Подслушанная церковь
Рассказывала мне это всё подруга Надька, верить ей или нет, судите сами.
Несколько лет назад у Нади в семье случилось большое несчастье. Её брат, весёлый и дружелюбный парень, имел неосторожность, наверное, из юношеского озорства, общаться с какими-то сомнительными типами, которые в итоге на него повесили своё преступление (они тяжело избили человека, бедняга долго лежал в больнице и вышел из неё инвалидом). Следствие явно шло к тому, что томящийся в СИЗО брат получит немалый срок, и помочь ему не было никакой возможности. В тот роковой вечер он был на своей работе, и у сторожа должна была быть отметка о его позднем уходе, такая у них была старая система, но сторож бесследно исчез вместо со своей учетной тетрадью. Семья была разбита горем. В унынии и отчаянии Надя пошла молиться.
Жили они в Подмосковье, и совсем рядом была деревня с простой сельской церковью, окружённой кладбищем.
Вот Надька стояла одна перед своей любимой иконой Николая Угодника, лила слёзы и просила всех, кто ни есть на небе, спасти брата от обвинения в грехе, к которому он никакого отношения не имел. За окном завывал ноябрь, время было ещё не позднее, но уже стемнело, фонарей вокруг церкви нет никаких, одни редкие свечи освещали иконы, а в углу покашливала бабка-смотрительница за прилавком. Надька поняла, что скоро церковь уже закроют, да и домашние дела никто не отменял, поэтому в последний раз перекрестилась и пошла на выход.
Дорога в пригород шла через кладбище. Надьку это мало пугало, она давно привыкла уже. Через середину участка тёк мелкий ручей, а через него был переброшен маленький мост. Надька сделала шаг на мост, тут у неё за спиной вдруг резко гаркнула какая-то птица, она оглянулась назад, а когда снова повернулась к мосту, увидела, что на противоположной стороне стоит какая-то рослая тень, засунув руки в карманы. Тут Надька вздрогнула, в призраков она не особо верила, а вот встретиться ночью в глухом месте с какими-нибудь хулиганами ей не хотелось совершенно. Но поборола испуг – на кладбище ведь много людей ходит, почему она обязательно должна быть тут одна? – и пошла навстречу тёмному силуэту. Когда она с ним поравнялась, раздался хриплый мужской голос:
- Девка, брательнику твоему никто на всём свете не поможет, если только не будешь меня слушаться.
Надька говорит, у неё в ту минуту всё тело похолодело, она застыла на месте, как вкопанная, и не могла сказать ни слова.
- Делай, как я говорю, девка, и оба будете жить-поживать и пряники жевать. Иди обратно к церкви, бабка её закрыла уже, сядь на пороге и слушай через дверь, что там делается. Спроси: «Жив ли раб божий Пётр?». А я тебя потом сам найду.
Тень шагнула в сторону и пропала в кустах. Надька стоит и вся трясётся, говорит, не понимаю сейчас, как со мной тогда детский грех не сделался. Доковыляла до лавочки у ближней могилки и села без сил. В голове круговерть – что за стрёмный мужик, лица которого нельзя было в темноте разглядеть, откуда он про брата знает, что за жуткое указание?! Так Надька сидела, по её словам, минут пятнадцать, наконец отдышалась, встала и снова зашагала на выход. Но чем ближе была широкая дорога к пригороду, тем больше Надю одолевало сомнение. Она никак в толк не могла взять, откуда ж чужой мужик про её брата всё знает? Немного постояв на краю дороги, измученная горем сестра решила, что хуже всё равно уже ни от чего не будет, и развернулась к церкви.
Дверь и правда была уже заперта, кругом не было ни души, в темноте только поблёскивали надгробия и горела одна красная лампада на чьей-то могилке. Надя расстелила под дверью пакет и села на него, чувствуя одновременно и глупость, и жуть происходящего. Само по себе кладбище её и правда не слишком пугало, она здесь не раз гуляла в это же время, не боясь столкнуться с привидением или чем-то таким. Но сидеть под дверью тёмной запертой церкви на пакете… поневоле ум за разум заходить станет.
Так Надька сидела какое-то время, уже начиная думать, что она полная дура и что пора сматывать удочки, как вдруг… из щели между дверными створками сильнее потянуло ладаном. Надя приложила ухо к двери и… чуть не умерла в эту секунду от страха, потому что изнутри слышалось какое-то необычайное тихое пение, похожее на привычное нам церковное, только ещё красивее и мелодичнее. В таком положении Надя окаменела на несколько минут, но потом наконец вспомнила, зачем она пришла-то сюда, и сдавленным шепотом спросила: «Жив ли раб божий Пётр?». Прошло несколько мгновений, и Надя будто стала различать в чудном пении слова: «Пётр жив, Пётр жив, Пётр жив…»
Тут все её разумные силы закончились, и она просто сорвалась с места, как ополоумевший заяц, оставив на пороге злосчастный пакет. Говорит, как домой бежала, не помню, а дома посмотрела на ботинок и увидела, что неслась с наполовину оторванным каблуком. Утащила из аптечки матери-врача сильное успокоительное, которое в аптеках отпускают только с рецептом, залпом запила стаканом воды, постепенно тело обмякло, и через час Надька свалилась спать мёртвым сном до утра.
Ту же процедуру она повторяла ещё несколько ночей подряд, начав до икоты бояться сумерек. Потом наконец подуспокоилась и жизнь пошла почти как раньше, если не считать, что брат сидел в СИЗО.
Прошло какое-то время, Надька вечером легла спать и во сне вдруг видит того страшного мужика, и он у неё грозно спрашивает: «Ну что, жив Пётр?», и Надька ему отвечает: «Жив…» Тут мужик как заревел, закорчился, и говорит ей: «Пошла ты *** со своим братцем, оба сдохнете!». Надька с оглушительными воплями вскочила с кровати, на ор явились заспанные родители и, ничего не поняв, выдали нагоняй за походы в кино на американские ужастики.
Пришлось подружке опять вспомнить про успокоительное, но и оно уже не слишком помогало от сгущающегося в голове безысходного мрака – все страхи ночью у церкви она пережила зря, и станет ещё хуже, чем было.
На выходных в гости к родителям пришла знакомая местная тётка. Посидели, повздыхали все вместе над горем сына, выпили немного. Тут тётка возьми да и скажи, мол, нашли тоже преступника, вот у нас в прошлом году один завистливый отморозок брата своего Петра утопить в проруби хотел за то, что Пётр хорошую работу и любящую девушку нашёл, да сам же упырь в итоге под лёд и провалился, а Петра спасти успели. Надьку как молнией прошибло.
Просидела остаток вечера за столом молча, а потом позвонила тётке и всё ей рассказала. Тётка заохала – а-я-яй, девонька, зачем же ты для нечистого-то работу делать пошла? Посоветовала ей сходить исповедаться, причаститься, поставить свечку за упокой упыря, назвала его имя и сказала найти его могилу на том кладбище и святой водой окропить. Надька так всё и сделала. На душе у неё отлегло, а стрёмный мужик больше не снился.
А через несколько дней случилось то, чего уже никто и не ожидал. В соседней Туле из глухого запоя выплыл тот сторож с работы брата вместе со своей «учеткой». Узнал про заваруху, подтвердил и показал – брат тогда на производстве был и ушёл сильно позже, чем произошло преступление.
Брата выпустили, Надька засияла от счастья, а случай на кладбище запомнила как самый страшный и непонятный в своей жизни.
245
Оценили 245 человек
10
15