Преданная революция Алексея Мозгового

Гражданские войны выводят на авансцену истории самые разные человеческие типажи: идеалистов и циников, героев и подлецов, политиков, видящих шанс встроиться в систему, и радикалов-революционеров. События на Донбассе в 2014 году не стали исключением: для одних это была национальная и социальная революция, для других - передел власти, собственности и сфер влияния. 

Если отвлечься от пропагандистских штампов, не суть важно, либеральных или патриотических, всегда подающих картину мира в упрощённом и выхолощенном виде, то очевидно, что события подобного исторического масштаба - явление неоднозначное и многоуровневое, имеющее как светлые, так и тёмные стороны. И, для того чтобы разобраться во всей этой цветущей сложности, трудно подобрать более подходящую фигуру, чем герой книги Александра Жучковского. 

Алексей Борисович Мозговой, командир знаменитой бригады "Призрак", сыгравший одну из ключевых ролей в событиях Русской весны 2014 - фигура сложная, яркая и трагическая. Трагизм его судьбы заключается вовсе не в том, что он, как и многие оппозиционно настроенные командиры ополчения, был убит неизвестными, но в том, что он стал настоящим народным лидером, олицетворением общих чаяний и надежд на социальную справедливость и народовластие, и после его гибели те были похоронены вместе с ним. 

Книга Жучковского рассказывает не только о том, что это был за человек, за что боролся и почему был убит: через судьбу своего героя автор пытается найти ответы на более глобальные вопросы - почему началась Русская весна, к чему стремилась и к чему пришла в итоге? Попробуем разобраться вместе с ним. 

Алексей Мозговой родился 3 апреля 1975 года в посёлке Нижняя Дуванка Сватовского района Ворошиловградской (ныне Луганская) области. Отец - тракторист, мать - медсестра. Школа, служба в армии, женитьба, работа на стройке - обычная биография простого русского мужика. Именно такие и стали топливом народного восстания на Донбассе. Сам Мозговой свою жизнь до 2014 года оценивал так: "До этих событий я, можно сказать, вообще ничем не занимался. Теперь только стал жить по-настоящему". 

Единственное, что несколько выделяет Мозгового - это склонность к сочинению стихов. Непритязательных, но зачастую пророческих. Так, например, за несколько месяцев до начала Русской весны Алексей Борисович напишет: 

Сегодня видел я во сне

Себя... на вороном коне.

И нёс меня тот чёрный конь

Сквозь тучи пуль вперёд, в огонь. 

В январе 2014, работавший в Санкт-Петербурге, Мозговой приезжает домой по семейным делам. Протесты на Майдане находят в нём отклик: он даже покупает билеты до Киева, чтобы принять в них участие. Это сейчас киевские события 2014 года превратились для многих в упрощённый пропагандистский лубок с пресловутыми "печеньками Госдепа", но начинались они вполне искренне: на Донбассе многие также неприязненно относились к Януковичу и повсеместной коррупции, видя в Майдане шанс на позитивные изменения в стране. К сожалению, привёл Майдан не к социальной справедливости, но к очередному буржуазно-олигархическому перевороту с опорой на радикальные националистические группировки и русофобскую риторику. После этого заполыхает уже везде, прежде всего в областях, относящихся к исторической Новороссии, в том числе и на Луганщине. В итоге Мозговой направится именно в Луганск. 

Стихийные митинги против Евромайдана и киевской хунты начались там уже в феврале, в марте они приобрели массовый характер. Протестующие разбивали палаточные городки возле здания областной администрации, объявляли киевскую власть нелегитимной и выдвигали лозунги присоединения к России. 5 марта на одном из митингов народным губернатором Луганской области был провозглашён Александр Харитонов, руководитель "Луганской гвардии". 9 марта протестующие захватили здание ОГА и водрузили на нём русский флаг.

