Положение рабочих

А вот теперь можно распространиться.

 Не смотря на указанную выше демагогию тверских фабрикантов, тверской губернатор, граф Баранов, критикует заявление фабриканта Шилова и вот что пишет: «Фабрикант хлопчатобумажный, следовательно, протекционист, живущий не естественной жизнью, а покровительственной системой, добивающийся удержания её на бесконечное время, возвышает голос о свободе народного труда! Такие тартюфовские приёмы неизвинительны, потому что известно, что ни о народном богатстве, ни о воспитании детей народа фабриканты не думают, а заботятся единственно о своём кармане. Если же их производства и разливают в народе деньги, то, очевидно, им тут хвастаться не следует, что они благодетели народа, они просто эксплуататоры его сил и способностей, эксплуататоры в полном смысле этого слова, так как вовсе не заботятся ни о здоровье, ни о нравственности рабочих. Развратнее фабричного населения и молодёжи, более коротающей свою жизнь, нигде нет. Медицинской помощи в большей части случаев нет, школ также, а где и есть те и другие, то заводятся без всякого сочувствия, только для виду… Правительство должно принять меры против всех содержателей ремесленных заведений, похожих на американские плантации, и против самих родителей, также похожих на американских плантаторов. Освобождение крестьян из крепости помещика, естественно, влечёт за собою освобождение рабочих из крепости хозяев. Государству нужны здоровые, разумные и способные граждане, а не тупоумные, хотя с виду и очень покорные рабы»

Естественно, что из-за губернских фабрикантов, реформа не была принята, как и последующие. Из общих комиссий: комиссия Штакельберга (1861-1865 гг.), комиссия Валуева (1874 г.). Комиссий по отдельным вопросам и того было больше. Серьёзные подвижки начались только в 80-х годах 19-ого века.

Так, после инициативы С-Петербургских фабрикантов и волнений московских и владимирских рабочих (в смысле не только по отдельным этим городам, а по губерниям), 3 июня 1885 года был принят закон о том, чтобы отменить для женщин и детей ночную работу, а после, в 1886 году, был принят закон о найме рабочих на фабрики и заводы. Только вот ограничения вводились (говоря о первой из указанных реформ) исключительно для хлопчатобумажного, полотняного и шерстяного производств. Хотя, вскоре по всей мос-губернии мануфактуры начали запрещать у себя, видимо пытаясь угнаться за временем, ночные работы. Нельзя и забыть предыдущую, не менее знаковую реформу 1 июня 1882 года об отмене ночной работе детей до 15 лет и о запрещении работы до 12 лет на фабриках в принципе. Так же следует вспомнить и нововведения 19 декабря 1884 года, по которой вводился обновлённый и дополненный свод правил действия инспектората (действительно, до этого государство сумело пробить идею об инспекторах, но сильно ограниченную, в отличие от версии 1884 года). 23 года надо было ждать народу до первых подвижек от первых инициатив.

Тут же надо пояснить, что подобные решения со стороны правительства были отнюдь не следствием исключительной гуманности русских царей, а скорее напротив, антигуманными действиями буржуазии прошлых лет, хотя и годы последующие не образумили огромное число из российской буржуазии. Особенно можно выделить случай в городе Лодзь, в Царстве Польском, описанный местной газетой «Rozwdj Lodzki», из которой мы и приведём цитату: «На-днях на улице была замечена молодая женщина, не более 21 года. Она шла, шатаясь, как пьяная, возбуждая насмешки прохожих, и у неё едва хватало голоса сказать, что она не пьяна, а не ела уже 7 дней. В тот же день упал без чувств мужчина, оказавшийся ткачом, лишившимся работы. Он не ел уже несколько дней и не имеет даже своего угла. – Т.е. у человека к тому моменту не было денег ни на какое проживание, к тому моменту его финансы оскудели до такой степени, что он не мог себе позволить хотя бы раскольниковскую, нищенскую, захудалую каморку и кусок хлеба. – Тогда же на улице были подобраны совершенно истощённый от голода 12-летний мальчик, девушка 21 года и 55-летний старик. В один день подобрано на улице 5 человек! Сколько же их осталось незамеченными, голодающих дома и не решающихся, а, может быть, не имеющих уже сил выходить на улицу? Лодзи, как и многим другим промышленным центрам, пришлось пережить всю тягость кризиса, сократившего работу на фабриках и заводах и выбросившего на улицу целые толпы лишённых заработка и хлеба людей. В том же положении находится и Белосток и его фабричный район».

Имеется ввиду кризис 1899-1900 гг. Тогда многие предприятия стали банкротами и от того выпирали рабочих на улицу. Те, у кого была поддержка, бежали из Лодзи. Примером могут послужить евреи: еврейская община Лодзи ассигновала 20 000 рублей всем пострадавшим от сокращений. Причём, коснулся он в основном как раз бумагопрядилен (ну, и банков, конечно).

Видно, что такая возможность была далеко не у всех. Да и было это не только в Царстве Польском. Так, ещё в 1899 году «С.-Петербургские ведомости» написали, что в городе Иваново-Вознесенске «фабрики и заводы с 1 октября сократили свою работу и лишний контингент рабочих увольняют на все четыре стороны… «Иди, мол, батюшка, - спокойно приговаривает старый фабрикант, - ты мне теперь не нужен, дела тихи…»».

Так же дети были вынуждены вытерпеть ещё новые страдания. Теперь, уже при Александре третьем, им был брошен, так называемый, канцеляр «О кухаркиных детях». Это был запрет на образование недостаточно знатным детям, максимум – воскресная школа.

Само правление данного гражданина есть огромное противоречие: с одной стороны развитие промышленности и требования буржуазии к более квалифицированной рабочей силе, с другой - запрещение этой самой будущей рабочей силе к повышению или получению своей квалификации, а так же сильные ограничительные меры по самоорганизации рабочих, при улучшении их условий труда (хотя из прошлого пункта мы помним какими методами рабочим приходилось добиваться таких условий).

Описывать те и ужасы, и страдания, и улучшения и противоречия введённые, изничтоженные или оставшиеся в жизни рабочих будет очень долго, ибо их «несть числа». Потому, переходим к следующему пункту.