Помоги...

Я не решался принять телефонный звонок от мамы. Сердце бешено колотилось, словно предчувствуя страшное известие.

— Серёженька утонул. Один ты у нас остался! — прозвучали слова матери.

Опустившись в кресло, я долго не мог прийти в себя. Неделю назад, приехав на Волгу для рыбной ловли, мой брат пропал. Его поиски продолжались по сих пор. Предполагаю, для посторонних людей всё уже казалось очевидным, и нужно было готовиться к такому исходу. А в моей душе все дни поиска теплился огонёк надежды, который только что погас. Следствие подтвердило факт несчастного случая, и мы смогли забрать тело. Хоронить решили в деревне, где проживали отец с матерью. Здесь, на кладбище, спали вечным сном наши предки.

В день похорон съехалась вся родня. Крышку гроба не открывали. Тело брата слишком долго находилось в воде, отчего Серегу было трудно узнать. Кроме того, его обглодали раки, и, боюсь, не все родственники смогли бы выдержать увиденного.

По завершению похорон, когда часть родственников уехала, а другая разложилась для сна в доме, я прилёг в когда-то бывшей нашей с братом комнате. Всё здесь напоминало о нём: одежда, компьютер с играми и старый музыкальный центр. «Не понимаю, почему ты от него так и не избавился, ведь он давно не работал?» —спрашивал я о центре, глядя на фотографии брата на стене и вспоминая, сколько раз он делал попытки починить его.

В последние годы я проживал в городе. А Сергей, окончив училище, вернулся в отчий дом. Посёлок у нас большой, всего в десяти километрах от города. И работа есть, и всё, что нужно для жизни. Всего через месяц брату должно было исполнится двадцать три года. Семьёй Сергей обзавестись не успел. Да и постоянных отношений не построил, как думал я.

«Ушёл и ничего после себя не оставил на земле!» — досадовал я. Не в силах больше сдерживать слёзы, оплакивал брата. Уснул лишь глубокой ночью, а проснулся от шагов в коридоре. Когда годами живёшь с одними людьми, даже спустя время, по звуку шагов можно понять, кто идёт. И я не мог в это поверить. Это были шаги Сергея! Которые замерли за дверью нашей комнаты. Донесся скрип открывающейся двери. Я лежал лицом к стене и от нахлынувшего на меня страха не мог обернуться. В комнате резко похолодало. Меня будто обдали ледяной водой. Некоторое время Серёга стоял позади меня. В звенящей тишине я отчётливо слышал, как капает на пол вода с его мокрой одежды. Он не вымолвил ни единого слова. Я едва дышал. Спустя несколько минут в коридоре послышалось шарканье тапок, по которому я узнал маму.

— Сынок, у тебя всё в порядке? — зайдя в комнату, прошептала она.

После чего я обернулся. Кроме меня и неё в комнате никого не оказалось.

Я не обмолвился о произошедшем маме. Ей и без того приходилось очень тяжело.

Спустя несколько дней Сергей снова пришёл. В этот раз брат присел на край дивана. Я не мог пошевелиться или закричать, но я смог разглядеть его опухшее лицо и руки, с которых облезла кожа и болталась плоть, отъеденная раками. Я хотел орать от накатившего на меня ужаса, но из горла вырвался лишь тихий осипший вздох. Приметив, что я замечаю его, он повернулся и тихо прошептал: «Помоги!» И в это же мгновение, словно растворившись в воздухе, исчез. А я вскочил с дивана и выбежал на улицу. Отдышавшись и чуть придя в себя, достал сигареты. Едва я поднёс огонек к сигарете, как увидел возникшее передо мной лицо брата. «Помоги!» — закричал он полным отчаяния голосом. От неожиданности, я не устоял и упал назад. Серёга стоял напротив меня. Подняв руку, он указал на дом в конце улицы. На дрожащих ногах я открыл калитку и направился к нему.

В стареньком доме горел свет. Подойдя к окну, я заметил сидящую за столом девушку. Ею оказалась Алёнка. Я и не знал о её возвращении в деревню.

