Попаdence

Как и почему попаданческая литература стала популярной?

Попа-что?

Попаданчество — это литературный творческий метод или одно из направлений фантастической литературы, в котором главный герой (обычно современный человек) случайно или с помощью магических/фантастических событий попадает в прошлое, будущее или в альтернативную реальность.

Такое понимание термина оголяет проблему: выходит, что огромное количество волшебных сказок – фольклорных и авторских, древних и относительно новых – это истории о попаданцах? Да и не только сказок: перемещения во времени и пространстве, перенос в альтернативную реальность – это настолько распространенный сюжетный прием, что обнаруживается он (или его подобие) в огромном количестве произведений. Возьмем в качестве примера «Приключения Алисы в Стране чудес»: главная героиня попадает в воображаемый мир абсурда, в котором не действуют законы физики реального мира. Попаданец ли главная героиня?

Чтобы определиться, что именно считается попаданчеством, необходимо погрузиться в теорию современной литературы.

Путешествия во времени с уклоном в научную фантастику традиционно относят к жанру хронофантастики или хронооперы (одно от другого отличается тем, что во втором случае перенос в прошлое или будущее – основной сюжетный троп, в то время как произведения хронофантастики используют подобный прием для завязки сюжета).

Волшебные сказки тоже нельзя отнести к попаданчеству, так как они выделяются в отдельный жанр, имеют свои особенности, приемы. Конечно, одним из наиболее частотных приемов волшебной сказки может быть перенос героя из одного локуса в другой, что косвенно напоминает попаданчество. Но перенос героя здесь является далеко не главным событием, это сюжетоформирующее действие, но не его основа.

Dance, dance, dance with my popadence

как устроена попаданческая проза

Итак, мы выяснили, что не является попаданческой литературой. А что является?

Главный двигатель сюжета попаданческой прозы – это процесс взаимодействия героя с новой средой. Часто герой вносит изменения в ход исторических событий или применяет современные знания и технологии, чтобы выжить и достичь целей.

Типичный сюжет: совершенно обычный (с некоторыми оговорками, об этом дальше) человек внезапно и невероятным образом попадает в другой мир. Новый мир может быть прошлым, будущим, параллельной или альтернативной реальностью. Но как? Что нужно сделать, нам, простым обывателям скучной серой повседневности, чтобы попасть?

Как ни странно, попаданческая литература, как правило, максимально банально отвечает на этот вопрос. Чаще всего причиной переноса является сон. Да, вот так просто. Уснули вы в своей совершенно непримечательной спальне, а проснулись мало того, что в самом тылу врага, так еще и в эпоху феодальной раздробленности. Окей, гугл, как лечить чуму?

Несколько реже бывает, что попаданца специально забрасывают в альтернативный локус при помощи магии или специальных технологий. В таком случае герой изначально имеет представления о том, куда он попадает, а еще у него сразу есть цель. Например, его могут направить в прошлое, чтобы расправиться с пра-прадедом современного предводителя либеральных оппозиционеров, дабы прервать династию зла и спасти весь мир.

Еще один способ попасть – проявлять любознательность и трогать руками странные предметы необычной формы (или вполне привычные предметы, но сакральные, древние – двигать статуэтки, листать ветхие книги, открывать кулоны, примерять кольца и т.п.).

Существует два сюжетных клише для попаданческого нарратива. Герой попадает в другой мир либо в своем обличии, либо чудесным образом меняет тело, сохраняя при этом личность.

Если повезет, то попасть можно в тело какой-нибудь известной личности, а там уже дело за малым – и ход истории поменяем, и мировое уважение заслужим. А если повезет еще больше, и автором книги окажется человек с более нестандартной фантазией, то можно поменяться телами с животным и даже насекомым.

Та самая пчела-попаданец, ставшая мемом благодаря обзору Дениса Чужого, – пример второго типа попаданческого сюжетного клише.

Герой попаданческой фантастики обязательо имеет особенность, которая как нельзя кстати приходится в условиях новой для него действительности. Попал в Средневековье? Не проблема! Главный герой будет знать все о траволечении и обладать блестящими навыками мечевого боя. Еще лучше, если герой в своей повседневной жизни служил в вооруженных силах или правоохранительных органах. Это наиболее распространенный троп в современной русскоязычной попаданческой литературе.

В новом локусе героя обязательно ожидает вереница приключений в виде борьбы с условным злом. При этом действия противника (а чаще группы противников) странным образом напрямую влияют на реальность, из которой был выдернут главный герой.

