«Подарок»

ㅤㅤㅤстоя в праздничном отделе напротив сотни цветастых открыток, Джон думает, что надо было верить теориям заговора по поводу дня Святого Валентина.

ㅤㅤㅤмиллионы плюшевых игрушек, дюжена сладостей, десятки аромосвечей уже мерещились Джону во снах. день ото дня он шастал по магазинам, старательно подбирая «идеальный подарок». в его понимании, формула «самого лучшего презента на свете» состояла из чего-то уникального, незабываемого и, без сомнения, яркого, потому что девушки всенепременно любят не только ушами, но и глазами. потому, измучив своими запросами всех консультантов и доведя до нервного тика каждого друга в радиусе нескольких стран, Джон решил выбирать подарок своей головой, не опираясь на чужую помощь. к тому же, помощь была так себе: Винсент давным-давно отошёл от любовных дел, Дейл завёл старую шарманку про «настоящая баба если любит, то любит крепко», а Линч и вовсе отправил Джону первую попавшуюся ссылку из раздела «что подарить второй половинке». бросив Егору короткое «друг, называется!», Джон вернулся к просмотру открыток.

ㅤㅤㅤ— «самой лучшей маме на свете»... это ещё чё за дичь? хотя, Лили же тоже мама... но это же дети дарят, при чём тут вообще день Святого Валентина! — Джон возмущённо убирает открытку в сторону. среди всех забракованных картонных обрывков уже побывали «лучшей бабушке» и «с сорокапятилетием!». достойных вариантов оставалось немного, — так, «моей любимой уточке». она животное какое, что ли. хотя, девушки же такое любят... котичек там, пёсик, рыбка моя.

ㅤㅤㅤДжон дёргается от отвращения. одно прозвище звучало хуже другого, а открытки «самой восхитительной, умной, доброй, красивой Лили Лапушке!» так и не было. понурив голову, Джон направляется на кассу, сжимая в ладони розову бумажку в форме сердечка. бессмертная классика! не такая незабываемая, как хотелось бы, однако лучшая из всего, что Джон умудрился найти. оставив в магазине гордые пятьдесят рублей, Джон идёт дальше, заглядывая в какую-то антикварную лавку.

ㅤㅤㅤ— «ну конечно, Джон, что поразит девушку больше, чем ржавые ножницы с кровавым отпечатком», — шепчет внутренний голос, вынуждая мужчину отложить безделушку куда подальше.

ㅤㅤㅤ— «а Линчу бы зашло, — мелькает в голове прежде, чем Джон успевает себя остановить, — он же свитер который год таскает да и нож ему пригодился. может, тоже что-то взять? вон, кассетка какая-то... ну а что, четырнадцатое февраля это же день любви... типа, любовь к своему дружбану тоже считается».

ㅤㅤㅤДжон бренчит кассетами, выуживает из стеклянной банки потрёпанный жизнью значок, режется о металлический стержень и рассчитывается с пожилым мужичком - а иначе этого «типа» в дублёнке и не назвать - игнорируя его кривую улыбку.

ㅤㅤㅤ— для жинки смотрите? или детишек.

ㅤㅤㅤ— для дру-.. кха. для девчонки одной.

ㅤㅤㅤ— дивчины? — мужчина удивлённо вскидывает брови, — ба-а... кто же дарит такое девке! ты вот шо, лучше купи ей что-нибудь гарное да скажи, мол, напомнило тебе её.

ㅤㅤㅤ— а сработает? — тараторит Джон, тут же желая отвесить себе пощёчину. всё его хвалёное мужество ломается о снисходительный взгляд хозяина лавки.

ㅤㅤㅤ— конешно, — улыбается мужчина, — зуб даю!

