«Правильный конец»

Истязатель убит, с Векной покончено. Изнанка исчезла, разорвав связь между двумя мирами—теперь, наконец-то, настал тот самый покой, о котором все так долго мечтали. Не так ли?

Хоукинс снова задышал, в него вернулась прежняя жизнь, которая, кажется, исчезла ещё в тот самый проклятый день-6 ноября 1983 года. Люди беззаботно гуляли по улицам, дети веселились, больше не боясь, что земля под ногами разойдется, а злые военные запрут их в тесных палатках с одним туалетом.

Разве это не сказка? Разве это не то, к чему все стремились?

Нет. По крайней мере, не для двух сердец этого городка, к которым мы вернёмся совсем скоро.

Макс и Лукас переехали в другой город, найдя там свой покой и счастье, называемое "любовью". Они смогли пойти на свидание, где разделили за просмотром фильма банку сливочно-карамельного попокорна, вкус которого прочувствовался ещё лучше в глубоком поцелуе.

Оди смогла найти свой дом-свой покой в мелкой деревушке у трех водопадов, где она поняла, что все это время ей нужна была не любовь. Ей нужны были свобода и понимание.

Здесь её любили не как "супергероя", а как "Джейн". Джейн Хоппер.

"Что насчёт Майка? —спросите вы, —любит ли она его?"

Любит, но явно не так, как думали другие. У них были чувства крепче дружбы, но не сильнее любви—это были чувства брата и сестры, которые она прочувствовала не только с Майком, но и Уиллом.

Нет, она не забыла про друзей, не забыла про Хоппера и всех остальных. Она помнит и хранит все воспоминания, но сердце понимает, что её счастье находится здесь - вдали от Хоукинса. Вдали от всех.

Дастин смог поступить в университет мечты. Теперь он станет учёным, представляете? Мир в надёжных руках!!

Кто же остался? Точно! Те самые два сердца, которые.........

.......которые....

...................

........

....................Которые не смогли.

Майк не смог поступить в университет мечты-быть точнее, он смог бы, но не хотел. Не хотел из-за глубокого горя. (Через некоторое время его мать подаст документы вместо него, и он сможет поступить, но не будет чувствовать того удовольствия, которое мог бы.)

Не смог уехать из Хоукинса, оставив воспоминания за спиной.

И, наконец...

Не смог получить своё счастье под именем "Уилл Байерс", чувства к которому осознал слишком поздно, чтобы что-то исправить.

Только сейчас он осознал, что эти прикосновения, взгляды, тихий и нежный шепот-всё это было чем-то большим, чем просто "лучшие друзья". Все это было больше, чем любовь к Оди, которой он даже не сказал "люблю" на прощание, ведь это "люблю" всегда принадлежало другому человеку-человеку с милой, как ему казалось, стрижкой и добрым сердцем.

"Я не любил её, я был привязан",- писал он в последних строчках одной из глав книги, посвящённой собственной жизни, - "Но она никогда не была причиной моих навязчивых мыслей посреди глубокой ночи. Она никогда не была той, перед кем я открывался. И она никогда не была той, с кем мы сходили с ума вместе".

И перед тем как написать последнюю, заключительную строчку, Уиллер томно и глубоко вздохнул - не от усталости, а от болезненного осознания потери.

"Зато он был".

А Уилл? Уилл так и не нашёл того, с кем разделит сливочно-карамельный попкорн за просмотром фильма. Не нашёл того, с кем "сойдёт с ума вместе". Не нашёл того, кто будет понимать его с полуслова. И не нашёл того, кто сможет заменить любовь, которая длилась несколько лет и до сих пор не угасает.

Но он смог найти того, с кем может забыться.

Байерс поступил в колледж в Калифорнии, о котором и правда мечтал. У него большие успехи в творческой сфере.

Преподаватели говорят, что он станет отличным художником, а некоторые часто спорят между собой:

"Ты бы был хорошим дизайнером", - сказала один раз миловидная преподавательница истории, рассматривая зарисовку шатена.

"Нет, он бы был хорошим архитектором", - сказал в ответ грубый физик, который зашёл в аудиторию, чтобы взять забытую на столе кружку.—они часто ссорились, но все знали, что кольца на пальцах связывали их не с другими людьми, а друг с другом.