Примерно тогда же становится известен и Мозговой. На видео, датируемом 14 марта 2014 года, он появился на фоне одного из палаточных городков с георгиевской ленточкой на плече, чтобы заявить: "Я - Мозговой Алексей Борисович. Я не скрываю своего лица и имени. Я хочу обратиться к своим землякам с восточного региона. Хватит сидеть по домам. Хватит думать, что за вас кто-то что-то сделает. Не бойтесь за свою шкуру, бойтесь за свою честь! <...> Я выбираю Россию. Я - за Россию!" 

Народный протест, естественно, пытаются подавить и раздробить: часть руководителей и организаторов задерживают СБУ, часть протестующих пытаются переманить на свою сторону прокиевские чиновники, надеющиеся "слить" восстание, а на палаточные городки нападают отряды украинских националистов и сочувствующих ультрас. На главные угрозы сопротивлению прямо указывал Мозговой: "Раздробленность организаций и амбициозность многих лидеров - прямая угроза и преступление, направленное на уничтожение всего сопротивления. Многие организации созданы только под митинги и речёвки, некоторые с перспективой на последующие выборы (сегодня как никогда шикарный доступ к будущему электорату), третьи - чистые проекты местных властей и толстосумов. <...> Не забывайте, "Правый сектор"* - это всего лишь инструмент в руках наших настоящих врагов, это их уродливое порождение, которое они не сумели удержать под контролем. Главный наш враг - чиновник и бизнесмен, признающий киевскую власть!" 

5 апреля 2014 появляется знаменитое видео луганского подполья, на котором Валерий Болотов снимает маску и призывает народ Юго-Востока к защите своей земли. По мнению Жучковского, "5 апреля можно считать началом восстания на Луганщине и на Донбассе в целом". (В скобочках подмечу символическую историческую рифму: по старой традиции, именно 5 апреля нацболами принято отмечать как День Русской Нации.) 

6 апреля силами местных жителей захватывается здание СБУ (в народе её принято было называть "избушкой"). Вопреки украинской пропаганде, ни "вежливые люди", ни даже российские добровольцы в этих событиях участия не принимают. Киевская власть стягивает к Луганску военную технику. Всё могло бы закончиться кровавым подавлением восстания, если бы не вмешался "чёрный лебедь": 12 апреля легендарный Стрелков со своим отрядом занимает Славянск, стягивая на себя все боеспособные силы противника. Тем временем повстанцы требуют провозглашения Луганской Народной Республики и референдума о присоединении к России. Народным губернатором Луганской области провозглашён Валерий Болотов. 

Уже в те дни Мозговой показывает свою "неудобность" ("неудобный" это одно из ключевых слов, характеризующих комбрига): критикуя организаторов захвата здания СБУ за пассивность: "Кто так делает революцию? Ленина почитать иногда очень полезно". Дело в том, что люди, засевшие в "избушке", ждали развития "крымского сценария", в отличие от Мозгового, настаивавшего на необходимости уже сейчас подминать под себя местные центры власти и силовые структуры и распространять своё влияние за пределами Луганска. Многие ополченцы, видящие правоту Мозгового, постепенно начинают присоединяться к нему. 

Но самое, пожалуй, главное в позиции Мозгового - это критика самой ЛНР и референдума, прошедшего 11 мая. Он изначально критически относился к разделению восставшего Донбасса на две республики. Идеалом Мозгового была Новороссия, единый фронт сопротивления. Даже своё подразделение он относил не к армии ЛНР, но к Вооружённым силам Новороссии. 

К тому времени вокруг Мозгового сформировалось уже целое боевое подразделение в размере батальона. После авианалёта на их лагерь, когда украинские власти поспешно объявят об уничтожении самого Мозгового и его боевых товарищей, на удивление иностранного журналисты тому, что Мозговой жив, тот пошутит: "Мы - призраки". Так его легендарное подразделение получит название, под которым войдёт в историю. "Призрак" займёт Лисичанск - город, который, как и Славянск, на время станет настоящей крепостью и оплотом сопротивления.