ㅤㅤㅤДжон кивает, бормочет скомканное «спасибо» и, ссутулившись, покидает лавку. улыбка в пятнадцать зубов, три из которых золотые, доверия не внушала, но время шло к вечеру, а скупой список мест, на которые была надежда, постепенно сокращался. сев в машину, Джон решил вновь осмотреть все свои сокровища, купленные ранее. скромная валентинка с ценником, что никак не хотел отклеиваться, надкушенная шоколадка, которую было решено доесть на почве стресса, и кассета со значком «добро пожаловать в Артек!», предназначавшиеся Линчу.

ㅤㅤㅤ— «не густо, — обречённо думает Джон, подписывая себе приговор одинокого одиночки, — может, ну его? в следующем году подкачу как следует, а сегодня к Линчу загляну... отметим как два холостых мужика, пивка там возьму».

ㅤㅤㅤот мыслей о том, что Джон проведёт очередной день Святого Валентина не в объятиях красивой брюнетки, а уставшего Егора, который наверняка уснёт у него на плече, ему стало только хуже. Джону сразу же представился дом в потёмках, дверной проём, подсвеченный экраном телевизора, и Линч в растянутой футболке, стоящий посреди хаоса из сброшенной впопыхах одежды. картина, впрочем, не вызвала отторжения, наоборот, Джон отчего-то улыбнулся, щёлкнув ключём зажигания. какое-то предвкушение приятного вечера вдруг настигло его. пальцы тут же выудили из кармана стареньку раскладушку, по наитию набрали выученный номер. однако, трубку не сняли ни через пять, ни через десять гудков.

ㅤㅤㅤ— что за чёрт, — бормочет Джон, рассеянно глядя на потухший экран, — ало, гараж, мы так не договаривались.

ㅤㅤㅤвнутренний голос в который раз за день любезно подсказывает, что, вообще-то, у Линча перед Джоном нет никаких обязательств, но Джон отчаянно отрицает этот факт, хмуря брови и вновь нажимая на кнопку вызова. впрочем, и в этот раз абонент оказался недоступен.

ㅤㅤㅤ— вот как, значит, — Джон выворачивает руль, с силой вдавливая педаль газа, — ну хорошо, Линч, погоди у меня. пишет тебе твой единственный кент Джон опасный, если ты променял нашу мужскую дружбу на какую-то женщину, то я буду очень возмущён, потому что ты, во-первых, нас не познакомил, а во-вторых не берёшь трубку, хотя у меня тут, вообще-то, проблемы!

ㅤㅤㅤдорога до дома Егора заняла около двух часов с перерывами на покупку алкоголя, одну паническую атаку и попытку придумать оправдание своему внезапному визиту посреди ночи. ничего лучше, чем «проезжал мимо, решил заглянуть» в голову не пришло, и поэтому Джон, вооружившись всем «награбленным», залпом опрокинул в себя бутылку «для храбрости». согласно расчётам, от пары глотков спиртного к Джону должны были вернуться его уверенность и харизматичность, но заместо им пришли заплетающийся язык да дрожащие руки. Джон попадает в замочную скважину с третьей попытки, героически вваливается в прихожую и совершает стратегическое падение прямо Линчу в руки, оставляя их обоих лежать на дверном коврике.

ㅤㅤㅤ— какого... Джон? ты что, мать твою, делаешь?

ㅤㅤㅤ— как что?.. мне уже нельзя... нельзя... навестить своего друга?

ㅤㅤㅤ— откуда у тебя ключи, — заторможенно проговаривает Егор, смахивая чёлку с чужого лба, — ты вообще... ты как тут оказался?

ㅤㅤㅤ— в смысле как, Линч... я же через дверь зашёл, — Джон чуть щурится, пытаясь сфокусировать взгляд, однако его попытки оказываются тщетными и, не найдя решения лучше, Джон побеждённо опрокидывает голову Егору на плечо, утыкаясь носом в неприкрытую футболкой шею. смесь дешёвого дезодоранта и подаренного Бог знает сколько лет назад парфюма ударяет в голову, Джон отчего-то смеётся, прикрывая глаза, и как-то неловко приобнимает Линча одной рукой, заставляя Егора улечься обратно на пол, — а ключи ты под камнем прячешь. тебя убить как два пальца об - ик - об асфальт... ты в курсах вообще? на твою халупу сигналку что ставь, что не ставь, в два счёта вломиться можно. вон, я же вломился...

