Полинииго

Минуты протекали будто река, огибающая препятствия на пути. В хорошей компании только так и проходило: в объятиях Мизуки Эна чувствовала, как с её кожи ещё чуть-чуть и начнёт литься переливающееся тепло, обволакивающее весь Секай. Мерное дыхание человека рядом успокаивало. 

Но тут резко настигло осознание, и Энанан дёрнулась.

— Мизуки, я сказала Канаде и Мафую приходить через сорок минут, если снова не напишу. Который час?

Глаза Мизуки резко раскрылись от движения подруги, но потом смягчились. Рука потянулась к телефону.

— 21:19. У нас есть время?

— О боже, нет, через минуту они уже должны прийти. Они, наверное, ужасно волнуются…

Под действием Мизуки голова Эны снова оказалась на чужом плече, а пальцы стали перебирать её волосы.

— И когда они придут, мы их тут же успокоим. Всё хорошо.

— Но им надо будет всё объяснить… Ты сможешь?

Глаза Мизуки вновь распахнулись от осознания нераскрытого секрета перед половиной их группы. Сердце вновь застучало в ушах.

— Ну… Ты же меня приняла… Так что, наверное, всё будет хорошо… Да?

— Да. Но я уверена, что они согласятся дать тебе ещё немного времени. Тебе не обязательно сегодня им всё рассказывать, но в любом случае я буду рядом, — Эна крепче обняла Мизуки, пряча лицо в изгиб шеи.

Спустя пару минут пространство засветилось белым, и около озера появилось ещё две девушки. У той, что пониже, было сосредоточенное выражение лица, будто она уже была готова кому-то помогать, что-то (или кого-то) искать. Вторая девушка оглядывалась по сторонам, пытаясь найти двух друзей. Взгляд её упал на небольшой островок из пледа и две фигуры на нём.

— Эна, Мизуки, вы в порядке. Я так рада… — выдохнула Канаде, подходя ближе.

— Привет. Садитесь рядом, — Энанан медленно перестала обнимать Мизуки и просто села рядом, двигаясь, чтобы освободить место для ещё двоих.

— Ты не написала, хотя всё в порядке. Мы думали, что-то всё-таки произошло, — поделилась Мафую, сидя разглаживая ткань штанов.

— Просто мы были немного… заняты, — сквозь неловкий кашель донёсся голос Мизуки. 

— Ну ничего. Я рада снова тебя видеть, — Кей улыбнулась своей фирменной улыбкой и заправила прядь волос за ухо.

— Канаде… — дрожащий шёпот Мизуки был безуспешно скрыт в рукаве. — Мне тоже приятно видеть и слышать вас троих. Мне было страшно, но… ужасно тяжело без вас. Простите, что опять пришлось убегать… В экстренной ситуации мозг предложил только это.

Эна положила руку поверх руки Амии и легонько сжала, как бы подбадривая.

— И, думаю, пришло время и вам рассказать о моём секрете. Я понимаю, что вы можете ещё подождать, но мне кажется это нечестным. Что Эна знает, а вы, Канаде и Мафую, нет. Так что…

И душа Мизуки вновь открылась, выставляя под прицел самое сокровенное в ней, самое хрупкое и оберегаемое. Оставалось лишь надеяться, что метафорический молоток не разрушит его, разнося в щепки. Или, ещё хуже, появится пресс, который будет медленно, но верно сжимать его до состояния каши, пока параллельно будет врать, что всё осталось как прежде.

— Мизуки, спасибо тебе за правду, — подала голос Канаде, когда слова Амии иссякли. — Я всё также вижу в тебе прекрасного человека и друга, моё мнение не изменилось.

Из глаз Мизуки вновь полились слёзы, но в этот раз от счастья. Улыбка начала появляться на губах.

— Согласна с Канаде. Тебя невозможно заменить, а твоё отсутствие — заполнить. Так что хорошо, что ты теперь возвращаешься. Ты же возвращаешься? — спросила Мафую, перебирая ткань своего кардигана.

