После Асада

The Free Press, 9 декабря 2024

Кровавое правление Асадов в Сирии завершилось. Какую страну построит полевой командир Абу Мохаммад аль-Джулани?

В прибрежной Латакии, в алавитских землях, высится роскошный мраморный мавзолей, достойный арабского монарха. Здесь покоится основатель жестокой династии Асадов – Хафез аль-Асад.

Асад – не родовая фамилия этой семьи. Дед Хафеза, Сулейман, был известен как аль-Вахш – Дикий Зверь – за свою недюжинную силу. Один из его сыновей, Али, тоже слыл человеком незаурядным: этот фермер и местный лидер, прославившийся твердым характером, воспитал одиннадцать детей. Хафез был девятым сыном. За ним закрепилось прозвище аль-Асад – Лев, которое позже стало фамилией всей семьи.

Наследником Хафез избрал своего старшего сына Басиля – статного молодого человека, которого пропаганда преподносила как "золотого рыцаря" и часто изображала верхом на коне. После его ранней гибели в автокатастрофе престол перешел к младшему брату – нескладному офтальмологу с невыразительным подбородком по имени Башар. Впоследствии он оказался не менее жестоким, чем отец.

Я пока не видел кадров того, что стало с мавзолеем и покоящимися там телами, как не видел и съемок бегства Башара аль-Асада во время стремительного падения его режима. Впрочем, останки его отца и брата едва ли сохранятся нетронутыми – если только он не забрал их с собой.

Династия Асадов правила Сирией 53 года. Их правление сочетало жестокость с внутрисемейными интригами, напоминавшими одновременно мафиозный клан и средневековый двор, приправленные сталинским культом личности. Наглядный пример: когда у Хафеза случился сердечный приступ, его брат Рифат, командовавший преторианской гвардией, попытался захватить власть и был изгнан. Именно Рифат в 1982 году устроил бойню в городе Хама, уничтожив около 40 тысяч мирных жителей за считанные дни – самое кровавое массовое убийство гражданского населения в современной арабской истории.

Когда к власти пришел Башар, ему тоже пришлось обуздывать буйного брата Махира, который впоследствии стал главным карателем режима. В последние годы сходство с мафией стало еще очевиднее – династия превратилась в преступную семью, торгующую наркотиком каптагоном по всему региону.

Когда в 2011 году режим столкнулся с восстаниями "арабской весны", жестокость правления Асадов переросла в варварскую, нигилистическую бойню под руководством Башара, удерживавшего власть лишь благодаря поддержке кровавого альянса Ирана, его марионеточной группировки "Хезболла" и России. Около 600 тысяч сирийцев погибли, когда Асад устроил самую страшную резню на Ближнем Востоке в новейшей истории под лозунгом: "Асад или страна сгорит!"

То, чему мы стали свидетелями за последние 48 часов, поражает воображение: свержение статуй Асада в разных городах, открытие страшных тюрем (где некоторые несчастные узники томились десятилетиями), бегство тайной полиции, уход российских войск и боевиков "Хезболлы", и, наконец, исчезновение самого диктатора. Невозможно наблюдать падение жестокой тирании дома Асадов без чувства радости.

Но это Ближний Восток. Всякий, кто помнит "арабскую весну", знает, что ситуация всегда может ухудшиться. А изучавшие историю понимают, что предсказания – удел глупцов.

Полевой командир Абу Мухаммад аль-Джулани – бывший член "Аль-Каиды", затем "Ан-Нусры", а ныне лидер группировки "Хайят Тахрир аш-Шам" (ХТШ) – теперь контролирует Дамаск и значительную часть Сирии, хотя и не всю страну. В среду его фракция объявила, что "мусульмане и христиане во всем их многообразии будут пользоваться уважением". Отражает ли это искреннее желание, или это лишь очередная маскировка в долгой истории обмана аль-Джулани на пути к созданию исламистского государства, еще предстоит увидеть. (Разумеется, западные СМИ легко поддаются манипуляции мелкими деталями. Вчера CNN разразилась просто-таки глубокомысленным анализом: "Как сирийский лидер повстанцев превратился из радикального джихадиста в 'революционера' в пиджаке". Никогда еще пиджак – или любой другой предмет гардероба – не приобретал столь глубокого геополитического значения.)

Неясно также, что аль-Джулани – террорист, воевавший против американцев в Ираке и отбывший срок в тюрьме Абу-Грейб – готовит для Сирии. Мы знаем лишь, что десятилетиями судьба страны находилась в руках безжалостных внешних игроков, главным образом иранского тирана аятоллы Хаменеи, генерального секретаря "Хезболлы" Хасана Насраллы и президента России Владимира Путина, чья авиация позволила Асаду выжить. Они долго использовали сирийский народ как марионеток в своей антиамериканской, антиизраильской оси сопротивления.

Они были не единственными, кто эксплуатировал Сирию. То же самое делал президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, который бомбит курдских мирных жителей в Сирии, пока я пишу эти строки.

