Пора спать.

Работоспособность в компании ценится превыше всего...

...Поэтому сон давно перестал быть для меня чем-то обязательным. Несколько часов за компьютером после рабочего дня — вполне нормальная вещь. Одна кружка кофе, вторая, третья... В какой-то момент я перестал замечать их количество.

За окном уже начинало светать.

Было без десяти пять утра, а я всё ещё сидел над документами, упрямо перечитывая одну и ту же строчку в который раз.

Мне сейчас кажется, будто мой мозг специально отказывается переваривать последнюю полученную информацию, чтобы я наконец оставил его в покое.

Но я не собираюсь поддаваться этим дешёвым манипуляциям. Поэтому делаю очередной глоток кофе, хотя его вкус уже давно перестал ощущаться. Строки перед глазами начинают медленно плыть, а буквы нарочно меняются местами.

— Ксавьер?

Голос доносится откуда-то сбоку. Сначала я даже не реагирую. Кажется, мозгу требуется несколько секунд, чтобы вспомнить: кроме меня здесь вообще кто-то есть.

— Ксавьер, приём.

Собственное имя наконец вырывает Ксавьера из мыслей, отдалённо напоминающих здравый анализ. Он сидит, сгорбившись над столом и клавиатурой. Видимо, так лучше видно и понятнее, что вообще делаешь. Но это лишь предположение третьего лица.

Он медленно оборачивается, чтобы встретиться взглядами с тем, кто его позвал. Кто стоит за его спиной с невозмутимым лицом. Хотя нет, скорее гневным. Дамиан никогда не ставил работу настолько выше себя и ненавидел эту черту в других. Особенно зная, насколько сильно она вредит. Ну и зная манию Ксавьера к саморазрушению и героизму. Он невозмутимо подходит к столу.

— Ты собираешься ложиться? — шепчет Дамиан, наклоняясь к уху и бесстыдно наблюдая за чужой работой.

Руки сами тянутся к плечам, пока Ксавьер неловко уворачивается. Нравится представлять их подобную рутину каждому. Включая меня. Знать, что бесконечную отдачу работе могут прервать одним движением рук. Вот и сейчас Дамиан начинает медленно разминать затёкшие плечи, чувствуя под пальцами напряжённые мышцы.

Можно представить, как Ксавьер начинает паниковать и ёрзать. Ну, во-первых, потому что разминка изначально болезненна... А во-вторых, потому что он снова попался на глаза за нарушением рекомендаций.

Он неловко отводит взгляд, и на щеках выступает румянец. Спина выпрямляется, как стена, а руки пытаются найти себе место. В конце концов складываются в замок на коленях.

— Я почти закончил, так что...

— Ксавьер, я слышал это сотни, если не тысячи раз.

Нос скользит за ухом, нагоняя мандраж. Мурашки на руках видно невооружённым взглядом, и... Дамиану нравится эта открытость. Его влияние сильно. Даже слишком. Он знает каждое слабое место этого человека и умело этим пользуется. Хотя разве это не очевидно?

Одну руку он сдвигает на мышку, начиная закрывать вкладки. Наглость в чистом виде. Дамиан никогда не отличался скромностью. Зубы прокусывают мочку уха, заставляя Ксавьера едва заметно вздрогнуть.

— Всё, — произносит наглец, закрывая последнюю вкладку. — На сегодня ты закончил.

И тишина.

Ксавьер глупо смотрит на экран, будто там ещё остались рабочие файлы и открытые вкладки. Но ничего нет. Он закрывает глаза на секунду, а открыв их, ничего не находит. Наоборот. Чёрный экран потухшего монитора. Ведь нажать на кнопку спящего режима не так уж и сложно, верно?

И только теперь Ксавьер замечает собственное отражение в нём.

Бледное лицо, растрёпанные волосы, покрасневшие от усталости глаза. Даже в тусклом свете комнаты он выглядит так, будто не спал несколько суток – что могло бы быть правдой, не будь над ним контроля. Несколько секунд Ксавьер молча смотрит на себя, будто пытается узнать этого человека.

Тишина.

Ксавьер поджимает губы и зло смотрит на человека за спиной. Взгляд откровенно обещает неприятности, но Дамиана это, кажется, совершенно не беспокоит. Он лишь чуть приподнимает бровь, ожидая очередной попытки доказать, что Ксавьер всё ещё способен самостоятельно принимать решения.

— Я не закончил, — наконец тихо произносит он.

— Закончил, — без колебаний отвечает Дамиан.

— Ты не имел права.

— Я уже это сделал, если ты не заметил, — хищно усмехается Дамиан.

Вообще, подобное вмешательство считается нарушением всех регламентных и моральных правил... За это полагается наказание от административного отдела. Должно, да. Если бы они находились на своих рабочих местах. Но... это ведь и не совсем подходит. Сейчас они не в главном офисе, а «дома». Если это вообще место можно таковым назвать.

И тем более это же Дамиан. Ему можно всё. Он ведь любимый сотрудник. И человек.

За Дамианом Ксавьер ведомо последует куда угодно. Сделает для него всё, что только сможет. Стоит ему лишь пожелать — и Ксавьер уже не станет спрашивать зачем.

Поэтому спорить он больше не пытается. Он идёт за ним прямиком в постель. Под его руками чувствуется обнажённая кожа. В его руках он готов заснуть. Глаза болят от долгого света, а Дамиан продолжает целовать их, словно кот, вылизывающий хозяина. Глупый. Или умный.

— Дамиан... я спать хочу.

Не пытайся вырваться. Этот капкан уже захлопнулся.

— Да-а-а? А мне недавно говорил, что ещё немного поработаешь.

Ксавьер что-то невнятно бормочет в ответ. Кажется, даже сам не понимает что именно.

Дамиан только усмехается и оставляет последние поцелуи на его шее.

Всё.