ㅤㅤㅤ— Джон, ты пьян?

ㅤㅤㅤ— не пьян, а на веселе, — Джон горделиво вскидывает голову: очки кое-как держатся на переносице, грозясь упасть Линчу на лицо, — и вообще, хули ты трубку не берёшь?

ㅤㅤㅤ— так час ночи, все приличные люди в это время давно уже спят.

ㅤㅤㅤ— ключевое слово, Линч, при-лич-ны-е... а ты вон ходишь по дому...

ㅤㅤㅤ— ... по своему дому, Джон...

ㅤㅤㅤ— в одних трусах и какой-то майке...

ㅤㅤㅤ— кто бы говорил.

ㅤㅤㅤ— небось, какую-то девчонку склеил, — звучит почти обиженно.

ㅤㅤㅤ— вставай, я тебе диван расстелю... какая девчонка, Джон? нет у меня никого.

ㅤㅤㅤ— класс, — Джон кое-как поднимается на ноги, опираясь плечом о дверной косяк, — мы с тобой два альфа самса... самца... сам... тьфу ты, короче, к чему я это. у меня для тебя подгон имеется.

ㅤㅤㅤ— в честь чего это такая щедрость? — Егор вскидывает брови, на ощупь пытаясь отыскать среди подушек хоть что-то, напоминающее одеяло.

ㅤㅤㅤ— как в честь чего? сегодня же этот, день Всех Влюблённых!

ㅤㅤㅤЛинч замирает, бросая на Джона напряжённый взгляд через плечо.

ㅤㅤㅤ— я всё ещё не улавливаю связи.

ㅤㅤㅤ— ну как это... — покачиваясь, Джон протягивает Линчу смятую валентинку и несчастный значок, — с праздником, Линч!

ㅤㅤㅤЕгор давится воздухом, ошалело разглядывая скромный подарок. Джон вручает его с таким видом, словно дарит, по меньшей мере, ключи от яхты. вся его физиономия так и сияет самодовольством, и пока Линч думает, как бы помягче высказать свой, сдержанно говоря, шок, отвечая прямо «ахуй», Джон хватает его за воротник, впечатываясь губами в щёку. Егор болезненно шипит, слышится клацк зубов, а Джон прикладывает ладонь ко рту, потирая ушибленное место.

ㅤㅤㅤ— ты чего бьёшься. больно вообще-то!

ㅤㅤㅤ— я?! ты сам на меня упал!

ㅤㅤㅤ— я тебя поцеловать хотел, как братана своего!

ㅤㅤㅤ— может ты не знал, но друзья так не целуются!

ㅤㅤㅤвзгляд Джона неожиданно тяжелеет: весь его вид делается серьёзным, а лицо приобретает какой-то отчётливый оттенок разочарования. Линч едва успевает опомниться, прежде чем чужие губы накрывают его собственные, настойчиво пытаясь вовлечь Егора в поцелуй. сдавленное мычание и короткий удар по плечу растворяются в полумраке, сменясь сбитым дыханием.

ㅤㅤㅤ— Джон, я... — Линч шумно сглатывает, опуская взгляд на вмиг ослабевшего друга, — ты... ты уснул, что ли?!

ㅤㅤㅤответом ему служит тихое сопение. устало вздыхая, Егор скидывает тяжёлую ношу на диван, и опускается рядом, зарываясь руками во взлохмаченные волосы.

ㅤㅤㅤ— ну и устроил ты мне праздник, приятель, — Линч усмехается, с несвойственной для друзей теплотой опуская ладонь Джону на плечо.

ㅤㅤㅤ— люблю тебя, Джон.