Порно Рассказы Юных Мальчиков
💣 👉🏻👉🏻👉🏻 ЗА ПОДРОБНОСТЯМИ ЖМИ ЗДЕСЬ 👈🏻👈🏻👈🏻
Справочники
НКО
Городские сообщества
На что собираем
Сбор
Сбор
до
25 августа 2021
Я принимаю условия Положения о благотворительной программе
«Поможем вместе»
Мы не берем комиссию за пожертвования и делаем все, чтобы комиссия оператора становилась ниже .
© 2021 «Некоммерческое партнерство оказания помощи людям в затруднительных жизненных обстоятельствах .»
Программирование и сопровождение
TECHRANCH
Хочу зарегистрировать организацию
Я принимаю условия
Пользовательского соглашения
и даю НП "И все за одного" согласие на обработку персональных данных в соответствии с законодательством России .
«Некоммерческое партнерство оказания помощи людям в затруднительных жизненных обстоятельствах»
Хочу зарегистрировать организацию
Я принимаю условия
Пользовательского соглашения
и даю НП "И все за одного" согласие на обработку персональных данных в соответствии с законодательством России .
Во Франции приняли закон: секс с ребенком в возрасте до 15 лет приравнивается к изнасилованию . На это повлиял флешмоб #metooincest, во время которого француженки массово рассказывали о насилии со стороны родственников . +1Люди и эксперты фондов напоминают: сексуальные травмы, нанесенные в детстве, оказывают деструктивное влияние на всю последующую жизнь . Это подтверждают истории Лейлы и Дарьи, которые впервые открыто рассказали о том, как с раннего детства их насиловали собственные братья .
Дарье 30 лет . Она замужем, воспитывает пятилетнюю дочь . До ухода в декрет Даша пять лет пела в православном храме . Она ездит на лошади, любит нестрашные семейные фильмы, изучает французский и сочиняет сказки для своей маленькой дочери .
С пяти до 13 лет Даша подвергалась насилию со стороны родного брата . Она рассказывает свою историю голосом второй раз в жизни . С психотерапевтом Даша свою травму пока не проработала, и говорить ей непросто .
— О своей истории я впервые написала во Vkontakte . Там у меня достаточно подписчиков и какой-то резонанс был .
Когда меня впервые попытался изнасиловать собственный родной брат, мне было пять лет . Столько же сейчас моей дочке . Тогда же закончилось мое детство . Моим насильником был старший брат . Ему удавалось насиловать меня долгих 9 лет, и никто ничего не заметил .
Я знаю, что такое жить двумя жизнями параллельно . Знаю, как это — не чувствовать тело, когда тебя насилуют, а просто разглядывать цветы на обоях . Знаю, как испытывать чувство вины за то, что с тобой сделали . Знаю, как психика вытесняет травмы, когда почти половина жизни — это мелкие осколки воспоминаний, врезавшиеся в душу . Когда ты не помнишь, что именно происходило, но чувствуешь это телом .
Все началось после того, как умер наш дедушка, а папа стал жить отдельно, потому что они с мамой поссорились . C братом у меня восемь лет разницы . Еще есть родная сестра, которая на шесть лет старше .
Дарья Сингурян в возрасте восьми лет
Когда все случилось впервые, моему брату было около 13-14 лет . Сначала все было на уровне разговоров . Брат приносил мне взрослые книги, показывал картинки . Все было плавно, незаметно . Я вообще ничего не понимала .
Нас воспитывала мама . Она была авторитарной, постоянно психологически давила . Я только в 30 лет узнала, что такое личные границы . Что касалось интимных вопросов — обсуждать их с кем-то из взрослых было невозможно .
Не получается выстроить цельную последовательную картину — в голове вспышки, фрагменты . Сознание как будто блокирует болезненные воспоминания .
Помню, что были попытки изнасилования в раннем детстве, когда мне было около пяти . Я начинала кричать, в соседней комнате были мама с сестрой, брат боялся, что все раскроется, и прекращал . Когда подросла, я разговаривала с сестрой . Она уверяет, что ничего не знала . Отчетливо помню, что, когда брат показывал мне книжки, сестра грозилась рассказать маме . Сестре тогда было всего 12 лет, тоже ребенок .
