел на него сверху вниз. — Ещё что попросишь? Теперь всё серьёзно.

— Что тебе ещё от меня нужно?!

Джон оттянул его за волосы и снова ударил о край стола. Ещё раз. Ещё. Угол совсем рядом, но он не мог себе этого позволить. Такой удар однозначно стал бы смертельным, и, хоть от этого человека точно стоило бы избавиться, он не мог сделать это именно так. Он не заметил, как у него на руках появилась кровь. Зато заметил, как идёт кровь на лице того, кто путался у него в ногах. Ему хотелось только одного — залить его кровью до самого конца, но пришлось сдержаться.

— Слушай внимательно, — тихо сказал он. — Завтра ты уедешь из города. Если я ещё хоть раз тебя здесь увижу — разговор будет другим.

— А ты как думаешь, что я пытался сделать?! На какие гроши я теперь уеду, а?!

На этот раз, оттянув его за волосы, Джон кинул его вперёд. Ему было комфортнее, когда противник валялся на земле. Его переполнял гнев, в некотором роде на всё, что его окружало. Следующая минута прошла как в тумане.

Он отпнул его от себя настолько сильно, что тот едва не долетел до стены. Зрение будто заволокло красным, и он даже не осознавал, что именно делает, только слышал почти сладкие звуки ударов, которые со временем стали всё резче и влажнее. Чувствовал, как болят колени и костяшки на руках. Слышал отчаянные просьбы прекратить и намеренно их игнорировал. «Я не хотел». «Я никому не расскажу». «У меня есть семья».

Семья. Одно только упоминание этого слова заставило Джона остановиться. Он опомнился, стоя над лежачим, полуживым мужчиной, с ногой, приставленной к его горлу. Он ни разу не видел настолько испуганного лица.

Осознание того, что ему это нравится, вывело его из транса.

— С тебя хватит, — тот еле выдавил сквозь зубы.

Джон присел рядом с ним на корточки. Всё равно сопротивляться тот уже не мог, даже если бы захотел.

— Чтобы завтра тебя здесь не было, — произнёс Джон спокойным, низким голосом.

— Да...

— Ты уедешь из Денвера. А лучше — вообще из Колорадо. Куда именно, мне всё равно. Но если ты захочешь меня сдать... — Джон на секунду замолчал. — Тогда мне придётся закончить то, что я начал. Всё понял?

Ответа не последовало. Тогда Джон замахнулся, просто шутки ради, чтобы посмотреть, как мужчина рефлекторно дёрнется.

— Мне повторить?

— Нет...

— Вот и хорошо. Если ещё хоть раз появишься в этом городе, я узнаю. Живым ты уже не уйдёшь.

Он поднялся, окинул взглядом нанесённый ущерб и отошёл на пару шагов. Увечья серьёзные, но мужчина оправится. Тот сразу попытался хотя бы присесть, но это лишь заставило его ещё сильнее скрутиться. Убедившись, что деньги при нём, Джон отвернулся и направился к выходу, а затем — к машине.

Ему должно было стать гораздо хуже, но почему чужая кровь на руках вызывала эйфорию, а не ужас?

Лёгкий экстаз не отпускал Джона до самого дома. Он потратил слишком много времени, не стоило так распускать руки. Выискивая ключ от дома в связке, под ногтями он заметил кровь. Основную часть он вытер салфетками. Деньги оставил в бардачке машины. Пистолет вытащил при первой возможности. Наверняка он мог бы расправиться с этим куда легче и быстрее, если бы просто взял оружие с собой. Он сам не знал, что им двигало.

Джон дома. Вокруг тихо и темно, никаких признаков того, что Крис не спит. Он чувствовал себя пьяным от всех этих ощущений, и одновременно с этим его пугала его же натура. Он как можно быстрее сбросил обувь и направился вверх по лестнице, а там увидел испуганного Криса, стоящего наверху. Сонного, с широкими глазами, по-прежнему растрёпанными волосами и такой маленькой фигурой в тени. На секунду он замер, но выбора, кроме как подняться, не было.

— Ты чего не спишь?

— Где ты был?..

Джон снова допустил ошибку, но на этот раз, почему-то, ему было легче. Это так неправильно, но он не мог заставить себя переживать. Пустыми глазами он смотрел на Криса, не осознавая, что это пугает его, и на контрасте крепко обнял брата, надеясь, что тот не заметит неприятный запах насилия и сырости. Они так и не смогли закончить тот вечер на хорошей ноте — младший ушёл спать один. Джон не намерен делать хуже.

— Прости, малыш... У меня были дела. — Он погладил младшего по голове. — Снова кошмары?

— Нет... Просто пить хочу.

Старший чуть отстранился, и его лицо само по себе приняло более спокойное выражение. Крис больше не говорил испуганно или агрессивно — теперь его голос звучал робко и стыдливо. Это тоже плохо, но так было гораздо лучше. По крайней мере для Джона.

— Тебе погреть молока?

— Можно... Но где ты был?

— Вызвали по работе. Не хотел тебя будить, думал, что быстро вернусь.

Крис замолчал на некоторое время, будто задумался о чём-то. А после сам обнял старшего брата — неловко, словно сдерживаясь, но этого было достаточно, чтобы Джон выдохнул.

— Это точно не из-за меня, да? — Крис тоскливо потёрся щекой о его одежду.

— Никогда так не думай, Крис. — Джон осторожно присел перед ним на колени и мягко поцеловал его в лоб. — Всё, что я делаю, я делаю ради тебя. Запомни это, ладно?

— ...Ладно.

— Иди ко мне.

Он вытерпит сколько угодно бессонных дней. Сколько угодно боли в сердце. Сколько угодно чужой крови, которую потом придётся смывать с рук и одежды, лишь бы в конце каждого такого дня он мог вернуться домой, где его ждёт Крис.