«Правильный конец»

—Уилл.., - тихий и мягкий шепот слетает с чужих, но до боли знакомых припухших губ.—..Я здесь.

Тело окутывает приятное тепло, словно Байерс укутался в тёплый и тяжёлый плед, сидя рядом у камина. На душе.. Покой?

Тот самый долгожданный покой, за которым он пытался угнаться, обхватывая губами очередное горлышко бутылки. И он был не от алкоголя. Не от пачки "Мальборо" или "Уинстона" 54-го.

Он был от погружения в прошлое. Уилл снова оказался там, где был по-настоящему счастлив и любим-в подвале Уилеров.

Руки обхватывают его тело так, словно пытаются скрыть от всего мира, а он лишь зарывается глубже, чувствуя ритм чужого сердца собственным.

—я всегда буду рядом.., - продолжает сидящий рядом, из-за чего глаза слезятся. Здесь его и правда любят.

В нос ударяет приятный запах, принадлежащий Уилеру. Пускай они обнимались не так часто в последнее время, шатен старался прочувствовать каждый момент так глубоко, чтобы запомнить каждую секунду.

—Майк.., - с улыбкой на губах отвечает Уилл, полностью расслабляясь и позволяя рукам плавно скользить по ткани одежды на чужой спине.

.......

Все исчезает в холодной тьме, а тело падает.

Сердце сжимается. Пульс учащается. Холодный пот бежит по спине и лбу.

......

Глаза раскрываются с животным испугом. Уилл мигом садится в кровати и часто дышит, хватаясь за грудную клетку, чтобы сжать пропитанную влагой футболку.

Ужасное чувство, не так ли?

—просто сон,-тихо говорит он сам себе, напоминая о жалком положении, в котором сейчас находится.

Байерс глубоко вздохнул и медленно выдохнул, позволив векам вновь закрыть глаза. Нужно успокоиться.

Комнату окутывал яркий солнечный свет, благодаря которому была видна каждая пылинка, витающая в воздухе . Атмосфера давно пропиталась ароматом бумаги и гуаши, словно в библиотеке или арт-магазине. Но здесь было намного приятнее и спокойнее. Уютно.

Байерс принимает более удобное положение и потирает свою поясницу, которую сводило из-за неудобной позы, выбранной для сна.

Взгляд скользит по комнате - по беспорядку.

Кто бы мог подумать, что Уилл Байерс, который так сильно любил, чтобы все лежало на своих местах, будет жить в подобном хаосе?

Если бы мать увидела, то не поверила бы.

Нет-нет, по началу он очень старался! Его дом, который тот купил с помощью давних личных накоплений и небольшой помощи Хоппера и Джойс, решивших сделать ему "подарок", в первые месяцы выглядел так, словно обложка самого дорогого журнала-можно было брать и продавать в любой момент! Но затем..

.. Затем груз на плечах становился все тяжелее и тяжелее, и вскоре Уилл рухнул под его весом - как морально, так и физически.

Грифель карандаша всегда выводил одно и то же лицо, как бы парень не старался избежать его. Одни и те же губы. Одни и те же скулы. Одни и те же глаза. Одни и те же кудри.

Он был везде. В самом сердце.

Байерс и сам не знал как, но любая картина, которую он садился рисовать "для себя", становилась портретом Уилера.

Абсолютно все эти работы хранятся в самых тёмных уголках шкафа и сердца. Там, где его секрет будет глубоко спрятан и о нем никто не узнает. Особенно Карлтон.

Несмотря на ужасную лень, Уиллу пришлось выбраться из объятий тёплых покрывал и принять утренний душ, чтобы смыть с себя влагу вместе с оставшимися ощущениями чужих рук на собственной спине.

Сегодня показ работ в колледже. Опаздывать нельзя. Точнее...

Можно.

Можно, если ты хочешь разозлить преподавателей и получить самый низкий балл, не соответствующий твоим стараниям и работам.