Люди Мозгового не только выполняют боевые задачи, но и наводят в городе порядок, борясь с преступниками и проукраинскими элементами среди чиновников. "Лисичанск - это единственный город, где действительно происходит полное переподчинение власти. Не передел сфер влияния или "перекрышевание" бизнеса, а кардинальная смена власти на народную" - напишет комбриг в соцсетях. 

Впоследствии "Призрак" сыграет одну из ключевых ролей в боях за Дебальцево. Комбриг принципиально считал одним из важнейших условий выполнения боевых задач - бережное отношение к личному составу. И это не пустые слова: по итогам Дебальцевской операции, безвозвратные потери бригады составят всего 11 человек. Среди погибших окажется и петербургский нацбол Евгений Павленко, павший в бою 8 февраля 2015 года. По данным Жучковского, "за все годы Донбасской войны бригада "Призрак" потеряла погибшими около 120 человек". 

К сожалению, волею обстоятельств "Призрак", героически оборонявший Лисичанск, вынужден был оставить город. Ответственность за это решение, руководствуясь военными соображениями, взял на себя тогдашний министр обороны ДНР Игорь Стрелков, которому непосредственно подчинялся Мозговой, видя в нём единственную достойную этого фигуру. Два независимых лидера ополчения были как кость в горле у Кремля, уже начинавшего прощупывать ситуацию и налаживать связи с администрациями ЛДНР. В июле 2014го в Донецк, по всей видимости, по согласованию с АП, приехал Сергей Кургинян, публично раскритиковавший Стрелкова за оставление Славянска. Вскоре Стрелков будет вынужден уйти с поста и покинуть территорию ДНР - таково было одно из условий со стороны РФ по оказанию гуманитарной помощи. 

"Призрак" передислоцируется в Алчевск. Как и в Лисичанске, в Алчевске Мозговой быстро и жёстко наводит порядок: объявляется военное положение, устанавливается упрощённая система судопроизводства и исполнения наказаний. За мародёрство, грабежи, казни, изнасилования и прочую подобную деятельность полагается расстрел. Широкий резонанс приобрёл так называемый открытый народный суд: 25 октября 2014 года жителям Алчевска предлагалось рассмотреть два уголовных дела по фактам изнасилований и общим голосованием вынести приговор фигурантам. Перед присутствующими выступил Мозговой: "Я хочу, чтобы вы поняли, зачем мы проводим этот суд. Пускай даже юридическая общественность заявит, что это несовершенная форма с точки зрения юриспруденции. Но зато это совершенная форма народовластия. Сегодня у вас есть первый шанс действительно проявить себя как активное гражданское общество с активной позицией и правом слова". 

Либерал тут обязан заверещать о незаконных самосудах, но для Мозгового это было социальным экспериментом по осуществлению принципиально важной для него идеи: личной ответственности каждого за происходящее вокруг. Народовластие, о котором он так часто говорил, было для Мозгового вовсе не популистской риторикой, которой часто прикрывают желание некой группы сконцентрировать в своих руках побольше власти. Наоборот, он эту власть не концентрировал, а рассеивал, делегируя полномочия государства в руки простых людей. Форма народного суда тут показательна: ведь государство обладает монополией на насилие, именно за счёт этого во многом держится его власть. А если мы говорим о народной власти, то значит и эта важнейшая монополия переходит в руки народа. За неимением лучшего термина, идеал, который Мозговой последовательно пытался воплотить в жизнь, можно назвать военно-гражданским обществом. Ведь народ Донбасса, взяв в руки оружие и скинув власть ненавистных чиновников, сам взял в руки ответственность за свою судьбу. Интуитивно или сознательно, но Мозговой пытался углубить и расширить эту линию русской национальной революции. 

