Полицейский тир

В полицейском тире стоял привычный гул. Выстрел за выстрелом беспрерывно раздавался эхом, отражаясь от бетонных стен тира. Звон пустых гильз, ударявшихся о пол, разбавлял монотонность повторяющегося шума. А в воздухе витал ощутимый запах пороха, который впивался не только в одежду, но и оседал на грубой, обветренной коже.  

И Гэвину нравился этот запах. Он ассоциировал его с местом, где можно было выпустить пар после удручающей смены, когда нервы уже сдавали окончательно. Где с каждым новым нажатием на курок мысли о работе перекрывались долгожданным белым шумом в голове. Где тишина крылась в самом звуке.  

Разрядив половину обоймы в черный бумажный силуэт, Гэвин с тихим стуком положил пистолет на небольшой стрелковый стол. Мишень через несколько секунд подъехала к нему по тросу, остановившись перед ним на расстоянии пары сантиметров. Бумажная цель качнулась под действием инерции.  

Гэвин облокотился ладонями о край стола, рассматривая пробоины. Точность была отличной, но группировка желала лучшего. Небольшой процент пуль проходил куда левее и вверх, чем остальные.  

— Неплохо стреляете, детектив.  

Сердце Гэвина екнуло от неожиданности. Он отставил один наушник за ухо, ненароком задев оправу защитных очков, которые теперь мелко перекосились на переносице. Детектив обернулся на голос, и перед ним стоял Коннор, как всегда безупречно выглядящий благодаря своей дотошной педантичности.   

Его руки привычно сложены за спиной, придавая позе уверенность и "доминантность". Это то, что Гэвин ненавидел в нем больше всего. Диод на виске отсвечивал голубым цветом — воплощение спокойствия там, где сам Рид ощущал что угодно, но только не его.  

Между ними повисла тишина. Не та тишина, что бывает после случайной встречи двух коллег в коридоре — короткая, ничего не значащая пауза перед обменом дежурными фразами. Эта тишина была плотнее, тяжелее. Она тянулась откуда-то из прошлого, из архива, куда Гэвин старался не заглядывать даже мысленно.  

— Коннор? — звучало больше с недоумением, чем с искренним вопросом. — Чё приперся?  

Взгляд Коннора на долю секунды скользнул вниз — по плечам, по развороту стоп, — будто сканировал что-то, известное ему одному, и тут же вернулся к лицу Гэвина.  

— Офицер Миллер попросил меня вас отыскать, — спокойно ответил Коннор, — это не что-то срочное, но всё ещё требует вашего внимания.  

Гэвин медленно отвернулся с явным необъяснимым недоверием. Он протянул руки и вытащил мишень с зажимов, отправив использованную на стол ближе к перегородочной стене — привычное движение, за которым можно было спрятать неловкость. Присутствие Коннора здесь, в этом полутёмном помещении, где не было никого, кроме них двоих, ощущалось почти физически: детектив чувствовал на себе чужой взгляд, который вызывал мурашки по коже.  

После позорного проигрыша Коннору в архиве департамента несколько месяцев назад смотреть на него было стыдно до скрежета зубов. Ненависть никуда не делась, но она приняла другой, более человеческий вид. Гэвин не изменил своей позиции касательно андроидов, но ему пришлось банально смириться с ними. Хочет он этого или же нет. Из-за нововведённых прав для андроидов он теперь не мог так просто врезать Коннору без последствий, как было до этого. Это рассматривалось бы как нападение. А Рид не хочет лишиться работы из-за драки, которая, причем не факт, что она будет выигрышная для него.  

— У вас центр тяжести не распределен должным образом, — неожиданно подметил Коннор, — отдача приходится на левую руку, из-за чего корпус компенсирует это поворотом, и приходится отставлять левую ногу. Поэтому некоторые пробоины уходят значительно дальше от основной группы.  

Гэвин вскинул бровь, не сдержав небольшой улыбки. Неужели Коннор и вправду решил, что это будет хорошей идеей наставлять детектива, известного своей чрезмерной вспыльчивостью?  

— Ты сейчас серьезно критикуешь стойку человека, который работает в полиции больше, чем ты существуешь?  

Коннор отвел взгляд. Ни в коем случае не обидчиво, скорее, наоборот, как-то скучающе. Молчание затянулось настолько, что Гэвин почти решил, что разговор окончен — что Коннор развернётся и уйдёт, как делал это раньше в подобных ситуациях...  