Стоит вспомнить еще одного внешнего игрока: ныне покойного лидера ХАМАС Яхью Синвара. Его безрассудное вторжение в Израиль и дикая резня 7 октября 2023 года должны были привести к уничтожению еврейского государства. Вместо этого его погром обернулся катастрофой не только для палестинцев, чье гражданское население жестоко пострадало, но и для всей Оси сопротивления. Начатая им война разрушила вассалов потенциальной иранской империи – ХАМАС и "Хезболлу" – и, возможно, в конечном итоге сам режим.

Россия тоже оказалась в большом проигрыше. Со времен Екатерины Великой Российская империя стремилась к власти на Ближнем Востоке. В 1770-х годах Екатерина отправила российский флот, который бомбардировал Ливан и поддерживал арабских лидеров в борьбе против османов. В конце 1940-х Сталин изначально поддержал создание Израиля в надежде, что социалистическая еврейская республика станет советским союзником. Когда Израиль стал союзником сначала Франции, а затем США, Советы агрессивно поддержали арабских диктаторов: Хафез аль-Асад стал важным союзником Леонида Брежнева и частым гостем в Москве, предоставив Советам военно-морские базы на Средиземном море.

Для тех, кто помнит эту историю, неудивительно, что Путин пришел на помощь Башару после "арабской весны". Жестокие российские бомбардировки и убийства мирных жителей выиграли гражданскую войну для Асада и обеспечили Путину дальнейшее владение военно-морской базой в Тартусе и другой инфраструктурой в Латакии, что до недавнего времени делало Россию региональным арбитром. Легкий и кровавый успех в Сирии стал одним из факторов, придавших Путину уверенность военного вершителя судеб для вторжения в Украину.

Катастрофический провал политики США также сыграл свою роль в этой разворачивающейся истории. Неспособность президента Обамы обеспечить соблюдение своей знаменитой "красной линии", когда Асад применил химическое оружие против собственного народа, стала катастрофой для американской власти в регионе и частью отказа его администрации от региона в пользу иранской гегемонии. Перефразируя Талейрана – это не просто моральный позор, а что еще хуже – серьезная ошибка. Избранный президент Трамп заявляет, что не хочет участвовать в этом конфликте. Однако даже при относительно небольшом применении американской силы он сможет влиять на Сирию. Стремясь получить золотые лавры ближневосточного миротворца, уже позолоченные "Авраамическими соглашениями", он не сможет остаться в стороне от Сирии, которая должна стать частью любой большой сделки для региона.

Турция и Израиль – два других крупных региональных претендента. Израиль опасался агрессивной Сирии Асада – и по понятным причинам. В войне Судного дня 1973 года сирийские коммандос и танковые войска хорошо проявили себя против Израиля в ходе внезапного нападения. Когда Сирия погрузилась в гражданскую войну, Израиль предпочитал фрагментированную Сирию номинально под властью сломленного Асада исламистской. Теперь, похоже, он получает исламистскую Сирию. В воскресенье Израиль разбомбил отступающие силы "Хезболлы" и объекты химического оружия, теперь не защищенные Россией. Он также занял большую часть Голан, чтобы помешать силам ХТШ закрепиться там. Израиль не будет рисковать и теперь сталкивается с турецкой мощью, занимающей место иранцев и русских.

Что касается Турции: военные силы этого члена НАТО внушительны, и она видит огромную возможность распространить свое влияние на Сирию. Один из многих парадоксов региона заключается в том, что президент Эрдоган, разражаясь гневными тирадами против израильской воинственности и оккупации палестинских земель, одновременно поддерживает своих "Братьев-мусульман" в ХАМАС, оккупирует собственную зону на севере Сирии и регулярно бомбит курдские города и мирных жителей. Отчасти исламский лидер, отчасти турецкий националист, отчасти наследник османов, амбициозный автократ Эрдоган стремится проецировать власть на бывшие османские территории, и как традиционный турецкий лидер, он опасается как курдского терроризма, так и – еще больше – курдского самоопределения.

Для уходящих русских ситуация предельно ясна: Турция заменяет Россию в качестве гегемона Сирии. Израилю теперь придется иметь дело с новой усилившейся Турцией, не уступающей ему ни в военной изощренности, ни в безжалостности. Именно здесь умение Трампа заключать сделки может оказаться решающим.

Стоит вспомнить, что во время своего правления Хафез аль-Асад восхвалялся западными почитателями, особенно британскими и американскими "арабскими экспертами", как мудрый "Сфинкс Дамаска", как и его сын Башар после него. Их превозносил неблагородный сонм нелиберальных прогрессистов, невежественных журналистов, антизападных академиков, просоветских, а затем путинских "танкистов", апологетов Форин-офиса и Госдепартамента, фальшивых "правозащитников", самодовольных и плохо информированных шишек Би-би-си и модных пустышек. Знаменитая статья в журнале Vogue о получившей британское образование законодательнице мод миссис Асад под заголовком "Роза пустыни" остается классикой жанра. Все они превозносили Асадов как проницательных арабских модернизаторов и лидеров "сопротивления" против злых США и Израиля. Это поразительно нелиберальное лицемерие продолжается до сегодняшнего дня, в том числе со стороны определенного дискредитированного, яростно антиизраильского докладчика ООН.

