Погибла Тук
Biology of PandoraВаранг убила Тук, когда ее смертью угрожали Нейтири
Нейтири сначала отходила от гибели Ронал и рождения Прил, как вдруг пришел Куоритч с Варанг. Она обернулась, глаза из агрессивных сразу превратились в испуганные и растерянные. Она рефлекторно сразу встала, и это было самой главной ошибкой
Варанг восприняла это как нападку и без доли сочувствия нанесла порез. Возможно она даже не планировала убивать, но для маленького ребенка это оказалось последним моментом.
Тук сначала стояла, как всегда испуганная. Она попадала в плен ни раз, каждый раз пугалась, но будто бы было ощущение что это она переживет. Тук просто ни о чем не думала, просто испытывала животный страх, замирала, даже не думая о том что будет дальше. Так она стояла и в этот раз, замерев от серпа Варанг. Острое, неровное, обсидиановое лезвие касалось нежной кожи. Все как-то обойдется, как-то все будет дальше, думала Тук, но не ожидала последующих действий что стоили ей жизни.
Тук абсолютно замерла, перестала плакать, смотря высоко в небо, на взрывы, на'ви, людей, смерти и боль. Глаза были размытыми и это было последнее что она видела. Тело полностью размякло, и стояло лишь за счёт Варанг.
Глаза Нейтири лишь замерли, смотря на это зрелище. Она лишилась второго ребенка и это был самый главный страх что усилился после гибели Нетейама. Нейтири снова впала в дикую апатию, ничего кроме врага и мести она не видела.
Стрела попала сразу в голову Куоритча, а дальше с такой же скоростью и рекома что стоял возле. Варанг, наблюдая, откинула тело Тук и напала на Нейтири. Серп нанес глубокий порез на спине, в то время как Нейтири, будто не испытывая боль, взялась за лезвие, сжимая в руке, не давая двигаться им дальше. Варанг очень хотела нанести Нейтири именно то, чтобы она испытывала эмоции зверя, вступила с ней в бой как настоящий противник, но ее сила была правда велика.
Битва закончилась, Варанг повержена. Осталось бездыханное тело Тук. Все так же смотрящее на небо, уже не живыми глазами. Приняв ребенка Ронал, она тут же потеряла своего, восприняв это как равновесие Эйвы. Нейтири склонилась над ее телом, смотря на нее безумно жалкими глазами. Если при смерти Нетейама она кричала, обезумела смотря на своего родного сына что больше никогда не вздохнет, смотря на Тук она просто расплакалась. Как мать что потеряла своего старшего, а теперь ещё и младшего ребенка. Прижимая к себе ее маленькое тело, между ними была Прил, что заплакала, не понятно от тряски, лишних движений, или чувствуя всю эту ситуацию. Возможно другая мать обозлилась, на то как она потеряла своего ребенка,только приняв чужого, но Нейтири будто чувствовала что Прил это и есть Тук. Будто она плакала над всем этим.
Немного оправившись она вызвала по рации Джейка, который тут же направился к ней, не смотря на всю боль.
Когда битва закончилась, ее маленькое тело отнесли к Меткайине. Полностью разбитая Нейтири не могла не плакать. После всего, после гибели двух детей, по ее щекам всегда лились слезы. Если после Нетейама она могла сдерживаться, испытывала лишь апатию, после гибели Тук она не могла. Слезы лились, будто способные наполнить океан. Ее постоянно обнимал Джейк, всегда с ней были ее дети, всегда кто-то держался, давал ей опору, обнимал.
Похороны были, Семья не могла не лить слезы. Энергия приходит и уходит, когда-то она должна вернуться обратно к Эйве, но не так рано. Яркие жёлтые огни горели, весь клан стоял и смотрел на это. Цахик другого клана, Та'унуи, до этого читала мантры над ее телом, освобождая тело от страха что был при смерти, не сдержавшись от слез. В клане тяжело переносили смерти детей, и Тук была той самой что запомнилась многим. Столько сил умещалось в восьмилетнем ребенке, и эту силу он отдавал сейчас обратно.
Ей впервые завязали и без того короткие волосы,за ней следовали небольшие светящиеся рыбки. Нейтири не смогла опустить ее на дно. Она смотрела как это делал Джейк, и в итоге с ним Ло'ак, смотрела как ее девочку поглощает то же, что и поглотило ее сына. Она подплыла. Подплыла в последний раз погладить свою маленькую Тук, не сдерживая слез что лились ручьем, и крика, что начинал просачиваться