Полный текст

190 лет назад в Александринском театре состоялась премьера пьесы, которую знают все.

«Ревизор».

Премьера имела ошеломительный успех. Зрители смеялись там, где надо. Император Николай I сказал: «Всем досталось, а мне — более всех». Казалось бы, всё понятно: комедия бичует пороки чиновничества, высмеивает взяточников и трусов.

Но один человек был премьерой крайне недоволен. И к его мнению стоит прислушаться — это был сам Гоголь:

«Зритель всегда находится под влиянием первого впечатления, и Хлестаков, которого он унёс из Театра, остаётся в голове его... Какое же моё было негодование, когда из этой роли сделали детскую, почти ничтожную роль. С самого начала представления я уже сидел в театре скучный»

Его не поняли. И это мучило писателя всю жизнь. Что же на самом деле хотел сказать Гоголь?

Через десять лет после премьеры, отчаявшись, что его услышат, он написал короткую пьесу «Развязка Ревизора». Там он объяснил прямо и без обиняков:

Такого города, как в «Ревизоре», нет в реальности. «Не слыхано, чтобы где-то были у нас чиновники все до единого такие уроды; хоть два, хоть три бывает честных, а здесь ни одного».

Город — это наша душа. Чиновники — наши страсти и пороки. А ревизор, который грядёт с неба? Это — голос совести. Или, если угодно, напоминание о Страшном Суде.

«Ведь не светский человек произнесёт над нами суд, — взглянем хоть сколько-нибудь на себя глазами того, кто позовет на очную ставку всех людей, перед которым и наилучшие из нас потупят от стыда в землю глаза свои».

Гоголь создал не просто сатиру на чиновников. Он написал модель того, что ждёт каждого. О пришествии «беззаконника», который соблазнит многих. О страхе, который охватит души перед ответом. И о надежде — что всё, может быть, ещё обойдётся.

Знаменитая немая сцена в финале — не просто драматургический приём. Это застывший кадр, где ужас и надежда смешались воедино. На создание этой сцены Гоголя вдохновляли картины Карла Брюллова («Последний день Помпеи») и его друга Александра Иванова («Явление Христа народу»). Вестник в финале — жандарм, который объявляет о приезде настоящего ревизора. А настоящий ревизор — Тот, перед кем все мы когда-нибудь предстанем.