Но, конечно, комбриг занимался не только этим. Как пишет Жучковский, "за десять месяцев нахождения в Алчевске Мозговой поддерживал здесь порядок, выступал с идеями народовластия и контроля населения над работой властей, противодействовал попыткам разграбления предприятий, боролся за сохранение рабочих мест, поддерживал бедствующих горожан в месяцы блокады и гуманитарной катастрофы". В бригаде была открыта общественная приёмная, куда граждане могли обращаться по всем вопросам, бойцы Мозгового развозили гуманитарную помощь нуждающимся, в самом городе были открыты социальные столовые. Мозговой планировал наладить работу так называемых "военхозов" - производство продукции силами "Призрака". На фоне остальных городов Луганщины, где нередко творилась всякая уголовщина, начиная от рейдерских захватов предприятий и заканчивая контрабандной торговлей углём, Алчевск, можно сказать, выглядел образцово-показательным местом. "Другим городам при власти полевых командиров, в особенности казаков, повезло меньше - как Антрациту, Красному Лучу и др." - замечает Жучковский. 

Примерно в это же время будут заключены первые Минские соглашения, а Москва изберёт тактику "Россия не является стороной в гражданском конфликте на Украине". Российских граждан снимают с видных должностей, а ополченцам настоятельно рекомендуют не использовать символику РФ. Называя вещи своими именами, Россия не спешит принимать в свой состав воюющий Донбасс, ограничиваясь ролью миротворца. Для многих добровольцев это станет ножом в спину: некоторые бойцы покинут Донбасс, разочаровавшись в позиции российского государства. 

С заключения самых первых Минских соглашений, Мозговой становится их яростным противником. Понимая, что ДНР и ЛНР становятся марионеточными республиками, за ниточки которых дёргают кремлёвские кукловоды, он выдвигает идею создания Военного совета - надгосударственного органа, объединяющего лидеров ополчения обеих республик. По сути, это была идея, аналогичная советам солдатских депутатов - контроль революционного народа за исполнительной властью, военизированная форма народовластия. "Непонятно, как можно строить новое, справедливое, народное государство и при этом не учитывать ни интересы, ни мнение народа?" - возмущался в одном интервью Алексей Борисович. В перспективе Мозговой стремился к объединению ополчения Донбасса в единую армию - Вооружённые силы Новороссии. К сожалению, у большинства лидеров ополчения не хватило политической воли и понимания ситуации, чтобы реализовать данную идею. 

Другой нашумевшей инициативой Мозгового были попытки диалога с военнослужащими ВСУ. 20 октября 2014 года состоялся телемост, в котором приняли участие Алексей Борисович и участники АТО. В ходе дискуссии Мозговой будет пытаться донести до своих оппонентов мысль о необходимости прекращения братоубийственной войны и совместного похода на Киев. Вот несколько цитат комбрига: 

"- По большому счёту, что с одной, что с другой стороны подразделения состоят из простого народа, который используется нашими господами олигархами в качестве такого себе домашнего Колизея. 

<...> 

- Лично я всегда заявлял, что мы боремся не с народом Украины. Мы боремся прежде всего за справедливость. Мы боремся за отсутствие внутри нашего общества олигархата, а уж тем более олигархата у власти, потому что бизнес и власть - это гремучая смесь. 

<...> 

- Нас называют сепаратистами, но, согласитесь, больших сепаратистов, чем те, которые были в Беловежской пуще, не найти. 

<...> 

- Я думаю, что война может прекратиться только после зачистки Верховной Рады и правительственных кабинетов." 

В конце диалога Мозговой даже гипотетически согласится с сохранением Донбасса в составе единой Украины, при условии, что та будет действительно народной. Позже комбриг запишет знаменитое обращение к "военнослужащим обеих сторон Гражданской войны", где призовёт "гладиаторов" "выйти из Колизея". 

