«Поддавшись искушению лишь раз»

В тексте могут присутствовать ошибки и отклонения от канона. Если вы слабонервный или просто не переносите эротический контент, то советую воздержаться от прочтения данной зарисовки.

Очередной раунд, полный жестокости и волнения. Кто-то успел уйти в самом начале по своей глупости, или ему просто не повезло оказаться рядом с тем чудовищем, которое представляло собой опасность здесь и сейчас. Некоторые старались прятаться, но от его глаза никому не удастся скрыться. Тутайм, стараясь сохранить собственную жизнь, убежал подальше от происходящей резни. Самое ужасное, что сокомандники умирали один за другим. Впрочем, как и обычно, когда в раунде водит он — Азур. Ни на секунду не задумывался о какой-либо жалости к выживающим, вымещая всю злобу на их хрупкие тела. Хруст чужих костей давно не в новинку, однако с какой особой жестокостью всё это делал Аззурат, становилось не по себе. Склизкие щупальца всегда обвивались вокруг конечностей, беспощадно выворачивая их наизнанку, а затем уже и ломая. А ведь на памяти Тайма практически нет таких моментов, когда его возлюбленный мог сильно сердиться. Знал меру, несмотря на то, как порой тяжело было контролировать собственную агрессию, имея некоторые проблемы с этим. Он помнил всё хорошее о нём, но какая другая сторона возлюбленного? Увы, кажется, так и не получится разузнать об этом, разве что только гибнуть от его рук. Убийство Тутайма всегда выглядело в разы больнее, нежели чем у других. Это непередаваемые ощущения, когда тебя так быстро выворачивают наизнанку с бешеной пульсацией в теле, исходящей от боли. Медленный удушающий приём, забирающий последнюю надежду на победу, пока твои кости ломают, будто бы они из самого дешёвого пластика.

Мимо культиста пробегало множество выживших, которым помочь не получится. Даже самой главной звезде команды, Эллиот, было не повезло попасться самому первому на глаза убийце.

...

Он остался один. Теперь главная цель — прожить ещё какое-то время, даже неважно в каком состоянии.

Спрятавшись за стенкой, Тайм прислушивался к приближающимся шагам Азура, крепко сжимая кинжал в своей ладони. Рука дрожала от волнения и страха того, что оступится и будет обречён не только на проигрыш, но и самые отвратительные ощущения.

Момент настал! Он близок, но почему-то шаги прекратились. Выжидает чего-то? Культист мельком выглянул из-за стены и, к своему сожалению, никого не заметил там.

— Тутайм... — прозвучал сзади хриплый голос. — Начни уже наконец-то следить за своей собственной спиной.

— А...? — неловко улыбаясь, не смея даже двинуться от подступающей паники.

Не прошло и пяти секунд, как тело культиста отлетело в сторону от мощнейшего удара, больно ударившись об бетонную колонну. Хватаясь за плечо, парень поднял голову. Убийца уверенно шёл в его сторону, готовясь для следующих действий по причинению боли. Тайм никуда не убегал, лишь с каким-то восхищением смотрел на когда-то убитого им возлюбленного. Азу это показалось странным. Обычно тот, словно кот, ловко уворачивался и пробегал прямо под носом, а сейчас, будто просто так готов отдаться в руки смерти.

— В чём дело?! — останавливаясь в паре метров от выжившего, — Ты что, решил взять и сдаться просто так??? Серьёзно?? — обхватив шею Тутайма своими щупальцами, медленно сдавливая и лишая его возможности дышать. — Ты настолько слаб и жалок сейчас, аж до самой тошноты, блять.

— А-Азу..! — сопротивляясь, легонько царапая то, что медленно сжималось на шее, — Про-шу! Остановись и в-выслушай меня, а потом делай, что хо-чешь...

Неожиданно, но хватка действительно ослабла, давая вздохнуть полной грудью.

— Может, это покажется слишком глупым, но... — начиная как-то странно дышать, немного сбиваясь от перевозбуждения. Хотелось испытать чего-то нового. — Я хочу совсем других ощущений, хотя бы всего лишь раз—

Но не успел он договорить, как опять полетел вниз к земле спиной, сбившись с изначальной мысли. Следом над ним навис Азур, и, не давая опомниться парню, прикоснулся к его губам, втягивая в горячий поцелуй. И страх, и вожделение смешались в миг, отдавая лёгким покалыванием внизу живота. Он так давно не чувствовал этого вкуса любви, что уже позабыл, какого это. Обвивая руками шею убийцы, Тайм даже успел позабыть — перед ним не простой человек, а существо, способное покончить с ним всего за секунду. Это заводило с каждой секундой всё больше и больше, пробуждая несмысленный интерес к своему бывшему партнёру.

Азур резко разорвал их поцелуй, грубо хватая партнёра за подбородок. Приподняв голову культиста вверх, он впился в его шею до самой крови, и тот застонал от боли, сжимая ладони в кулаки. Тутайм наивно полагал, что всё когда-то человеческое: забота и нежность — теперь вовсе отсутствуют у бывшего возлюбленного. Парень мысленно себя подготовил: церемониться с его телом, кажется, никто не будет, поэтому придётся терпеть всю предстоящую боль и дискомфорт. Как же он всё-таки глуп. Даже если ненависть сильнее любви, таящейся в глубине души, то это не значит, что он превратился в аморального монстра. Отголоски любви всё ещё есть, и они никогда не исчезнут из памяти.