Когда мне было 9, я пригрозила, что все расскажу маме . И услышала фразу: «Молчи или мама умрет, она этого не переживет, маму надо беречь» .
Если бы я могла, то сказала бы всем: «Мамы, папы, бабушки, пожалуйста, никогда не говорите детям, что вас нельзя расстраивать, не давайте такого посыла! Пусть дети знают, что вы сильные, взрослые и все выдержите и поможете» .
С братом я не общалась лет семь — с тех пор, как вышла замуж . С мамой были в контакте до ноября 2020 года, пока она не узнала о моем опыте инцеста .
Мама постоянно спрашивала: «Почему ты не общаешься с братом?» Я не хотела говорить ей, чтобы не травмировать . Мой муж рассказал обо всем маме в переписке .
Мама не поверила, потом еще и обвинила меня в том, что я все это придумала с корыстной целью . У меня в долевой собственности было жилье, где я выросла и где происходило насилие . Мне очень неприятно туда возвращаться . Там все еще живут брат и мама . Подразумевалось, что я выгоню брата из этого жилья через суд . Я полностью отказалась от прав на эту квартиру .
Когда все только начиналось, брат сказал: «Ты не взрослая, не можешь забеременеть, поэтому все можно» .
Насилие продолжалось лет до 13-14 . Он уже был совершеннолетний, старше 20 . Моя жизнь поделилась на две части: скрытую от всех, где есть насилие, и внешне благополучную, с семьей, где все ладят друг с другом .
В 13 лет меня отправили в летний лагерь . Там я поняла: оказывается, существует детская жизнь, где никого не насилуют . Как раз в это время пришли месячные . А когда вернулась домой, в голове что-то перещелкнуло: я стала давать отпор .
В детстве мне всегда говорили, что я должна быть тихой, мягкой, удобной . Мама постоянно твердила, как многим я обязана брату .
Мама крестила меня в четыре года . Я росла, знала, что есть Бог . Дома были иконы, но в храм мама не ходила . Она узнала из книг о религии, что дети должны слушаться родителей, и усиленно это прививала .
Дома было жуткое нарушение границ . Переодевались все при всех . Не было защелки в ванной .
Брат мог прийти, помыть меня, хотя мне было лет 10 . Сейчас я понимаю, как это странно . Это однозначно повлияло на нездоровые отношения между мной и братом .
Сейчас мы с мужем воспитываем дочку и сразу объясняем, что такое личные границы, кто может до нее дотронуться . Есть интимные зоны: груди, трусиков . Никто не может дотрагиваться до них без разрешения . Мыть ребенка могут мама или папа . Врач должен проводить осмотр в присутствии родителей и с их позволения . Таковы правила безопасности .
Дети однозначно не должны видеть друг друга и родителей голыми . Это размывает понятия о том, что можно и что нельзя .
Почему только в 30 лет я начала об этом говорить? Это стыдно, я винила себя . Муж долго не знал, хотя у нас нет секретов . Ему смогла рассказать только в переписке: закрывшись в туалете, уревевшись, дрожащими руками набрала сообщение о сексуальном насилии в детстве со стороны брата . Стена молчания рухнула .
Чуть позже поделилась и с сестрой . Она сказала, что ничего не знала, что это ужас, и я должна молчать . Опять молчать, чтоб маму не расстроить, а то мама умрет . Те же слова, что и в детстве .
Я больше не хочу испытывать чувство стыда, мне нечего стыдиться во всей этой истории .
Я не стала грязной или испорченной . На мне нет вины за случившееся — я была ребенком .
Всю жизнь я боялась отвержения . Считала, что, если кто-то узнает обо мне это, то отвернется . Я думала, что со мной что-то не так, раз такое произошло именно со мной .
Самое страшное во всей этой истории - молчание . Мне страшно думать, сколько таких же девочек прямо сейчас молчат, чтобы не расстроить маму, или боятся, что им не поверят, не защитят .