— Досадно, что за столько лет вы так и не научились правильной стойке. Особенно учитывая, сколько раз ваша жизнь буквально зависела от точности выстрела.  

Но Коннор не ушел.  

Гэвин открыл рот, чтобы ответить чем-то едким, но не успел придумать ничего лучше очередного «отъебись», как Коннор вдруг спросил:  

— Позволите мне помочь?  

Гэвин смерил его взглядом, будто пытался понять, издевается тот или нет. Но не нашелся с ответом и закатил глаза. Он взял в руки чистую мишень и вставил её в зажимы.   

Повернувшись к приборной панели, детектив отозвал бумажную цель на расстояние двадцати пяти метров. Стандартная классика.   

И может, если он будет игнорировать Коннора, то он сам уйдет.  

Поправив наушники, он взял в руки снова свой глок. Он слегка поменял хват, прежде чем прицелиться. Приготовившись стрелять, он вдруг почувствовал легкое постукивание по внутренней стороне ноги, ближе к щиколотке. Опустив удивленный взгляд, он заметил носок ботинка, который таким необычным способом намекал расставить ноги шире.  

Гэвин не сдвинулся с места — из чистого упрямства, — только слегка наклонил голову, усерднее сосредоточившись на мишени.  

Рид почувствовал прикосновение раньше, чем успел среагировать: пальцы Коннора сомкнулись чуть выше колена, и в следующую секунду его ногу просто передвинули, развели в сторону, ровно настолько, насколько требовалось. Гэвин качнулся, на долю мгновения теряя равновесие — рука сама дёрнулась в сторону, ища опору, и наткнулась на плечо Коннора, стиснув ткань его пиджака почти рефлекторно. Он чуть машинально не нажал на курок, но в последний момент спохватился.  

— Какого хуя, пластиковый? — возмущался Гэвин, отдергивая руку. — Не трогай меня!  

Коннор ничего не ответил, а только искоса посмотрел на Гэвина и после продолжил. Пальцы андроида сомкнулись вокруг чужих запястий — не грубо, но настойчиво — и он поставил их в правильное положение, слегка согнув левую руку в локте. Тепло синтетической кожи ощущалось неожиданно живым, и Гэвин на мгновение забыл, что собирался вырываться.  

— Попробуйте ещё раз. — Прозвучало почти возле уха, когда пальцы Коннора медленно отпустили запястья.  

Гэвин, насупившись, прицелился. Он представлял во время каждого выстрела, будто это Коннор стоит вместо мишени — вымещал всё своё раздражение на знакомом образе, который явно не знал о человеческих границах. Пистолет дёргался в руке от отдачи, гильзы со звоном падали под ноги, и с каждым нажатием на курок злость понемногу выветривалась, оставляя после себя только сосредоточенную пустоту.  

С последним выстрелом Гэвин ещё пару секунд держал пистолет на весу, будто не был уверен, что хочет заканчивать именно сейчас. Потом всё же опустил руку и щёлкнул предохранителем — привычным движением, не глядя. Мишень качнулась на тросе и подъехала ближе.  

Пробоины легли с лучшей группировкой, чем до этого. Раздражало это сильнее, чем любой промах. Гэвин словно лишился повода огрызаться дальше, а привычной опоры в виде собственной правоты вдруг не оказалось под ногами.  

— Ну и что, — буркнул он, чуть ли не срывая мишень с зажимов, — один раз повезло.  

За спиной послышался тихий, почти незаметный смешок — не издевательский, скорее... довольный. Гэвин стиснул зубы и принялся демонстративно возиться с креплением наушников, лишь бы не поворачиваться к Коннору лицом.  

— Кстати, — Коннор наконец качнул головой в сторону выхода, — офицер Миллер всё ещё ждёт.  

Гэвин опомнился. Он и правда успел забыть то, с чем изначально Коннор и приходил — со словами, что Крис его искал. Стянув наушники, он оставил их висеть на шее, прежде чем потянулся к защитным очкам, чтобы их снять.  

— А... да, — Гэвин неловко потер шею, отводя взгляд. — Я подойду через пару минут. 

Коннор ничего больше не сказал — только кивнул и повернулся к двери. Шаги стихли где-то за порогом, а Гэвин остался один, всё ещё сжимая в руке снятые защитные очки. 

Он машинально поднёс пальцы к запястью — и не сразу понял, зачем. Просто хотелось стереть ощущение, которое фантомным прикосновением впилось в кожу и не исчезало. 

Гэвин поймал себя на этом движении и отдернул руку чуть резче, чем планировал.