Последние слезы

Кап-кап-кап. Слезы неба гладко катились по ухабистой крыше, напоминая о себе монотонными повторениями одних и тех же звуков, а яркие слезы бездарно старались попадать в такт с прозрачными каплями. Высокая девушка, украшенная подвенечными тряпками, насыщалась дождем, отдаваясь в его холодные объятия. Её бросили, она не могла вернуться назад и в горе гуляла по заброшенной церкви, выбивая маленькие камушки за уже стертые границы обветшалого здания. Двигаясь к самой вершине, мысли туманно расплывались в грязных лужах, постепенно нагружаясь неимоверной скорбью, а слезы, как стальные капельки, медленно тянули её вниз.

Кап-кап-кап. Ангельская роса разливалась по стальной крыше, убивая себя с неимоверной болью, что загонялось в сердце бедной девушки. Деревянные ступеньки очень сильно вопили, раскрывая свои последние силы, чтобы удержать всю печаль, возложенную на слезливую душу. Каждая ступенька давала время подумать, вспомнить множество хороших моментов, а были ли они вообще?! Или же их не было?! Шаг за шагом лестница двигала девушку к подножью печальной высоты, что своей силой тянула на самое дно, разрывая все нити, что так бережно заматывала девушка, стараясь неведением связать себя с любимым.

Кап-кап-кап. Глянцевая пелена окружила поток стремительной бури, и снежные звезды плавно распускали свои крылья над небесной синевой, украшая яркие и переливающиеся слезы одинокой девушки, присев на самый край деревянных руин, слезы осыпались подобно осенним листьям и исчезали в преддверии зимнего сезона. Девушка лежала на крыше, полностью отдаваясь своим сокровенным мыслям, а небеса серого омута всматривались на печальную невесту, нежно закрывая ей глаза.

Кап-кап-кап. Осыпанная белыми хлопьями девушка, обездвиживалась своей непоколебимой любовью. Парализованная, она разрывалась стихийной бурей, а холод, как ураган лезвий, рьяно разрезал её чувства на маленькие осколки счастливых воспоминаний, которые было невозможно собрать. Они таяли, словно снежинки, на промерзлой ладони. Опустошенная оболочка, словно живой мертвец, была белоснежной, она сливалось со снегом, становясь одной единой стихией.

Кап-кап-кап. Белоснежные похоронные цветы падали с утреннего небосвода, а яркое солнце, восходившее из-за горизонта, освещало своими теплыми лучами мрачную землю. Девушка неподвижно лежала на церковной крыше, внимая голосу солнечной колыбели, а в её глазах ярко переливалась последняя слезинка, медленно стекающая к её бледным ладоням.

Кап-кап-ка… Капли прекратились, снежная буря улетучилась, а слезы высохли навсегда. Девушка застывала во времени, а несправедливый мир продолжал свое течение, несмотря ни на что…