В семь лет я пошла в школу . Ко второму классу у меня резко упал иммунитет . Я стояла на учете у иммунолога, врачи не могли понять, что произошло . Я так понимаю, организм дал сбой на фоне насилия . Я настолько часто болела, что меня перевели на домашнее обучение . У меня не было внешнего мира, был только брат-насильник .
Начался невроз навязчивых движений: руки постоянно мельтешили, это видно на фотографиях .
Наблюдалась у невропатолога . Только с седьмого класса я стала ходить в школу .
С детства и до сих пор каждую ночь мне снятся кошмары . Понимаю, что нужно идти к психиатру, но пока не решаюсь .
В 19 лет я сама пришла в православный храм и воцерковилась, но есть духовная и душевная сферы . И психику нужно лечить у специалистов .
После того как я все публично рассказала в соцсети, у меня случился депрессивный эпизод .
Я смотрела у нас в городе отзывы на психиатров, к ним никто не советует идти даже с простыми вещами, не говоря уже об инцесте . Финансы сейчас не позволяют вкладывать в себя . У нас много других финансовых затрат . Психотерапия пока не по карману .
Когда я стала взрослее и все прекратилось, мы с братом жили, будто ничего не было . Один раз брат, как мне показалось, хотел на эту тему поговорить . Он сказал, что хотел покончить с собой . Я почувствовала себя виноватой . Ведь я тоже участвовала, и на мне ответственность .
Когда я рассказала свою историю, многие люди стали писать в комментариях о похожем опыте .
Родственница рассказала, что она подвергалась насилию в детстве . Я поняла, насколько это распространено .
Я не знаю, как это предотвратить . Дочку от всего ограждаю . Конечно, я понимаю, что так нельзя . Перебарываю себя . Нужно ее в секции отдавать, а я боюсь ее кому-то доверить .
Нужно показывать ребенку, как отстаивать личные границы, — например, не позволять какие-то вещи с собой делать, которые не нравятся . Это положительно сработает в дальнейшем .
Истории Дарьи и Лейлы отражают достаточно часто встречающиеся в таких ситуациях моменты:
Хочется отметить и специфическую догматичность обеих мам, — это тоже создает некий повышенный риск жестких правил, подчиненной позиции ребенка и женщины, образа того, как должно быть, и нетерпимости к отклонению от этого образа .
За последние пять лет в России на 42% выросло число преступлений против половой неприкосновенности несовершеннолетних: каждое шестое преступление совершается в семье . Часто пострадавшие не могут защитить свои права, обратившись в правоохранительные органы .
По статистике , всего около 4% детей лгут о сексуализированном насилии . Согласно исследованиям криминологов, фактов сексуализированного насилия в 7,8 раз больше, чем регистрируется . По данным центра «Сестры», из 10 преступлений регистрируется только одно .
Людям, которые пережили насилие, помогают в фонде «Безопасный дом» .
«Безопасный дом» собирает 300 000 руб ., чтобы поддержать 10 человек, которые прямо сейчас нуждаются в помощи .
Все они пережили торговлю людьми, сексуальную эксплуатацию и насилие .
Деньги необходимы, чтобы покрыть основные расходы проекта (проживание, питание и другие базовые нужды, медицинскую помощь), а также оплату специалистов, работающих с пострадавшими .
Фонд помощи «Птицы» . Оказывает бесплатную психологическую, правовую и другую помощь людям, пережившим насилие +7 (967) 967—39—29 .
Проект «Тебе поверят» . Платформа для психологических, образовательных и медийных инициатив, направленных на сокращение уровня сексуализированного насилия над детьми и подростками .
Центр «Сестры» . Оказывает психологическую поддержку пережившим сексуализированное насилие и их близким вне зависимости от возраста +7 (499) 901-02-01 .
Сеть взаимопомощи женщин «ТыНеОдна» . Контакты психологов и юристов .
