Почему я уехал из Москвы?

Когда-то столица нашей Родины была, наверное, самым лучшим городом для того, чтобы скрываться от вездесущего товарища Майора. Огромный мегаполис, в котором у всех хватает своих проблем, и есть дела поважнее, чем искать среди понаехавших провинциалов каких-то беглых преступников. Кроме того, большим плюсом всегда является то, что, в отличие от регионов, здесь нет ощущения большой деревни, где все друг друга знают. Шанс встретить знакомое лицо в городе на порядок ниже, чем в каком-нибудь Саратове.

Все это вкупе с абсолютным пофигизмом среднестатистического жителя столицы (если, конечно, дело не касается шкурных интересов) превращало Москву в одно из привлекательнейших мест для комфортного пребывания в статусе разыскиваемого лица. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается - закончилась и эта эпоха. Город все быстрее и быстрее наращивает отрыв от остальной России, становясь настоящим, а не номинальным лицом страны и визитной карточкой ее высшего руководства. Не думаю, что сильно преувеличу, если скажу, что сегодня Москва входит в топ-5 наиболее приятных европейских столиц. Кто не согласен, поживите хотя бы месяц в Париже, Лондоне или Риме, и вы полюбите Родину еще сильнее.

Согласитесь, негоже, когда по просторам такого замечательного города спокойно разгуливают криминальные элементы разных мастей. Поэтому зачистка пространства от таковых – одно из приоритетных направлений мэрии и органов правопорядка. Кроме того, огромное количество гостей из Средней Азии и кавказских республик несет потенциальную угрозу благополучию коренных жителей Белокаменной, поэтому с точки зрения властей нужно предпринимать дополнительные меры, чтобы держать ситуацию под контролем. Недавние события, участниками которых были представители армянской и азербайджанской диаспор, – тому подтверждение.

Ключевым фактором, предопределившим мое прощание со столицей, стало активное внедрение там системы распознавания лиц (СРЛ). Честно говоря, я до сих пор не знаю всех деталей и алгоритмов работы этого технологического чуда, но то, что придумали ребята из NTechLab, будет еще долго сниться многим, кто попался на удочку этих изобретателей. Это, кстати, один из примеров, как изначально благие намерения начинающих стартаперов в итоге превращаются в мощнейший инструмент, используемый государствами всего мира для проникновения в частную жизнь своих граждан. Было бы символично, если кого-то из совладельцев этой высокотехнологичной компании объявят в розыск по дежурной 159-й и в итоге поймают с использованием его же детища.

В мою бытность «москвичом» камеры с такой функцией только начинали устанавливать на станциях метро и вокзалах. Сейчас же, насколько я знаю, именно в Москве установлена крупнейшая в МИРЕ онлайн-система распознавания лиц. Судя по информации из новостей, умные камеры уже стоят не только на улицах, в парках, школах и торговых центрах, но и в обычных подъездах жилых домов. Хуже того, уже давно и активно ведутся разработки прибора с кодовым названием Musor’s Glaz – специальные очки, которые будут носить полицейские и в которых мгновенно будет срабатывать сигнал, если навстречу идет, например, автор данного канала. Все это означает, что вопрос поимки человека, чье лицо занесено в базу, - лишь вопрос времени.

Перед отъездом из Москвы мне прислали мой настоящий паспорт. Он был мне нужен для того, чтобы посетить нотариальную контору и подписать доверенность на распоряжение квартирой, которую я по глупости когда-то оформил на себя. В квартире этой я не жил, и в ней даже не было ни одного обыска, но, конечно, это не помешало следствию наложить на нее арест. Впоследствии я рассчитывал оспорить данное процессуальное действие, поэтому заранее решил выдать проверенному человеку полномочия на продажу недвижимости.

Прогулки по Москве с таким токсичным документом – не самое приятное дело. У нотариуса тоже пришлось немного понервничать, когда та, взяв мой паспорт и что-то нажав на клавиатуре своего ноутбука, попросила подождать минут пятнадцать в коридоре. Конечно, я не мог тогда поверить, что камеры СРЛ уже стоят и в офисах нотариусов, но вполне допускал, что этих государственно-частных свидетелей уже подключили к каким-нибудь ментовским базам для проверки статусов их клиентов. В какой-то момент, когда ожидание уж слишком затянулось, я даже хотел просто убежать, оставив свой паспорт на память этой милой женщине лет сорока. Но, как видим, в те годы нотариусы не знали, что за клиент совершает у них нотариальное действие. Думаю, сейчас такой финт запросто может закончиться не записью в реестре, а знакомством с ИВС г. Москвы.

Когда я покидал столицу, я точно знал, что на вокзалах уже были эти хитрые камеры. Но теме не менее, решил рискнуть. Я надел очки с нулевыми диоптриями, натянул на голову толстую шапку, а шею обмотал шерстяным шарфом почти до носа. Знаю, что все это малоэффективно против СРЛ, но нужно же было дать себе хоть какой-то шанс. В конечном итоге я спокойно прошел через здание вокзала и сел в свой вагон. Нет, я не обманул систему. Моего лица, скорее всего, просто не было в базе либо вся эта история еще находилась на стадии тестирования и обкатки.

Нет сомнений, что со временем такие системы появятся во всех крупных городах, а лет через 15-20 – даже в забытых Богом райцентрах и селах. Говорят, что СРЛ показала себя невероятно эффективно в деле поиска негодяев, скрывающихся от следствия и суда. Если это так, то перед нами тенденция, которую уже не остановить. К 30-м годам (опять эти 30-е!) не будет совершенно никакого смысла скрываться - найдут всех.