Побег в Питер

Сидя в аэропорту Питера, опьянённый ощущением свободы, мороза и того, что уезжаешь из постылого Гонконга и из-под вечного присмотра деда и сестры в родной город, — это чувство просто неописуемо. Спросите, как?

— Юма, — Алтан швыряет карту в сестру, — ты обещала: я валю в Питер. Карту мою себе забирай, я теперь на рублях.

— А ну стой! — сказала Юма, уже вставая из-за стола. — Куда ты собрался?!

— В Питер, Юмжит Балдаевна, — спокойно ответил Вадим, в глазах которого явно плясали черти. Явно в сговоре с младшим братом. — Вы забыли про обещание?

Юмжит помнила, но не думала, что так быстро придётся выполнять, а правила требовали исполнения обещаний, даже если это касалось собственного единоутробного брата.

Вещи уже собраны, а младший брат улыбался той самой мерзкой лыбой, что обычно означала: он валит в очередной клуб на всю ночь или, ещё хуже, планирует испортить жизнь старшим. Среди совета директоров его за спиной называли «принцем» — не в смысле прекрасный наследник или просто утончённый юноша, а именно избалованный и достаточно бесящий в этих обстоятельствах обеспеченный молодой человек.

— А где ты жить будешь в Питере? Квартиру мамы вообще-то продали, — напомнила Юмжит. — Нет, тех денег хватит, чтобы тебе купить что-то для жизни и даже в элитном ЖК, но ты явно захочешь больше.

— Заработаю. Ты ж сама меня в Питер отправить собиралась, чтобы я там работал, а не тут тебе портил жизнь, ваше высочество, — прошипел молодой человек.

Вадим просто наблюдал, как две кобры сцепились. Обычный вторник в этом кабинете. Обычный день в клане Дагбаевых.

— Вали уже в свой Питер. Только не развали там ничего, а то я знаю тебя. Партийному сыну машину сломал… Это ж надо додуматься!

Но Алтан уже не слушал, а был мысленно там… В родном Петербурге, где у него будет целая неделя на то, чтобы пить, курить и веселиться без присмотра сестры, хотя наёмник тоже явно будет бесёбить по полной. Ну и не забывая про должностные обязанности — ему ещё писать отчёты о жизни и сохранности этого буйного.

Собрать все манатки Алтана оказалось задачей со звёздочкой.

— Это мы выкинем…

— Да ты ахуел?! Нет, не выкинем!

— Тебе халат на кой чёрт там? Купишь новый, этот здесь оставь. А это чё? — доставая косметичку, поинтересовался Вадим.

— Моя косметичка. Там вся моя уходовая на первое время и декоративка.

— Там купите. Ощущение, что еду с бабой… — закатил глаза блондин, ожидая уже поток хорошо знакомого «я тебе язык оторву», «я не баба» и прочего возмущения.

— Эта баба тебе зарплату платит. Если хочешь остаться с сестрой — валяй. Один там как-нибудь справлюсь, — фыркнул юноша, но выложил то, что добавляло весу багажу.

Когда всё было собрано, и Вадим увидел эту… кучу чемоданов, у него челюсть отпала.

— Вам с собой столько зачем?

— Надо. Там одежда в основном, и вообще — мои личные вещи.

— Курилки ваши вонючие?

— Нет, их в аэропорту не пропустят, в Питере новые куплю.

Молча согласившись и чудом погрузив этот кошмар, они сели в машину.

— Там нас уже ждёт квартира, я снял её на неделю, и машину арендовал по типу твоей, — листая телефон на заднем сиденье, говорил юноша. — Квартира двухкомнатная, так что думаю, ругаться не будем.

— Ого, вы до двухкомнатной понизили планку. А я ожидал тяжёлый люкс с кучей комнат.

— А ты думал, в хрущёвке жить будем? — нахмурился Алтан. — Нет, мы будем жить в нормальной квартире.

Пожав плечами, мужчина согласился. В аэропорту дотащил сумки и следил, чтобы шилопоп никуда не делся. Регистрация, ожидание, и наконец самолёт.

Высоты никто не боится, но…

— Ты спать будешь, как всегда?

— Ну да, ты же знаешь, что я в любом транспорте сплю, когда не за рулём… Всё, не лезь, дай поспать, — натягивая повязку и беруши, говорит Вадим.

— Пенсионер.

— Малолетка. Отличная беседа. Всё, я спать.

И через пару минут засопел. Ну как засопел… Нос ломали и не раз, так что скорее закрехтел. Алтан включил на планшете фильм и смотрел его, пока сам не уснул.

Приземлившись в Питере, молодой человек сидел на чемоданах, чтобы не спёрли, — ведь ещё не всё забрали с конвейера, — и пил кофе, чтобы проснуться. Свобода… Такое приятное слово. В помещении прохладно, приятно прохладно, за окном первый снег, он на чемоданах и официально свободный, хоть и выполняющий работу клана, человек.

Вадим принёс последние два чемодана и постучал по плечу Дагбаева.

— Поехали, такси ждёт. Помоемся и поспим, завтра всеми мелочами займёмся.

Молодой человек кивнул и повёз несколько сумок.

Такси, мат таксиста, чей рот быстро закрылся от протянутой купюры. Родной город — Алтан не отлипает от окна до момента… проезда мимо площади Восстания. Он отвернулся от окна, сжался и теребил пальцы. Страх был. И будет. Тан это знал, причём хорошо. Его всегда будет пугать это место, всегда он будет сдерживаться и вспоминать. Но таксист не Вадим и не знает всех тонкостей, поэтому не поспешил уехать оттуда, хотя на их удачу пробок не было.

Отъехав оттуда, у молодого человека расслабились плечи, а руки начали искать, за что схватиться. Таксист напрягся — не приступ ли.

— Помочь? Может, остановимся? — вежливо поинтересовался мужчина восточной наружности.

— Нет, едьте, мы сами разберёмся, — сказал Вадим, давя на плечи молодого господина. Методом тыка был найден способ такого успокоения: Алтан взялся за руку на своём плече и начал успокаиваться.

Оказавшись у ЖК, где они оба собирались жить.

— Блядушник… — подметил Вадим. — Такой район в Москве помню.

— Не блядушник, а элитный ЖК, — прошипел Алтан.

— Ну, элитный блядушник.

Зайдя в парадную и поднявшись на свой этаж, началось привычное «стой и жди, щас проверю» и проверка квартиры. Молодой человек ждал в коридоре и думал о новой главе в жизни, точнее — новом месте в ней, где ему уже сейчас, даже несмотря на проезд мимо травматичного места, явно лучше. Здесь тебя не душат тем, что ты должен, или тем, что ты иной, а здесь ты просто, хоть временно, небедный молодой человек, приехавший в родной город пить, курить и веселиться, пока может.