Общероссийский телефон доверия для детей +7 (800) 2000-122
Горячая линия «Ребенок в опасности» Следственного комитета РФ +7 (800) 707-79-78
Служба психологической помощи для подростков и молодежи до 23 лет «Твоя территория онлайн» .
Фонд жертвы скопинского маньяка и блог против насилия: женские проекты, которыми мы гордимся в 2021 году
«Не хочу детей!»: пять причин, почему так происходит
«Когда абьюз достигает крайней точки, женщины готовы бежать в никуда»: им помогут Emergency Boxes с одеждой, книгами и курсами по медитации
Самые важные тексты и срочные новости от «Таких дел» в моментальных уведомлениях
Безнадёге нет
Акция «Рубль в день»
Чемпионат «Меняй игру!»
Листайте фотографии с помощью жеста смахивания влево-вправо
Подпишитесь на субботнюю рассылку лучших материалов «Таких Дел»
© 2022 . Проект Благотворительного фонда «Нужна Помощь» .
This site is protected by reCAPTCHA & the Google
Privacy Policy and
Terms of Service apply
УТВЕРЖДЕНО Советом Благотворительного фонда помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь» (Протокол №1 от 19 .03 .2021 г .)
Публичная оферта о заключении договора пожертвования
УТВЕРЖДЕНО
Директором
Благотворительного фонда
помощи социально-незащищенным гражданам
«Нужна помощь»
(Приказ №1 от 01 .01 .2021 г .)
Для улучшения работы сайта и его взаимодействия с пользователями мы используем cookie-файлы .
Продолжая работу с сайтом, вы разрешаете использование cookie-файлов . Пожалуйста,
ознакомьтесь с политикой , чтобы
узнать больше .
Медиа, которое рассказывает о социальных проблемах и людях, которые с ними сталкиваются
Главное оружие насильника — стыдливое молчание жертвы . Поэтому Юлия Кулешова, создательница первого в России благотворительного магазина «Спасибо!», решила публично рассказать историю о том, как с пяти лет она подвергалась насилию со стороны своего отчима . Сейчас Юлия запускает проект помощи людям, пережившим в детстве сексуальное насилие
Первое, что с недоумением спрашивают люди, которые не сталкивались с насилием в детстве: «Почему же ты не рассказала об этом маме?»
Моя мама жила в рабочей семье, с 15 лет подрабатывала швеей . Шила из каких-то занавесок всем юбки, кофты, обшивала себя . Я появилась, когда ей был 21 год, она так и не успела закончить институт . Отец был совсем другим . Выросший в семье финансовых работников, книг и регулярных походов в филармонию, он смаковал Бертолуччи, пытался практиковать йогу на заре ее появления в Союзе, много читал, но был мало приспособлен к жизни . Мама же была юной работящей женщиной, обеспокоенной судьбой своего чада в разгар перестройки . Они развелись, когда мне было три .
У мамы была твердая позиция по устройству семьи . Расти без отца — плохо и стыдно, будут дразнить дети . Это была настоящая идея фикс: у дочери обязательно должен быть отец . Какой угодно . И она его нашла . Они поехали с подругой кататься на байдарках в 100 километрах от Петербурга и познакомились с двумя местными ребятами, которые жили в этом поселке на реке . Как познакомились — так и поженились . Ее лучшая подружка — с одним, она — с другим . Мне было тогда четыре года . Новый знакомец ее был грубоватым работягой, много умел делать руками . Мама сильно сомневалась: «Уж совсем простой мужик», — сокрушалась она . Но ребенку нужен был отец, а время шло . И мама решилась .
Чтобы все было по-настоящему, мама придумала, что он должен меня удочерить, чтобы я была ему совсем как настоящая дочка, иначе будто бы я буду ужасно страдать . А для этого родной отец должен был отказаться от меня, подписать какие-то бумаги . И он это сделал . И исчез из нашей жизни . Как я узнала недавно, на отца за этот отказ тогда ополчилась его интеллигентская семья .