Шатен нередко задумывался об этом по вечерам, делая конспекты. Мысли сразу перебегали к веснушчатому лицу и глубоким карим глазам, в которые он был бы готов смотреть всю свою жизнь с преданностью и любовью, но..

"Он лишь моя Тэмми Томпсон",—напоминал тот себе.

Байерс не мог, не мог больше выносить всей тяжести, которая упала на его плечи. Чувства не угасали, а воспоминания о прикосновениях, взглядах и тех самых тихих обещаниях-убивали. Уилл сошёл с ума, но один. По крайней мере, он так думал.

Он стал жить той жизнью, которой так сильно боялся-жизнью человека, пытающегося найти то, что облегчит страдания-жизнью своей матери, когда она жила с Лонни, и когда тот ушёл.

Теперь каждый субботний и пятничный вечер отправлял его прямиком в местный паб, ставший уже излюбленным.

И именно в те моменты, когда алкоголь гулял по венам, он мог почувствовать себя счастливым. Хотя бы на короткий срок. Хотя бы немного.

В один из таких вечеров он нашёл его-свое забытие.

Шатен сидел за стойкой, смотря на подготовленную для него бутылку "Джина", стоящую на аккуратно сложенной салфетке. Рука уж было потянулась к ней, как вдруг рядом подсел незнакомый человек с довольно знакомыми чертами.

Темные волосы, кудри, веснушки и слегка пухлые губы - перед ним сидела практически реальная копия Уилера, которая приветливо улыбалась ему.

И тогда..... Байерс уцепился за последний шанс быть счастливым. Пытаться быть.

В ходе разговора он узнал, что сидящего рядом зовут "Карлтон", и то, что он очень даже любит парней.

Затем - он не помнит как и почему - Карлтон поцеловал его, и Уилл был совсем не против. Был не против даже тогда, когда тот предложил ему "поехать ко мне".

После этого встречи участились, а редкие связи перешли в отношения.

Отношения, в которых Карлтон не знал, почему Уилл боится мигающего света и почему его мучают кошмары. Не знал, где правильно его трогать и что он любит.

Не знал, что, если бы не Уилл, то все были бы давно мертвы.

Для него это был не тот Байерс, какой был для Майка.

Для него это был парень из клуба, вместе с которым они нашли общие увлечения.

Смогут ли два сердца вернуться к свету? Или оба продолжут вязнуть в пучине грёз, страха и боли?

Это мы узнаем лишь тогда, когда история начнёт набирать свои обороты, а сейчас.. Вернёмся к настоящему.

_____________________________________

—Что?! —вскликнул Майк, идя по длинным коридорам университета в кругу новой компании-теперь он был не таким счастливым, как раньше.

—Да. Они сказали, что отправят самых лучших. Ты-один из них,—одногруппник похлопал брюнета по плечу с улыбкой, протягивая ему листовку.

Мягкая и слегка шершавая бумага смялась под пальцами. Красивые печатные буквы гласили:

" Статья о жизни в Калифорнии".

Условия: студенты с высшим баллом отправляются в Калифорнию (все за счёт университета, исключая самовольные походы в различные заведения). Им даётся две недели на анализ города и написание статьи по теме, индивидуально назначенной преподавателями.

А маленькая надпись ниже гласила:" Будет выбрана лучшая работа".

—лучшая? Всего одна?—кудрявый приподнял брови и сомкнул губы. —оо, нет, я не хочу участвовать в этом.

—да брось! Даже если и не выйграешь.. Зато побываешь в Калифорнии. Практически бесплатно!!

Уилер глубоко вздохнул и погрузился в мысли.

Не то, чтобы он не хотел ехать. Дело в другом - в прошлом. В том самом прошлом, в котором они убегали от солдатов. Прошлое, в котором он называл себя дураком, сидя на кровати Байерса и говоря ему о том, что без него Хоукинс не тот-и он не врал.

Приезд в Калифорнию будет равен корке, содранной с заживающей раны.

Но.. Все, что нас не убивает, делает нас сильнее. Да? Быть может, вместо того, чтобы убегать от проблем, нужно столкнуться с ними?

Мысли путались в ком. Колени еле сгибались, а шаг замедлялся. Майк остановился прямо возле кабинета директора, поднимая взгляд от листовки к двери.

"Будь, что будет.", —подумал он.

И с этой фразой, прокрученной в голове, идет в кабинет директора, чтобы подтвердить своё участие.