Дело в том, что Алёна из неблагополучной семьи. Ещё в те времена, когда мы были подростками, ее изъяли у родителей и отправили в детский дом. Мать с отцом не просыхали, так и умерли поочереди от зелёного змея. Помню и то, что мои родители изъявляли недовольство от внезапно возникшей в те годы дружбы Сергея и Алёны. «Не чета она тебе!» — ругалась мама на брата. А как девочку изъяли, так и наша мать успокоилась.

Я постучал в окно. Девушка вздрогнула, выключила свет. Приложив ладошки к тёмному стеклу, она посмотрела в окно. Увидев меня, чуть улыбнулась и указала проходить в дом. Мы поздоровались.

— Не знал, что ты вернулась, — начал разговор я, присаживаясь на стул.

— Да, около полугода назад.

— Как жизнь? — спросил я, разглядывая Аленку.

Из угловатой девочки подростка она превратилась в миловидную девушку. Светлые длинные волосы, большие голубые глаза, чуть вздернутый носик и веснушки придавали своё обаяние.

— Как видишь, вернулась в отчий дом, — вздохнула Алёнка. — После выпуска из детского дома отучилась на повара. Как не старалась, и сколько бы не работала, всё на месте топталась. Кругом подлость людская, обман. Устала. Собрала вещи и приехала домой. Теперь работаю поваром в нашей школе. Мне нравится. С детьми легко и тепло, у них светлые души и добрые сердца. И дома мне лучше.

— Я не видел тебя на похоронах Серёги. По старой дружбе могла бы прийти и попрощаться, — укорил я Аленку.

— Я приходила, стояла поодаль, — повернувшись к окну, ответила Алёна.

В комнате повисла тишина. Я не понимал, для чего я здесь и что хотел от меня брат, приведя сюда.

Будто услышав мои мысли, Алёнка неожиданно спросила:

— Олег, зачем ты пришёл?

— Сам не знаю. Понимаю, прозвучит странно. Серёга меня направил.

— Ты его тоже видел?

— Что ты имеешь ввиду под словом - тоже?

От удивления, я поднялся из-за стола.

— Он и к тебе приходил? Но зачем? Что он хочет?

Алёна молчала. А следом её плечи задрожали и, прикрыв лицо руками, она опустилась на холодный пол и зарыдала.

— Я беременна от Серёжи. Завтра поеду на аборт. А он снится, просит не делать этого!

— Вы встречались? Я так понимаю, ни отец, ни мать не в курсе ваших отношений?

— А ты забыл? Не чета я для ваших родителей! Отец - забулдыга, мать - алкоголичка. Что с меня взять? Яблоко от яблоньки... Не так ли говорила твоя мать, пророча мне жизнь падшей женщины. Ну, что молчишь? Не так было? Вот и встречались с Серёжей тайно. А как о беременности узнали, хотели рассказать и узаконить отношения. Не успели! А кому я теперь нужна? Я любила твоего брата и не хочу терять ребёнка, но одна дитё не выращу. Завтра все закончится!

Я оказался ошарашен известием. С другой стороны, у брата может родиться дитё, что вселило в меня некую радость и надежду. И я понял, о какой помощи просил Сергей: сохранить жизнь ещё нерожденному ребёнку и помочь его маме.

И сделал всё, что он хотел. Уже на следующий день я взял Алёнку за руку и привёл её в дом родителей. От услышанного мама опустилась на кровать и рассказала, что Серёжа приходил к ней во сне и держал на руках маленького мальчика.

— Значит, сын будет! — обнимая Алёнку, сказал отец.

Глаза родителей засветились от счастья. Мама больше не говорила об Алёне плохо. Она раскаялась и приняла её, обещая помочь во всём, только бы она сохранила ребеночка. Через пол года у меня появился племянник. Мальчика назвали Стёпой. Алёнка стала для моих родителей любимой дочерью, а для меня хорошей сестрой. Сегодня Степан Сергеевичу уже десять лет и он точная копия своего отца.