После награждения

[Это сразу после того, как Люм придумал лекарство от неизвестной болезни, тем самым предотвратив эпидемию. Через несколько лет после того, как они с Гнецсом переехали в Лювэйл. К тому времени они почти перестали общаться, ибо Люм учился, а Гнейс кафовал по жизни. О какой-то взаимной романтической симпатии речи пока не шло.]

После окончания всей кутерьмы с награждением, Люм по тихому свалил домой. На площади ещё очень долго ильмы праздновали, другие учёные речи толкали. В общем народ ликовал по понятным причинам. Там же гнейс был.

Люм был едва живой во время награждения и находиться там ещё дольше не мог. Потому что последние дни он почти не спал и всё время работал. Сначала в панике над лекарством, потом производя это лекарство, пока другие ильмы не переняли умение, чтобы произвести его в таких масштабах, чтобы на всех хватило. Но в итоге Люму пришлось руководить этим процессом ещё несколько дней. Короче он не отдыхал вообще и уж тем более не спал нормально.

После награждения пришел домой и сразу же завалился спать. Буквально просто пришел и упал на кровать лицом вниз, так и проспал почти сутки к ряду.

Гнейс, к слову, пошел вслед за Люмом почти сразу и застал, как какой-то ильм к нему домой стучится. Гнейс его перехватил, поговорил, мол он его друг и может передать если что-то нужно. Тот передал ему подарок для Люма и благодарность, за то что тот излечил его жену.

Гнейс посмотрел в окошко мелкое у двери и увидел, что Люм спит. Пока он стоял и думал подошли ещё ильмы с той же целью, что и предыдущий. Потом ещё и ещё. В итоге гнейс остался сидеть под дверью, охранять сон Люма и, по совместительству, ждать пока тот проснется. За это время у дверей накопился целый склад подарков: от еды, до каких-то детских поделок. Гнейс пока там сидел и полакомился [ибо еды было столько, сколько Люм не съест ни в жизни и гнейс в курсе], и поговорил с половиной своих знакомых. Короче хорошо провел время.

Люм проснулся, вышел на порог и словил впервые в жизни ощущение, что будто ещё не проснулся. На столько сюрреалистично было видеть того, с кем не виделся лично пару лет на своем пороге, ещё и в окружении кучи вещей, которая к тому моменту уже была похожа на рынок-барахолку.