— Конечно, — улыбка Мизуки наконец достигла глаз, но начала трястись. — И, раз уж я тут раскрываю секреты… Ещё очень давно, около года назад, ко мне постепенно приходило осознание, что каждый день с вами становится лучше. Что я могу быть собой, что меня примут и я приму любую из вас. И потом стало понятно, что я… — рука Мизуки сжала руку Эны в ответ, пытаясь справиться с нервами. — Что я влюбляюсь в вас. Во всех троих. И-и я понимаю, что это такая внезапная информация, и всё хорошо, если вы не испытываете таких чувств, я просто… Мне просто очень хотелось с вами поделиться. Спасибо за ваше тепло. Вот.

Молчание настигло группу друзей. Они переглядывались (в основном, конечно, Канаде с Мафую, что время от времени кидали взгляды и на Эну) и обдумывали полученное признание.

— Я-я, эм, немного облегчу, а может, наоборот, ухудшу положение, — подала голос Эна, — но в-вы трое тоже мне нравитесь. И очень сильно… Мы с Мизуки это немного обсудили, пока вы ещё не пришли, и, м-м, я удивилась, что мы оба это чувствуем.

— Мне так… больно и тепло одновременно. Кажется, что сейчас сознание потеряю, — Мафую положила руку на грудь в районе сердца и нахмурилась, сжимая ткань.

Канаде сидела с покрасневшим лицом, пытаясь вымолвить хоть слово, но в итоге решила положить руку поверх скреплённых рук Мизуки и Эны, расплываясь в улыбке.

— Мафую, тебе нравится это чувство? — в итоге спросила Йоисаки.

— Оно сильнее того, что я обычно чувствую с вами, да, оно мне нравится. И вы мне нравитесь. 

— Тогда давай тоже руку к нам, хи-хи…

Так вчетвером они сидели несколько минут, но тут Мафую вновь подала голос. 

— Это очень приятно, но ещё я бы хотела поцеловаться.

Смех Мизуки рассёк тихое пространство Секая, Эна закрыла краснеющее лицо рукой, а Канаде хихикнула и пододвинулась к Мафую. Асахина недоумевающе посмотрела на неё, но тут же изменилась в лице, когда почувствовала нежное прикосновение к своим губам. Было понятно, что никто из них двоих не умел целоваться, но ощущения перекрывали все недочёты. Тепло разливалось по всему телу, а мягкое прикосновение длилось одновременно и вечность, и всего мгновение. Разъединившись, девушки сохраняли зрительный контакт.

— Не будем их прерывать? — спросила Эна, наклоняясь к уху Мизуки. В ответ она получила кивок и лёгкий поцелуй в щёку.

— Это тебе в ответ на тот поцелуй. А это, — губы Амии в смущении тыкнулись в уголок губ подруги (девушки?), — затравка на будущее.

— Ах ты!.. — Эна мигом вспыхнула, намереваясь сказать что-то ещё, но почувствовала руку на плече. Это была Мафую.

— Ты следующая.

— Почему это звучит как угроза… — пробурчала Энанан, но повернулась к девушке и осторожно положила руки ей на шею. Сидя тянуться до её лица было неудобно (будь проклята, разница в росте!), но Мафую наклонилась быстрее и с таким напором, что они завалились на спину, но не разъединились.

— Мафую, да ты в ударе! — обстановка была такой ненапряжённой, как и шутки Мизуки. Всё было на своих местах… Результатом возмещения счастья ещё недавно отсутствующего человека стали поцелуи, обрушившиеся на лицо Канаде.

Вновь разъединившись, нииго перегруппировались, и залитая краской Эна чуть ли не пищала под нескончаемой любовью Канаде, что так нежно держала её за талию и руку. А Мафую перебирала пряди Мизуки, окутывая лица обоих нескончаемым теплом, и думала, как же это прекрасно — снова быть вместе.

***

Нашли мы результаты

Всех дней моих без сна,

И, кажется, расплата

Давно мне прощена.

Мы вечно вместе рядом,

Тарелка как и ложка,

А если слёзы градом, —

Пора вздохнуть немножко.

И дождь нас всегда встретит,

Обнимет и погладит,

Мелодию заметит

И с солнцем вновь поладит.

Туман проходит мимо,

А звёзды не летают,

Но месяц светит мило,

Любовью их питает.

Давайте в первый час

Мы загадаем, чтоб

Огонь любви не гас

У четырёх особ.