Многие осуждали Мозгового за попытки подобных диалогов, впоследствии ему прямо запретят участвовать в таких мероприятиях, но, как справедливо подмечает Жуковский: "Как правило, громче всех возмущались те, кто никогда не был в зоне боевых действий. Это ещё раз подтверждает, что больше всего ненавидят войну и желают её скорейшего окончания сами фронтовики, а наиболее воинственны те, кто от войны далеко".

Мозгового можно понять. Он не демонизировал и не расчеловечивал противника, осознавая, что большая часть военнослужащих ВСУ - это такие же простые работяги, каким был он сам; он пытался найти точки соприкосновения и указать своим собеседникам на то, как он понимает причины начала гражданской войны; он пытался понять, как вообще случилась эта трагедия, когда люди, боровшиеся за справедливость (в ходе и Майдана и Русской весны), в итоге стали смертельными врагами, и как это остановить? Он призывал к объединению и солидарности двух противоборствующих сторон против тех, кто извлекал из этого братоубийства выгоду. Конечно, Мозговой имел в виду не только украинских олигархов, но и российских, вместе с пресловутыми "западными партнёрами". 

Тем временем Россия всё больше начинает контролировать политические процессы в ЛДНР. Из Москвы прибывает "куратор" - Владислав Сурков, со своего поста уходит глава ЛНР Болотов, на его место приходит Игорь Плотницкий. С последним у Мозгового отношения перейдут в открытый конфликт: комбрига станут последовательно обделять гуманитарной помощью, лишая поставок техники, артиллерии, боекомплекта и ГСМ. Бригаде фактически устроят гуманитарную блокаду. Как шутили сами бойцы "Призрака", "они воюют за еду и за идею". Само подразделение, не подчиняющееся руководству ЛНР, будут настойчиво пытаться расформировать. Денежное довольствие и контроль над грузопотоком из России станет средством давления руководства республики на неугодных командиров. 

В ответ Мозговой всё чаще начинает публично критиковать руководство ЛНР: "Что в одной, что в другой республике главенствует бизнес. Сейчас достаточно из аббревиатуры убрать букву -Н- и ничего не изменится. А народность только декларируется. <...> Вы сейчас можете повесить над обладминистрациями, что в Донецке, что в Луганске, жёлто-синие знамёна, - то же самое будет". 

Неудобства комбриг доставлял и Кремлю. И дело не только в том, что Мозговой последовательно критиковал Минские соглашения, инициатором которых была Россия (а после прямого эфира, на котором Алексей Борисович раскритиковал Путина за настаивание на мирных переговорах, правдоруба перестали приглашать и на российские телеканалы). Главной причиной было то, что Мозговой воспринимался не просто как военный, но как авторитетная политическая фигура: его уважали другие командиры ополчения, а жители ЛДНР видели в нём человека, заботящегося об интересах народа. И в довершение всего он был оппозиционно настроен, не желал встраиваться в систему, несмотря на поступавшие предложения, и искренне верил в простые, но понятные идеи, претендуя не на место у кормушки, а на власть народа: "Что такое государство? Это аппарат чиновников или всё-таки народ? Давайте не путать. Правительство - это правительство, а государство - это каждый из нас. И кто как не мы - ополчение - имеем право представлять это государство? Мы и есть государство". 

Последствия не заставляют себя долго ждать: 7 марта 2015 года на Мозгового совершают первое покушение. В народе поговаривают о причастности к этому Плотницкого, но доказательств в пользу данной версии нет. 

Мозговой в итоге действительно решает стать политиком: в мае 2015 года он подаст документы на регистрацию общественного движения "Народное возрождение". Причём регистрировать её он собрался не только в ЛНР, но и в РФ и на Украине (!). В том же месяце его отправили в отставку с должности командира бригады (точнее, к тому времени снова уже батальона). 

