Помог чем смог

Теллер лежал на нижней койке и смотрел в потолок. Второй час.

Он пытался считать лампы— их было ровно двадцать четыре в каждой комнате, он знал это наизусть. Пытался мысленно повторить маршрут завтрашней вылазки. Ничего не работало.

Мысли метались, как перепуганные мотыльки. То он вспоминал вчерашнюю аномалию— как пространство перед ними сложилось гармошкой, и Оливер едва успел оттащить его за шиворот. То прокручивал в голове финансовые отчеты, которые нужно было сдать до конца цикла. То просто смотрел на верхнюю койку, где тихо посапывал блондин, и злился на себя за то, что не может уснуть, как нормальный человек.

Теллер перевернулся на бок. Койка жалобно скрипнула.

—Телл?— раздался сонный голос сверху.

Шатен замер, притворяясь спящим. Сердце застучало быстрее— только этого не хватало, разбудить Оливера своими метаниями.

—Я знаю, что ты не спишь,— голос стал чуть бодрее.— Ты слишком шумно дышишь. Как паровоз.

Теллер вздохнул и открыл глаза. Теперь притворяться было бессмысленно.

—Прости. Я не хотел тебя разбудить.

—А я и не спал,— Оливер свесился с верхней койки вниз головой, как летучая мышь. Светлые волосы свисали почти до лица Теллера, а карие глаза в полумраке казались почти черными.— Ну, точнее, я спал, но я всегда просыпаюсь, когда ты начинаешь ворочаться. Это профессиональный рефлекс.

—С каких пор твой рефлекс— следить за мной?

—С тех пор, как мы познакомились, —беззаботно ответил Оливер. —Ну что, будешь рассказывать, или мне спуститься и устроить допрос с пристрастием?

Теллер хмыкнул, но вставать не стал. Вместо этого он просто вытянул руку вверх и легонько стукнул блондина по лбу.

—Иди спать, Ле Сент.

—Не-а, —Оливер ловко перехватил его руку и сжал пальцы. —Теперь я не усну, пока не узнаю, что случилось. Ты же знаешь, я упрямый.

Теллер знал. И от этого становилось одновременно и легче, и сложнее. Легче— потому что Оливер всегда был рядом, всегда готов слушать. Сложнее— потому что говорить о своих дурацких тревогах было стыдно.

—Ничего не случилось, —сказал он тихо. —Просто... не спится. Бывает.

—Бывает, —согласился Оливер. —Но не у тебя. Ты отрубаешься за пять минут, даже если вокруг аномалия красного уровня. Я видел. Так что не ври.

Он отпустил руку Теллера, и через пару мгновений койка сверху жалобно скрипнула. А затем раздался глухой стук— Оливер спрыгнул вниз и без приглашения забрался к Теллеру под одеяло.

—Оли! —возмущенно прошипел шатен. —Ты что творишь? Твоя койка сверху!

—Я знаю, но там одиноко, а здесь уютно, —блондин устроился рядом, бесцеремонно уткнувшись носом в плечо Теллера. —И тебе нужна компания. Я же тебя знаю, Шварц. Когда ты не можешь уснуть, это значит, что твоя голова перегрелась от тревог. Нужно остудить.

—Ты сейчас серьезно? —Теллер попытался отодвинуться, но куда там— койка была узкой, а Оливер был тот ещё кабан.

—Абсолютно. Это научный подход. Работает проверено, —Оливер говорил с притворной серьезностью, но от него пахло мятой и чем-то теплым, родным. —К тому же, ты холодный. И дрожишь. Я чувствую.

Теллер и правда дрожал. И сам не заметил, когда это началось.

—Оли, —голос сорвался на шепот. —Я просто... не могу выключить голову. Вдруг что-то пойдет не так? Завтра же вылазка, та самая зона, где мы чуть не...

—Но не умерли же, —перебил его Оливер. —Мы справились. И завтра справимся. Потому что я с тобой, ты со мной, и мы— лучшая команда в этом долбаном пространстве.

Теллер невольно усмехнулся. Оливер всегда умел находить слова— смешные, глупые, но почему-то всегда правильные.

—Ты невыносим, —выдохнул шатен, чувствуя, как напряжение потихоньку отпускает.

—Знаю. Но ты все равно меня любишь, —Оливер придвинулся ближе и обнял Теллера, устраивая голову у него на груди. —Теперь дыши со мной. Давай. Вдох... выдох. Я рядом.

Теллер закрыл глаза. Дыхание блондина было ровным и спокойным. Он чувствовал, как поднимается и опускается грудь Оливера, и невольно начал подстраиваться под его ритм.

Вдох. Выдох. Оливер пахнет чаем и стиральным порошком.

—Тебе не неудобно? —тихо спросил Теллер через несколько минут.

—Абсолютно. Ты костлявый, и твой нос упирается мне в макушку, — бодро ответил Оливер. —Но я готов терпеть ради твоего душевного спокойствия. Я же герой.

Теллер фыркнул и легонько дернул блондина за волосы.

—Придурок.

—Твой придурок, —сонно пробормотал Оливер. —Спи уже, Шварц.

И что-то в его голосе было таким убедительным, что Теллер наконец-то позволил себе расслабиться. Мышцы отпустили, веки стали тяжелыми. Он слышал, как ровно стучит сердце Оливера у его груди, чувствовал его тепло, и впервые за несколько часов мысли перестали метаться.

"Он здесь", —подумал Теллер, уже проваливаясь в сон.

Где-то на границе сознания он почувствовал, как Оливер шевелится.

—Сладких снов, Телл, —шепнул блондин.

И Теллер улыбнулся во сне— впервые за эту бесконечную ночь.

Утром он проснулся от того, что Оливер уже стоял у чайника и напевал песню из их любимого фильма. На столе дымились две кружки. Оливер обернулся, перехватил его взгляд и подмигнул.

—Доброе утро, Шварц. Выспался?

—Выспался, —ответил Теллер, и голос звучал удивительно тепло, даже для него самого.

—Отлично. Тогда давай пить чай и готовиться к вылазке, —Оливер протянул ему кружку. —Только без нервов, хорошо? Я же обещал. Я рядом.

Теллер взял кружку. Чай с бергамотом, идеальной температуры.

"Он рядом", —повторил про себя Теллер.

И впервые за долгое время он действительно в это верил.