Губы Тутайма снова принялись целовать, чувствуя лёгкий железный привкус во рту. Рука убийцы одним движением задрала верх партнёра, проводя пальцами от живота к груди. По спине пробежался холодок, а в животе проснулись бабочки. Тело, находящееся под Азуром, сейчас в его власти. Оставляя еле заметные красные следы от собственных когтей, убийца спустился чуть ниже, зализывая слабо кровоточащий укус. Поцелуи, касания — совсем не в новинку, а всего лишь напоминание о былых ощущениях.

Все эти прилюдия заняли не более чем 10 минут, морально готовя партнёра к основному процессу.

Оказавшись прижатым лицом к земле, культист предвкушал о том, что ему предстоит испытать. Может быть, это будет боль, но есть велика ли вероятность на небольшое удовольствие от этого всего? Сейчас ему и предстояло узнать.

— Расслабься. — вполголоса сказал Азур. — От того, что ты будешь сжимать меня, когда я вхожу во внутрь, хуже будет только тебе. — но внутри Тутайма и вправду было слишком туго.

Необходимо растянуть, но делать подобное с помощью пальцев крайне неудобно. Его тело наделено всем тем, что помогло бы при убийстве, только вот сейчас совсем другой случай. Применять насилие уже не особо-то и хотелось.

Давление внутри исчезло, бросив всякие попытки войти — это только навредит партнёру. Культист почувствовал холодное прикосновение на собственной талии, заставляющее встать на колени. Теперь, когда-то душащие щупальца, нежно обвивали тело Тайма, всячески лаская его. Он так и срывался на тихие звуки, всё сильнее и сильнее вовлекая в процесс убийцу.

Прижав поближе к себе парня, обвивая чужие ноги тентаклями, держа в удобном положении. Вновь предпринимая попытки войти в Тутайма, которые наконец-то увенчались успехом.

— Азур! — воскликнул Тайм, пытаясь отдышаться, — П-погоди!

— Не нравится, что я нежничаю с тобой? — остановившись.

— Ох, великий Спавн... — делая глубокий вдох и выдох, — Пожалуйста, не так быстро. Я молю тебя, дай мне привыкнуть немного. — перед ним всё ещё обычный человек, чьё тело такое хрупкое.

Начиная заново, в совершенно медленном темпе, проникая настолько глубоко, насколько это возможно. Никакого насилия, лишь странное и необычное удовлетворение от всего происходящего. Азурат и не ожидал, что это окажется настолько увлекательным процессом — всякая обида и ненависть остались на второй план, полностью отдаваясь самой похоти.

Щупальце с осторожностью изучало каждый сантиметр внутри, в то время как другие «руки» были заняты внешней оболочкой, всё больше стимулируя культиста. Прислушиваясь к каждому протяжному стону, неровному вздоху, Азуру оставалось следить за ним, так же наслаждаясь, но уже столь жалким видом бывшего парня. Он с опасением доверился в такие чужие, но и одновременно знакомые руки, однако сейчас получал неимоверное удовольствие, с блаженством закатывая глаза.

— О священный Спавн, я сейчас... — не успел договорить Тутайм, как уже кончил, крепко сжимая руку партнёра. Вместе с этим вырвался громкий стон.

Бывшего парня отпустили, но ненадолго. Он, Тайм, вновь оказался прижатым лицом к земле, однако уже более подготовленный. Теперь их тела были максимально плотно прижаты друг к другу, время от времени разрываемые ритмичными движениями, издавая еле уловимое хлюпанье. Склизкие щупальца так хорошо помогли во всём этом, буквально являясь дополнительными руками для убийцы.

Боль быстро сменилась тягучим и сладким наслаждением. Каждый толчок отдавался лёгкой пульсацией, как будто сигнал, на который с блаженством отвечало тело Тутайма. Поддаваясь всякому движению, культист чувствовал слабую дрожь в ногах и руках.

Время перестало иметь какое-то значение, когда Тайм и Азу теперь были вовлечены в совершенно другую игру, полную похоти и блаженства. Увлечены так, словно раньше между ними не происходило ничего ужасного. Даже так, потребность в страстной любви сама даёт о себе знать, уже неважно в какой именно момент это случится.

Но как бы не хотелось, а каждой радости есть свой конец. Тёплая, беловатая жидкость заполнила внутри Тутайма, вытекая через края. Поднимая голову на своего убийцу, пролетела такая мысль, что в этом раунде никто из них не смог выиграть — это безоговорочная ничья.

Всё ещё неровно дыша, культист потянулся к бывшему парню, обхватив его щёки руками и смотря прямо в глаза. Перед ним словно всё тот же милый и добрый Азу, только уже раскрывший все свои тёмные стороны. Так захотелось поцеловать, коснуться этих влажных губ снова, чтобы окончательно забыться в этом тепле.

...

Оказавшись среди своих сокомандников в доме, где находились все выжившие, Тутайм, как и обычно, отстранённый ото всех сидел на стуле. Его взгляд ещё ни разу не упал на своих товарищей. Витая где-то глубоко в собственных мыслях, он успел себя поймать на том мысле, что чувствует себя уж слишком опустошённым, будто из него вытрясли всё до единого.

— Тутайм? — удивительно, но к нему подошёл Шанс, с каким-то беспокойством уставившись на культиста. — Ты в порядке вообще?

— О... — обращая своё внимание на внезапно подошедшего лудомана, — Ах, да, конечно! Спавн всегда оберегает меня. — скрестив руки руки. — Всегда...