Новый мамин муж меня удочерил . Теперь нужно было называть его «папа» . Помню, как мы идем по дачной дороге, я говорю «дядя Саша», а он кричит, что он не дядя и не Саша, а папа . И что мне это нужно запомнить раз и навсегда . Позже у мамы, когда они ссорились, был ужасный аргумент, будто бы это я выбрала себе нового отца и ей мужа . Будто бы он мне так понравился, что мама решила, что да, отец найден . Лишь лет в 12 я впервые подумала, что странно было одаривать четырехлетнего ребенка ответственностью за такое серьезное жизненное решение .
Года через полтора в сибирской глубинке умерла мамина бабушка . Мама собиралась быстро съездить похоронить бабушку, но что-то там случилось… Было непросто добраться туда, непросто выбраться — шел 1992 год . В общем, она исчезла на целый месяц .
Никогда раньше мама не уезжала так далеко и надолго . Было неясно, когда она вернется, приходили лишь редкие телеграммы «Приеду позже» . Когда?! Все это время я была с отчимом . Все мои бантики в детском саду теперь были кривые, платья — с пятнами, и колготки вечно сползали .
Однажды меня зашла навестить любимая бабушка, мама родного отца . На вопрос, как дела у ребенка, отчим в сердцах сказал ей: «Это я, я страдаю! Вам не понять, как тяжело так долго без женщины!» Интеллигентная бабушка незаметно поджала губы и лучезарно улыбнулась . От этих слов я почувствовала неясный стыд .
В одну из ночей в тот месяц он раздел меня, притащил в свою постель и заставлял трогать член .
«Ты не сопротивлялась?» — можете спросить вы . Но как? Взрослый, имеющий надо мной абсолютную власть, говорит что-то делать, и я, как обычно, это делаю . Я чувствовала, что происходит ужасное и стыдное . Он сказал, что я должна молчать, иначе мама убьет меня за то, какая я мерзкая и плохая . И точно выгонит из дома, и они прекрасно будут жить вдвоем . Конечно, я поверила .
С тех пор вечерами он сажал меня на колени, показывал порнофильмы, солидно обсуждая происходящее, размер членов и силиконовых грудей . А ночью снова приходил, трогал меня везде, засовывал в меня пальцы, целовал тело . Мы жили в одной комнате в коммуналке . За стеной была безразличная молодая соседка . Где-то на другом конце космоса — любимая бабушка . А мамы не было нигде .
Мама приехала, но было слишком поздно . Я была напугана, подавлена, связана по рукам угрозами и страхами за свое возможное будущее вне семьи .
Все продолжилось и при маме . У меня нет стройной истории, я просто помню эти вспышки страха, стыда, постоянное ощущение несчастья и изгойства в своей семье . Надежно закрыв задвижку, отчим мыл меня в ванной, подергивая свой член и наглаживая мое тело . Хватал меня в моем закуточке, засовывал в рот язык, распахивал халат с эрегированным членом и вальяжно отходил за пять секунд до появления мамы в комнате, заслышав ее плотные шаги в коридоре .
Мама ничего не замечала . Если бы было больше внимания, больше доверия… Если бы она спросила тогда, как так вышло, что я так стройно рассказываю, как устроена моя пися и как ей нужно делать приятно . Почему не хочу стоять рядом с отчимом на фотографии . Мама, спроси! Спроси…
Они были вместе до моих 12 лет . Мне в общем-то повезло, ведь уже с девяти он рассказывал мне, что у всех девочек есть девственная плева и только кто-то свой должен порвать ее, иначе будет слишком больно . Говорил, я должна быть всегда готова к этой ночи .
Мама была хорошей, строгой, постоянно работающей консервативной советской женщиной . Дома — порядок, ребенок — накормлен и чисто одет, остальные излишества — опционально . Однажды, лет в восемь, я надевала по его просьбе новые, подаренные родителями колготки, мама шила . Он смотрел на меня и подраспахнул свой махровый халат, демонстрируя мне украдкой, как он возбужден . Мама сидела в другой части комнаты, увидела это в зеркало, подошла . Мое сердце отчаянно забилось, может быть, сейчас она меня спасет? «Ой, что это тут за причиндалы вывалились? Запахнись», — с улыбкой сказала она . Дверь в мою темницу с грохотом закрылась .
