Часть 1

Двадцать лет назад Минхо нашёл своего первого друга, который угостил его печеньем и поделился мячиком. Это был десятилетний Хёнджин, его ровесник и мальчик со двора, недавно переехавший в их район. Другие мальчики смеялись над его бритой из-за травмы головой, прозвали голлумом, имитируя писклявыми голосами его характер, и бросались песком, стоило Минхо ступить на детскую площадку. Печенье, которым его угостил Хёнджин как раз после очередной потасовки, показался знаком жалости от незнакомого мальчика, и Минхо толкнул маленькую руку с неостывшей в душе яростью, и сладость разбивается на сером тротуаре.

– Мне мама говорила, что едой нельзя бросаться, – мячик падает рядом с чистыми кроссовками, чтобы маленькие ладошки смогли собрать крошки с земли. – Там летают голуби, угостим хотя бы их?

– Чё ты пристал ко мне? – рявкнул в ответ Минхо и, пнув его мяч в кусты за ограждениями изо всех сил, толкает мальчика в плечо. – Съешь это печенье сам, раз жалко.

А потом, сидя перед окнами, так и не поборов своё любопытство, видит поцарапанные колени и перепачканные грязью кроссовки с мячом мальчика, Минхо пожирает стыд, что по итогу обнаруживает себя в магазине за домом, в котором покупает два мороженого.

Восемнадцать лет назад Минхо наконец смог купить подарки за деньги, которые собирал вместо обеда в школе, Хёнджину на день рождения. Это был невысокий робот, который двигался на батарейках и собирался в пожарную машину, – у Хёнджина на полочке была целая коллекция таких игрушек, и Минхо хотел собственноручно добавить последнюю машинку сам. Позднее, когда Хёнджин объявил о начале вечеринки, Минхо узнаёт, что он единственный приглашённый из всех знакомых.

– Где другие? У тебя же много друзей, – как-то смущенно спрашивает он, шурша розовым пакетом за спиной.

– Но с тобой мне веселее! – вместе с улыбкой на губах у Хёнджина улыбаются и глаза. Он вдруг подпрыгивает на месте, будто спохватился за какую-то мысль, и обнимает за плечи крепко. – И, кстати, ты ведь мой лучший друг!

Первое, что пришло в голову Минхо – он его не заслуживает. Хёнджин очень хороший человек, а для Минхо – самый лучший, которого не сыскать нигде. Никогда не заставлял чувствовать грустным, кривляя уродливые рожицы, зовя играть футбол на пустом поле – у Минхо с мячом абьюзивные отношения, сколько бы не пытался с ним поладить. Никогда не давал его в обиду, своим худощавым телом лезет, если надо, в драку – поэтому во внутреннем кармашке сумки Минхо всегда найдутся пластыри и спиртовые салфетки. Хоть и Хёнджин не был из богатой семьи, как Минхо, всегда тащил с собой по кафешкам и ярмаркам, угощая разными вкусностями – так Минхо, кроме лобстеров и черной икры, знает ходупаи и пуноппан, который становится его любимой едой. Читает ему поэмы с маминой полки и позволяет Минхо закончить за него рисунки человечек – один из них приклеен на его стене, и Минхо часто любуется им, когда делает домашние задания. Рассказывает о насекомых самые интересные вещи и показывает, где ночуют ёжики – Минхо впервые слышит, как они пищат. А сейчас, наверное, единственный раз, когда Минхо делает что-то большее, чем Хёнджин, исключая нелепые шутки и сеанс мультфильмов в его доме.

– Глазам своим не верю, Минхо! – визжит Хёнджин как сирена пожарной машинки, которую держит в тугих объятиях. – Откуда ты его нашёл? Я так хотел увидеть ее на своей полке!

– Брата попросил найти, – робко пожимает плечи Минхо и сразу добавляет:

– Я за свои деньги купил, правда!

– Ты просто чудо, Минхо! – вместо игрушки под его мягкими руками оказывается Минхо.

Пятнадцать лет назад Хёнджин переводится в его класс, и скучные школьные будни превращаются в повседневные приключения, а одноклассники только и делают, что чешут ухо от их радостных возгласов и шумных смехов со стороны их парты. Минхо ничуть не кается перед родителями, которых вызывают к директору чуть ли не каждую неделю за мелкое хулиганство – с него достаточно быть послушным тихим мальчиком и провести весь день за книгами, когда можно детство сделать незабываемо счастливым. Впервые осмеливается заняться вандализмом, портя стену туалета красками из баллончика, хотя вандализмом это не назовёшь – на стене и так много непристойных рисунков членов и матов, что летящие на ракете котики кажутся священными. Примерно в это же время узнает многое о звёздах - крыша многоэтажки служила для них обсерваторией, на которую Хёнджин тащит свою энциклопедию и телескоп.

– Я верю, что есть где-то там жизнь… – вздыхает тот и падает спиной на расстеленное одеяло. – Как думаешь, была бы жизнь лучше у них, чем здесь?

– Тебе не нравится наша планета? – для Минхо, переживающий его позитивную волну каждый день, была удивительной его грусть.

– Просто тут такое… странное отношение к некоторым людям… Иногда думаю, что всё было бы проще, если бы я был… девочкой… Понимаешь?

Пока Минхо не находит понимание годами позже, он молчит и ищет в небе, будто ответ запрятан между звёздами в пустоте или в падающих метеоритах. Хёнджин тоже умолкает, подтягивая его к себе ближе, потому что его стеснение совсем не к месту перекочевывало с порыва украсть выглядывающих с забора яблок на просьбу его обнять.

Тринадцать лет назад поздней ночью, смотря на те же звёзды только уже с окна своей комнаты слова Хёнджина обретают смысл. Конечно, в первое время Минхо никак не переставал думать и даже решался заговорить с ним о том, что, если Хёнджину нравится заниматься чем-то из разряда «девчачьих», то он бы ни за что не осудил. Но только когда он впервые встречает утро с твердым стояком после странного сна с мужской оргией, а потом безуспешно пытается подрочить на порно с привлекательной блондинкой, его мироощущение кардинально перестраивается. К некоторым людям относится и Минхо, что странным образом его радует – Хёнджин такой же, как он.

– Хёнджин, – зовёт негромко Минхо, когда они остаются одни на диване, пока остальная толпа тусуется рядом на полу. Хёнджин отзывается вопросительным взглядом. – Помнишь, ты когда-то говорил, что всё было бы проще, если бы ты был девочкой?

Его вопросительный взгляд сменяется на недоуменный, а затем – озаряется осознанием.

– Я люблю тебя такой, какой ты есть, и неважно, кого ты любишь в ответ, если счастлив с ним.

В этот момент кто-то вскрикивает от радости, и, прежде чем Минхо накроет смущением, он присоединяется в игру, оставляя пораженного Хёнджина разбираться с остальным сам. Как бы его слова не истолковали, они будут правы в любом случае – Минхо его просто любит.