Помада

Ён Сыин уверен в том, что обстоятельства, при которых Сухо был вынужден делить жильё с Ён И, явно повлияли на некоторые факторы. И сейчас речь вовсе не о Бом Соке и последствиях, что на всю жизнь въелись в память, не прекращая ощутимо гноиться на подкорке сознания и до сих пор иногда всплывая в дурных снах.

Ён Сыин уже давно привык чувствовать кровь на себе. Как свою, когда раны и ушибы болезненно пульсируют на едва ли не сломанном теле, так и чужую, которая сравнима только с грязью и вызывает лишь желание поскорее помыться, дабы стереть даже малейшие намёки на то, что он снова причинил кому-то боль, что он снова не сдержал обещание, данное однажды на тренировке. И он ненавидел чувствовать кровь Сухо на собственных руках. Чувствовать, как липкая вина расползается по всем внутренним органам, крепко задерживаясь в груди и глотке.

Однако сейчас он явно не из тоскливого чувства вины и жалости по отношению к Сухо выдерживает все оставленные им красные следы на лице.

Он бы без единой капли сомнений принял абсолютно каждый удар от Сухо. Он этого точно заслуживает.

Ён Сыин уже давно привык чувствовать боль.

Но Ён Сыин ни разу не был готов к тому, что на его щеках и лбу появятся отпечатки от чужих, но любимых губ.

И это ещё хуже.

Сыин всегда старался избегать необязательного контакта с людьми, особенно тактильного, но Сухо даже до попадания в кому было позволительно иногда приобнять или потрепать по голове, что не разрешалось новым знакомым из Ынчжана, хоть один из них и пошёл наперекор, дразня.

Он не помнит, целовала ли его в детстве мать.

Он помнит, как впервые встретил Ён И, как в магазине возле отдела с косметикой та надкусила бордовую помаду, сразу после сплёвывая в свою сумку.

У этих почти-сиблингов-сожителей наверняка какой-то общий фетиш на помады. Сыин с заметным фетишем на Сухо наверняка не лучше.

Следующий поцелуй приходится в губы, настойчивость напомнила сцену из одного музыкального проекта, где персонаж, целующий другого парня, умер, пожертвовав собой ради возлюбленного. Холодок слишком много резких мыслей отдавал острой горечью во рту. Или же ему просто на язык попал бальзам для губ.

—Ты в порядке? — послышалось откуда-то с небес, ведь Ан Сухо, точно снизошедший ангел, — Сыину стоит чуть меньше слушать флирт Ху Мина в сторону девушек —, обладал способностью читать, как открытую книгу, любую перемену в настроении Сыина.

—Всё хорошо. — ответил он так же кратко, как и обычно. Хоть по его виду и нельзя было уверенно сказать, что всё в порядке : сбитое, словно шары в бильярде, дыхание, взлохмоченные пряди и раскрасневшаяся мордашка с неизменными щенячьими глазками, полными любви, обожания и восхищения.