Что это было? Мамин страх потерять мужа? Страх не выжить без второй зарплаты? Она действительно приняла это за случайность? Или, если все-таки поняла, просто не знала, что с этим делать и как с этим жить?
Они развелись из-за того, что он не мог заработать даже на свою жизнь . Отчим хотел со мной видеться, настаивал, что нужно поддерживать отношения, совал мне мятые сотки «на мороженое» . Я послушно встречалась, изображая, что ничего не знаю и ничего не помню, хотя перед глазами стояло, как даже в последние месяцы перед разводом он тискал и трогал меня .
В 15 случился бунт . Я перестала отвечать на его звонки . Но семейная система предполагала, что я должна оставаться хорошей девочкой и дочерью . А я не могла никому ничего объяснить . Поэтому стала плохой уже для всех — почти перестала общаться с его племянницей, с которой мы выросли, и с его матерью, моей названной бабушкой .
После этого я молчала еще 15 лет . Молчала, но всегда помнила . На груди у любимого человека, на сцене, получая премию, попивая зеленый чай с подругой или нанимая сотрудника в компанию, я всегда помнила, какая я жалкая, никчемная, ненужная и грязная девочка .
Моя сестра, его племянница, была первым человеком, которому я рассказала . Однажды ночью, когда я в миллиардный раз прокручивала черные воспоминания, меня прошиб холодный пот: у нее же сейчас маленькая дочка! Наверняка мой отчим, ее дядя, приходит к ним в гости . Как же я буду виновата, если с ней произойдет то же самое! Это заставило меня связаться с сестрой .
Было безумно страшно . Все детство он уверял, что мне никто не поверит . Я хотела бы встретиться с ней лично, но, когда начинала говорить, плакала навзрыд со второго слова . Я написала ей сообщение и в слезах, дрожа, отправила . Она сразу ответила, что прочитала и шокирована . Наконец я почувствовала, что мне поверили . Это была моя реабилитация . Но тогда мне не хватило смелости задать сестре самый важный вопрос: «Как ты будешь теперь с ним общаться?» Я мечтала, чтобы она сказала: «Я не пущу его на порог и плюну ему в лицо» . Но так боялась услышать: «Ты же понимаешь, мы не можем порвать отношения…» или еще что-то в этом духе . После первого шага я поняла, что в этом открытом рассказе и разрывании паутины — мое спасение .
Но не все проходило так, как в моих мечтах . Когда я, запинаясь и краснея, рассказала это своей любимой интеллигентной бабушке, она ничего не ответила . Даже хуже — она сделала вид, как будто я этого не говорила, и перевела разговор на другую тему . Я всегда утешалась мыслью, что вот бабушка у меня была, что как будто бы была надежда, как будто было, к кому тогда пойти . У меня открылись глаза: и тогда, 25 лет назад, бабушка не смогла бы помочь . Скорее всего реакция была бы схожей: «Ой-ой… Ну, съешь творожок, горе мое . Как тебе суп?»
Когда мама с отчимом развелись, чувства обиды и негодования наконец вышли наружу . Вместе с уходом отчима тюремная система, которая связывала нашу несчастную семью, распалась, и развалились и наши с мамой отношения . Я с яростью оттолкнула ее от себя . С моих 13 до 29 лет мы общались максимально формально . Я начала работать, как только меня взяли курьером в маленькую контору, и делала все, чтобы быть максимально независимой . Я всегда старалась сделать маме так больно, как могла . За то, что она не увидела, не уберегла, не помогла .
Однажды я решила, что этот узел нужно развязать . Говорить я не могла, поэтому напечатала и принесла ей компьютер . Начав читать, она покраснела и сердито сказала: «Зачем ты написала это? Что за бред? Это невозможно» . Последних слов я уже не слышала, рыдая: это были самые страшные слова от мамы, которые я могла представить . Я знала, что, если она решит, что я вру, я больше никогда не буду с ней общаться . Но она опустилась на колени и попросила у меня прощения . Мы снова, спустя целую жизнь, оказались вместе .