Сложно сказать, как сложилась бы его политическая судьба, если бы 23 мая 2015 года на него не было бы совершенно новое покушение, в этот раз удачное: на трассе Алчевск-Луганск машина легендарного комбрига была расстреляна в упор, Мозговой скончался на месте. Относившийся к жизни фаталистично, он, несмотря на поступавшие предупреждения об угрозах его жизни, отказывался носить даже бронежилет.

Это убийство стало лишь одним из череды убийств оппозиционных лидеров ополчения: похожим образом будут убиты Александр "Бэтмен" Беднов, Евгений Ищенко, Павел Дрёмов. Многие командиры ополчения были недовольны Плотницким, а некоторые даже призывали к походу на Луганск после подписания Минских соглашений. В случае Беднова ответственность на себя взяли силовики, официально объявившие убитого "руководителем бандгруппы", якобы оказавшим сопротивление при задержании. Версия сомнительная, но разбираться никто не стал. По остальным случаям убийцы также не были найдены, а расследования по данным делам фактически не велись. Таким образом, все мало-мальски независимые полевые командиры ЛНР были устранены. Существует распространённое мнение, что в устранении некоторых из них принимала участие популярная сейчас ЧВК "Вагнер". 

Есть 5 версий причин убийства Мозгового, каждую из которых Жучковский подробно разбирает. Наиболее убедительными он считает версию украинскую (то есть Мозговой был убит вражеской ДРГ) и российскую (с санкции Москвы, комбриг был устранён руководством республики). В пользу последней говорит и то, что в 2017 году, когда Плотницкого отстранят от управления ЛНР, выяснится, что при нём действовала группа для борьбы с противниками властей, а в его окружение входили организаторы пыток и убийств политиков. Так или иначе, правду об убийстве Мозгового мы узнаем вряд ли. 

Алексей Борисович, конечно же, не был обычным человеком, несмотря на своё простое происхождение. Это только либералы, с их неизменным социал-дарвинистским мышлением, могут воротить нос от "автомойщиков и охранников". Мозговой был, не побоюсь этого слова, революционер, который в определённых исторических обстоятельствах увидел возможность на изменение существующих социально-экономических порядков. Недаром он говорил, что только тогда начал жить по-настоящему.

Русская весна 2014, была национальной революцией, а ополченцы вели национально-освободительную борьбу за собственную идентичность и право на самоопределение. Мозговой, как человек, выдвинутый этой революцией, как один из её символов, последовательно пытался придать этой революции ещё и социальный характер. Автор указывает на то что его герой по взглядам был, скорее, "белым монархистом", но тем парадоксальнее, что именно Мозговой наиболее последовательно отстаивал идею народовластия. Условное деление на левых и правых было для комбрига вторично, недаром его заместитель Алексей Марков заметил: "Комбриг Мозговой открыто называет себя монархистом. Хотя он неоднократно повторял, что готов быть и коммунистом, и кем угодно, лишь бы это помогло освободить Новороссию и построить здесь государство для народа". 

Интересно и то, что Мозговой с известной долей скепсиса относился к пропагандистским штампам о борьбе с "фашизмом на Украине": "Каждая из сторон считает необходимым озвучить именно эту борьбу, указать на наличие фашизма у противника". Для комбрига эти громкие слова были лишь эмоционально окрашенными клеймами, лишёнными всякого внятного содержания. Сейчас, наблюдая как с одной стороны твердят про денацификацию и показывают на батальон Азов*, а с другой кричат про "рашизм" и указывают на какой-нибудь ДШРГ "Русич", скепсис Мозгового кажется лишь более актуальным. 

Ключевым врагом для Мозгового был не абстрактный "фашизм", но "олигархат" - сросшиеся с властью кланы и корпорации, извлекающие выгоду из войны на Донбассе. Причём речь идёт не только об украинских буржуях, но и о российских: "Олигархи не бывают российскими, украинскими. Это нас разделяют, а они едины, отдыхают на одних курортах". 