Хочет ли Байерс? Конечно нет.

Влажную кожу приятно покалывает от прохладного воздуха. Теперь это чувство стало чем-то обыденным и родным. Своеобразный утренний ритуал.

Мурашки бегают по шее, словно тысячи маленьких иголочек щекотят её поверхностный слой и слегка царапают заостренными концами.

Шатен подходит к шкафу и наощупь достаёт оттуда рубашку, посматривая на время ровно через каждые пять секунд.

Руки ловко застегивают пуговицы, а затем поддевают ворот, чтобы расправить - как обычно делала это мать несколько лет назад. Но в этом её простом действии было невероятное количество любви и тоски, которую она передавала через лёгкое прикосновение подушечек пальцев к слегка грубой ткани. Уилл до сих пор помнит ту самую тёплую улыбку и слетающую с тонких губ фразу "удачи тебе, милый".

Нет, он не "маменькин сынок", как любили выражаться другие.

Тосковать по матери и иметь с ней доверительные отношения - не позорно. Наоборот, это то, что должно быть в каждой семье. Однако в суровые 80-е дети - особенно те дети, которые пытаются самоутвердиться за счёт других- не могли понять этого.

Зато Уилл понимал.

Он с глубоким вздохом, обозначающим то ли печаль, то ли внутренний настрой на тяжёлый день, двинулся к двери, поправляя свои волосы пальцами и останавливаясь на несколько минут около рамки в коридоре. В красивом ажурном багете с подставкой(так называются маленькие рамы для картин) располагалась фотография, на которой улыбка маленького Байерса сияла ярче звезд, а глаза были как никогда живые. Рядом стоял Майк, слегка задрав нос, пока лицо было скривлено в глупой гримасе.

Уилл еле слышно усмехнулся и бережно погладил узор-еле касаясь, словно тот был сделан из драгоценных камней, осыпающихся при слишком сильном дуновении ветерка.

Сердце затрепетало, а душа залилась теплом. Стоя здесь, в коридоре, он мог на некоторое время снова оказаться там. В Хоукинсе. В своём прошлом.

Счастье длилось бы дольше, если бы не взгляд, упавший на наручные часы.

Глаза округлились от ужаса.

—что?!-крикнул он, тут же срываясь с места, чтобы сунуть свои ноги в кроссовки и поспешно схватить сумку с работами.

Казалось, что он смотрел всего минуту, но прошло целых двадцать. Теперь спокойную прогулку придётся отложить, заплатив за свою рассеянность пробежкой по убийственной Калифорнийской жаре.

Уилл выбегает из дома, громко закрывая дверь и путая звенящие ключи в дрожащих суетливых руках, пытаясь сунуть их в скважину.

Как обычно. Хочешь сделать все побыстрее, а получается совершенно наоборот.

Щелк!

Бородка(участок, на который нанесена информация ключа) ловко провернулась.

Парень несколько раз скользнул ладонью мимо кармана в попытках сунуть туда связку, а затем шикнул и закинул её в открытую щель сумки. Другое дело! Легко и быстро.

Он поспешно развернулся через плечо, срываясь с места и переходя на бег, стараясь удержать работы под подмышкой, чтобы те не разлетелись.

Сейчас его мысли заполнены трепетом переживаний, а сердце сжимается от одной лишь мысли об опоздании. Но совсем скоро и то и другое будет принадлежать лишь одному-Майку Уилеру. И произойдёт это тогда, когда двери колледжа закроются за спиной Байерса, вновь отпуская его в собственный мир тревог и надежд.

Но это будет потом. На данный момент шатен довольствуется временным спокойствием, заменяя одну крупную проблему другой - менее серьёзной. И выходило это невероятно удачно.

Он бежал по ещё пустым улицам. Рубашка развивалась волнами по ветру, а поправленные перед выходом волосы растрепались.

Его ждёт важный день, и он собирается выложиться на все "сто", чему бы это ему ни стоило..