Позже мама раздобыла его телефон и договорилась о встрече . Глядя ей прямо в глаза, он спокойно сказал, что я лгу .
Всю жизнь я мечтала, чтобы кто-нибудь наказал его . Чтобы прилетел волшебник на голубом вертолете и кастрировал его . Чтобы его разорвали собаки . Чтобы он случайно отрубил себе голову . Сейчас злости осталось немного . После множества практик я не смирилась, нет, а приняла, что пережила этот опыт . В мире столько разных бед, каждому что-то тяжелое достается, а мне — вот это .
Когда лишь год назад я стала об этом говорить с ближайшими друзьями, мне стало значительно легче жить . Мой психолог это объяснила: ребенка разрушает стигматизация, табуированность темы . Он не может об этом говорить ни в семье, ни с подружками, вокруг него образуется сумасшедшая пустота, он несет на себе невыносимый груз тайны .
Что психолог, я и на своем опыте знаю, как это отдаляет от сверстников, которые после школы идут с отцами играть в боулинг, а я тащусь домой, где отчим, дыша чесноком и ухмыляясь, снова залезет мне под юбку . Это мешает создать доверительные отношения с любимым человеком и, не дай бог, семью, ведь на подкорке записано, что это пространство лжи, предательства и леденящего ужаса . Это делает человека максимально уязвимым и беззащитным перед следующим насилием . Я говорю «человека», а не «девочку» — ведь через насилие в детстве проходят оба пола, хоть и в разном соотношении . Депрессии, критически низкая самооценка, желание покончить с собой . Последствия пережитого могут быть очень тяжелыми, сексуальное насилие сравнивают с опытом теракта . Который иногда затягивается на много лет .
Последний год я восстанавливала отношения с членами семьи . Сейчас наконец-то чувствую себя сильной, чувствую, что я большая, а моя история — маленькая . Раньше было наоборот . Жаль, что финансовые возможности работать со специалистами появились у меня только на излете третьего десятка . Это огромное счастье для меня, что сегодня я могу об этом говорить .
А в том, что говорить об этой запретной теме вслух очень важно — я уверена . «Ты такая смелая», — удивилась подруга, узнав, что я пишу этот текст . Но теперь, через 25 лет, я наконец знаю, что эта «тайна» не делает меня хуже, так почему же мне должно быть стыдно об этом говорить? Только через открытый разговор мы можем получать поддержку, находить единомышленников, учить детей и родителей . И лишать насильников их самого главного оружия — стыдливого молчания жертв .
«Решила устроить себе самопиар?» — сердится близкая родственница . На мгновение становится очень больно . Как объяснить ей, что я бы очень многое отдала, чтобы для такого текста не было причин . «Думай о членах своей семьи, ты можешь причинить им эмоциональные страдания», — настаивает она . Серьезно? Мне снова, как было с пяти лет, надо подумать о спокойствии других членов семьи, которым неловко перед соседями? Нет . Хватит .
Маленькая история, которая случилась с одной маленькой девочкой . Пока вы ее читаете, сотни тысяч людей подвергаются насилию . Ярлык «педофил» ничего не объясняет . В массовом сознании «педофил» — это какой-то страшный дядька в пальто, по которому «все видно» . И эти «педофилы» водятся только в «неблагополучных семьях» . Нет и нет . По статистике, большую часть насилия совершают члены и друзья семьи . Самой обычной российской семьи . Такой, какой казалась наша, где дочка ходит в престижную французскую гимназию, в уютном доме есть кот и вкусные ужины . Это не признак нашего времени, так было всегда .