Алексей Борисович прямо говорил о необходимости пересмотра итогов приватизации: "Национализации должны подлежать, прежде всего, недра, ресурсы и стратегически важные для государства предприятия, которые сейчас находятся в частных руках". 

Мозговой последовательно поддерживал идею Русской Ирриденты и воссоединения с Россией всей исторической Новороссии (то есть Днепропетровской, Донецкой, Запорожской, Луганской, Николаевской, Одесской, Харьковской и Херсонской областей): "Мы хотим объединить то, что разъединили настоящие сепаратисты в 1991 году в Беловежской пуще". 

Кроме того, Мозговой вместе с Дрёмовым выдвинул идею создания Комиссии по проблемам русского народа - проекта защиты интересов русских, независимо от их гражданской принадлежности и территории проживания. 

Воссоединение разделённого русского народа, пересмотр итогов приватизации, защита русских людей на постсоветском пространстве - ключевые идеи, отстаиваемые нацболами на протяжении всего их существования, и можно без всякой натяжки сказать, что "лево-правый" Мозговой высказывал вполне себе национал-большевистские взгляды. 

Трагедия Мозгового в частности и Русской весны в целом состоит в том, что начавшаяся было национальная и социальная революция была убита в зародыше. Русскую весну победила Система. Вместо того чтобы ввести войска или хотя бы позволить выбить украинцев за пределы ЛДНР, со стороны России ополченцам были навязаны Минские соглашения; вместо похода на Киев Москва признала легитимность Порошенко; вместо присоединения Новороссии было навязано разделение на две марионеточные республики с контролируемыми ставленниками во главе и кремлёвскими кураторами за кулисами. Уже тогда всем было понятно, что это лишь позволит Украине перевооружиться, провести мобилизацию, нарастить военную мощь и с удвоенной силой обрушиться на ополчение, затягивая войну на неопределённый срок. Но чьи-то геополитические, а точнее сказать - финансово-экономические интересы оказались важнее. Разменной монетой послужили тысячи жизней мирных жителей и таких независимых командиров, как Мозговой, смевших подавать голос против. Сейчас, после вывода войск из-под Киева, оставления Изюма, Купянска, Херсона, мы видим, что российское буржуазное государство мало в чём тут изменилось.

Любые исторические аналогии ложны и некорректны, но если сравнивать фигуру Мозгового с персоналиями Гражданской войны 1918-1921, то лично мне Мозговой больше всего напоминает Махно: тот тоже отстаивал идеи народовластия, был талантливым полевым командиром из простонародья, бил петлюровцев и самостийников, был использован советской властью, а впоследствии, как и ряд других полевых командиров, был большевиками предан и оклеветан. Даже забавно, что, когда начались информационные кампании против лидеров ополчения ЛНР, часто звучали слова о необходимости "борьбы с махновщиной". Парадоксы русской истории: анархист начала 20го века и монархист начала 21го имеют во многом схожую судьбу. Но история Мозгового трагична ещё и тем, что его революцию предали отнюдь не большевики, но - их полные антиподы. 

Как справедливо заключает Жучковский, "Бригада "Призрак", независимый комбриг Мозговой - явление исключительно переходного революционного периода и первого года Донбасской войны. Дальше неумолимо и неизбежно вступала в действие Система - государственный порядок, мало отличимый от порядков довоенного времени, если не считать смену символики и переименование регионов в "народную республику". Пожалуй, главным и единственным достижением этой войны можно считать только то, что она остановила украинизацию русского населения Донбасса". 

Впрочем, и это уже немало. Алексей Мозговой останется в истории России как один из главных участников национально-освободительной борьбы русского народа Донбасса; как человек, сыгравший ключевую роль в событиях Русской весны 2014-2015; как символ несбывшейся, но чаемой социальной революции и народовластия; как яркая, трагическая и для многих неудобная фигура. Неудобная даже после смерти. 

*Организация признана экстремистской и запрещена на территории РФ