Другой способ увидеть происходящее – как это делаю я – через призму более длительной исторической перспективы: продолжающийся хаос, возникший после падения Османской империи, которая правила арабским миром с его завоевания султаном Селимом Грозным в 1517 году до раздела региона между победителями – Францией и Британией – в 1918 году. Россия, которой была обещана доля османского Ближнего Востока, оказалась под большевистским правлением. Это оставило Британию и Францию под руководством амбициозных либеральных имперских премьеров Дэвида Ллойд Джорджа и Жоржа Клемансо, которые назвали свои новые провинции "мандатами", что было подтверждено Лигой Наций. Британия получила новое образование под названием Ирак и другое под названием Палестина (сегодняшние Израиль, Палестинская автономия и Королевство Иордания). Франция получила Большую Сирию (Сирия и Ливан). Изначально Париж планировал разделить свой мандат на меньшие государства для своих фаворитов-союзников: маронитских христиан (Ливан), друзов, алавитов и суннитов в Дамаске. Курдам – крупнейшему народу в регионе – было обещано собственное государство, но этому помешало создание новой Турецкой Республики в 1922–1923 годах. В конце концов французы отказались от создания нескольких малых государств и вместо этого создали Ливан, которым должны были править их союзники – марониты-христиане в партнерстве с суннитами и друзами, – а также Сирию.

Ни одно из этих новых "подмандатных" государств, получивших независимость после Второй мировой войны, прежде явно не существовало. Большинство из них как государства потерпели крах – за исключением, как ни парадоксально, британского мандата в Палестине, ставшего Израилем и стабильным, хотя и хрупким, Иорданским Королевством. (Другие успешные государства региона – это богатые нефтью монархии Саудовской Аравии и Персидского залива, которые никогда не были колонизированы и создавались органически.) Два самых успешных государства постосманского Ближнего Востока были созданы вопреки желаниям имперских держав, в активном восстании против Британии, и сформированы войной, этническим разделением и перемещением населения: это Турция и Израиль. Теперь именно они являются главными арбитрами будущего Сирии.

Провал всех этих государств – Ирака, Ливана, Сирии – лишь часть более широкой нестабильности, порожденной крахом многих постимперских, постколониальных государств, сформированных великими державами после 1945 года на Ближнем Востоке и в Африке в 1960-х годах. Многие из последних, от Сахеля до Судана и Конго, либо деградируют до хаотичных военных зон под властью не государств, а вооруженных группировок, либо станут протекторатами новых колониальных держав вроде Китая, либо выживут как федерализованные государства, состоящие из автономных образований. Этот сценарий, верный для Африки, может оказаться применимым и к Ближнему Востоку.

Сирия может возникнуть как единое государство, терпимое ко всем своим многочисленным этническим меньшинствам – но это крайне маловероятно – или может быть дальше федерализована в автономные образования под управлением курдов, алавитов и центрального сектора под суннитским правлением, – будем надеяться, не репрессивных исламистов. Каждое будет защищено или подчинено внешним силам, и это может стать лишь началом нового раунда гражданской войны. У Турции уже есть своя армия в турецкой оккупационной зоне, плюс собственное сирийское проксимилицейское формирование в Сирии, и неясно, какие отношения сложатся с ХТШ. Израиль может развить собственные отношения с курдами и другими. Россия, вероятнее всего, уйдет – хотя возможность анклава вокруг Тартуса может быть предоставлена по соглашению с турками. Аль-Джулани либо попытается переделать себя в сирийского лидера для всех конфессий, либо останется верен непримиримому исламизму своей карьеры, с катастрофическими последствиями для всех сирийцев, но особенно для женщин.

США уже вовлечены в это столкновение; помимо турецких и израильских авиаударов, Америка бомбит цели "Исламского государства". Трамп, вопреки собственным желаниям, неизбежно будет втянут как мировой арбитр, стремящийся сформировать новый Ближний Восток.

Что же до Башара аль-Асада? Он обоснуется в своей новой российской даче вдали от Сирии, которую он изнасиловал и разрушил.

По-человечески естественно радоваться падению тирана. Наблюдать, как люди выходят из мрачных подземелий его тюрем, трогательно, и невозможно отвести взгляд. Но возможности здесь безграничны, и никто не знает, как все это может развернуться.

Симон Себаг Монтефиоре – автор бестселлеров, лауреат премий, написавший "Иерусалим: Биография", "Мир: Семейная история человечества" и "Романовы: 1613–1918" (издательство Knopf). Следите за ним в X @SimonMontefiore.