Что могу сделать я? Я не могу объяснить людям с сексуальными отклонениями, почему не стоит насиловать людей . Я могу помочь пережившим это чувствовать себя важными, нужными и живыми . Я решила развивать инициативу, которая создаст пространство для поддержки тех, кто прошел через сексуальное насилие . Которая будет публично говорить о важности доверительных отношений между детьми и родителями, объяснять, почему нужно открыто и просто с ранних лет говорить с ребенком о его теле, отношениях, границах, о его праве говорить «нет», а не молчать, подчиняясь семейной иерархии . Говорить о том, почему чувства ребенка важнее, чем его оценка по математике . Делать помощь доступной для всех, распространять информацию о психологах, службах, куда можно обратиться более старшим детям и взрослым . Вы со мной?
Юлия Кулешова предлагает всем, кто пережил насилие и кто хочет помочь себе или другим, объединяться и действовать вместе . Пишите Юле сюда .
Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в нашей стране . Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле . Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и интервью, фотоистории и экспертные мнения . Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем из них никакого процента на свою работу .
Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям . И мы просим вас оформить ежемесячное пожертвование в поддержку проекта . Любая помощь, особенно если она регулярная, помогает нам работать . Пятьдесят, сто, пятьсот рублей — это наша возможность планировать работу .
Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу . Спасибо .
Еще больше важных новостей и хороших текстов от нас и наших коллег — в телеграм-канале «Таких дел» . Подписывайтесь!
Каждый день мы пишем о самых важных проблемах в стране . Мы уверены, что их можно преодолеть, только рассказывая о том, что происходит на самом деле . Поэтому мы посылаем корреспондентов в командировки, публикуем репортажи и фотоистории . Мы собираем деньги для множества фондов — и не берем никакого процента на свою работу .
Но сами «Такие дела» существуют благодаря пожертвованиям . И мы просим вас поддержать нашу работу .
Пожалуйста, подпишитесь на любое пожертвование в нашу пользу . Спасибо .
На Ваш почтовый ящик отправлено сообщение, содержащее ссылку для подтверждения правильности e-mail адреса . Пожалуйста, перейдите по ссылке для завершения подписки .
Если письмо не пришло в течение 15 минут, проверьте папку «Спам» . Если письмо вдруг попало в эту папку, откройте письмо, нажмите кнопку «Не спам» и перейдите по ссылке подтверждения . Если же письма нет и в папке «Спам», попробуйте подписаться ещё раз . Возможно, вы ошиблись при вводе адреса .
Исключительные права на фото- и иные материалы принадлежат авторам . Любое размещение материалов на сторонних ресурсах необходимо согласовывать с правообладателями .
По всем вопросам обращайтесь на mne@nuzhnapomosh .ru
Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter
Нашли опечатку? Выделите слово и нажмите Ctrl+Enter
Благотворительного фонда помощи социально-незащищенным гражданам «Нужна помощь» в отношении обработки персональных данных и сведения о реализуемых требованиях к защите персональных данных
имя, фамилия, отчество, e-mail, телефон, данные банковской карты, IP (местонахождение), пол, адрес, возраст
совершение пожертвований на сайте (сервисах) Фонда
имя, фамилия, отчество, e-mail, номер телефона, адрес, данные банковских карт, ссылки на социальные сети, фотография, пол, возраст (дата рождения)
создание Личного кабинета на Сайте (сервисах) Фонда
имя, фамилия, отчество, e-mail, номер телефона, должность, место работы, фотография, данные банковских карт, IP (местонахождение), пол, адрес, возраст
имя, фамилия, отчество, e-mail, номер телефона, адрес доставки (город, улица, номер дома, квартиры), данные банковских карт, IP (местонахождение), пол, адрес, возраст
совершение покупок (товаров и/или услуг)
Фото: Kinopoisk .ru/Кадры из к/ф "Добро пожаловать или постороннм вход воспрещён"
НАТО в панике: поступок Путина не смогли объяснить
Раскрыта организация протестов в Казахстане
Странное поведение котов взволновало всех
Новые фото сына Лукашенко взбудоражили россиянок: настоящий принц
Внук Сталина Юрий
Порно Рассказы Юных Мальчиков
Порно Рассказы Молодая Бабушка
Миниатюрные Попки Порно
Бесплатно И Без Регистрации Порно Азиатки