Говоря о том, как авторы современной русскоязычной попаданческой литературы выстраивают альтернативный мир, нам приходится отмечать весьма грустную, но, увы, частую особенность: тотальная непроработанность и сюжетно-логические дыры. Казалось бы, сам жанр будто бы предполагает фокус на детализации и объяснении законов, по которым существует другая, более интересная реальность. Но тут кроется основная проблема новой попаданческой литературы: детальная проработка фантастического мира и четкая логика законов его развития – то, за что мы любим шедевры фантастики (от «Властелина колец» до «Дюны» и серии романов Джорджа Мартина) – требуют долгой и кропотливой работы (и, вероятно, огромного писательского таланта). Если мы взглянем на количество книг, создаваемых авторами жанра попаданства, мы не только удивимся продуктивности их создателей, но и ожидаемо усомнимся в качестве текстов.

Попаданс, попаданс синий трактор едет в нас

откуда взялся жанр?

Корни, с позволения сказать, классического современного попаданчества имеют очень разветвленную систему: сам жанр является специфическим видом нишевой фантастической литературы, имеющим при этом огромное количество источников. Это и фольклорно-мифологические предания, и классические литературные произведения (например, «Путешествия Гулливера»), и кинематограф (сразу вспоминаются советский фильм «Иван Васильевич меняет профессию» и американская трилогия «Назад в будущее»).

​​

Популярность жанра попаданчества у читателей обусловлена несколькими факторами. 

Во-первых, сюжет переноса главного героя в другой мир дает читателю возможность погрузиться в захватывающие приключения и поупражняться в фантазии. Во-вторых, многие попаданческие истории связаны с важными историческими и политическими событиями. Это позволяет читателям погрузиться в жизнь прошлых эпох, рассмотреть влияние героев на исторические события и персонажей и даже оказать влияние на собственное состояние ресентимента. О, вы предлагаете отправиться в прошлое и хорошенько навалять врагам Отечества? Изменить ход глобальных событий? Да за милую душу!

Страна восходящего попаданса

где еще популярен жанр?

Жанр попаданческой литературы также обрел огромную популярность в стране восходящего солнца. В Японии попаданс имеет свой собственный термин – Исекай(異世界), что можно перевести как «другой мир». Не смотря на то, что рассказы про японских попаданцев существуют уже очень много лет, жанр – как и у нас – пережил взрыв в популярности в начале 2010-х. Такие новеллы как «Оверлорд», «Без игры нет жизни» и «О моем перерождение в слизь» являются одними из самых продаваемых в Японии за все время. Множество представителей жанра имеют анимэ адаптации.

У наших попаданцев и у японского Исекая есть очень схожая черта – главный герой в нашем мире абсолютно простой человек со скучной жизнью. Только после перемещения в новый локус он может раскрыть свой потенциал. Многие читатели отмечают данную черту жанра как очень важную, так как она помогает поставить широкую целевую аудиторию сразу на место главного героя. Однако, на этом схожести заканчиваются, поскольку жанр Исекаю чаще описывает магические фэнтезийные миры по образу видеоигр. Причем от видеоигр часто берется не только сеттинг мира, но игровые механики при взаимодействие с ним. Самым близким к нашим попаданцам будет новелла «Военный журнал маленькой девочки», где события происходят в сеттинге Первой мировой войны.

Чтобы понять огромный рост популярности жанра попаданцев в России и Исекая в Японии, можно провести параллели культурного и социального положения двух стран.

90-ые годы для обеих стран начались с крупных экономических кризисов, от которых обе страны начали отходить только десятки лет спустя. В итоге у нас две страны с ярко выраженным демографическим кризисом и целыми поколениями людей, которые испытывают большие трудности с реализацией себя в жизни. 

Как раз тут и кроются главные расхождения наших попаданцев и японского исекая. Так как экономических кризис после развала Советского Союза имел молниеносный характер, то целевой аудиторией жанра попаданцев у нас в основном стало поколение миллениумов. В Японии же затяжной кризис поставил в затруднительное положение поколение Z, которые и стали целевой аудиторией жанра Исекай.

Даже характер кризиса сыграл свою роль. В России кризис имел сильный политический характер. Из-за этого многие сюжеты книг про попаданцев связаны с тем, как главный герой меняет ход исторический событий в сторону благополучного будущего.

Современная экономическая и социальная  ситуация в Японии делает переход во взрослую жизнь для гражданина страны сложным процессом. Проблема безработицы среди молодого населения достигла своего пика в начале 2010-ых, как раз когда жанр Исекай начал молниеносно набирать популярность. Обилие игровых фэнтезийных сеттингов в жанре Исекай можно связать с желанием вернуться к более простым временам детства.

Оценивая популярность этих жанров в России и Японии, можно прийти к интересной закономерности: жанр является отличным инструментом для эскапизма, поэтому его популярность может многое сказать о социальном и экономическом положение страны.

Авторы текста: Дарья Терентьева, madcore

Дизайнер обложки: kawaiikit

Главная редакторка: Дарья Терентьева