Побег из Эвермора
(3 часть)Не успела дверь за Рико закрыться до конца, как над Жаном навис один из тех, кто секундой ранее намертво прижимал его к бетону — Грейсон. Втрой старшекурсник, застывший за его плечом, лишь молча кидал на происходящее насмешливые взгляды, не скрывая садистского любопытства.
Грейсон медленно опустился на корточки, опершись локтями о колени и рассматривая сломленного француза так, словно перед ним лежала выпотрошенная на охоте туша. Его взгляд жадно скользнул по дрожащей спине Моро, по измазанным пылью бедрам, где смешались густая кровь и липкие, белесые следы Мориямы. На губах Ворона расползлась ядовитая ухмылка.
— Ну и зрелище, номер три, — тихо, но с явным наслаждением прошипел Грейсон. — Слышь, ты бы подтерся, да натянул штаны, а то твоя заплаканная рожа и эта расписанная Рико задница слишком уж притягательно выглядят. У меня, знаешь ли, от этой картины прямо в штанах тесно становится. Если сейчас же не уберешься, я продолжу там, где капитан закончил. Ты же знаешь, я дважды просить не стану.
Этот грязный оскал и едкие слова добили его окончательно, вызывая новый, подступающий к самому горлу спазм тошноты. Стыд и отвращение к собственному телу накрыли его с новой, непреодолимой силой. Жан знал — Грейсон не шутит. Этот монстр уже не раз пользовался беспомощностью третьего номера, превращая его жизнь в бесконечный ад, когда Рико терял к Жану временный интерес. Надеяться на милосердие здесь было бессмысленно.
Животный, первобытный страх стать жертвой еще одного насилия прямо сейчас, на том же грязном бетоне, пересилил адскую физическую боль. Внутри все горело огнем — Рико буквально порвал его, и каждое мимолетное движение отзывалось острой, режущей болью в тазу и пояснице.
Дрожащими пальцами Жан вцепился в нижнюю полку стеллажа. С тихим вскриком, превозмогая тошноту и звон в ушах, он начал подниматься, опираясь на затекшие ноги. Колени подкашивались, тело не слушалось, но страх гнал его вверх. Спотыкаясь, едва удерживая равновесие и не смея поднять глаз, Моро судорожно натянул на себя кое-где треснувшее белье и штаны, которые казались сейчас раскаленной проволокой, тершей и без того изувеченную кожу.
— Ого, смотри, как суетится, — хохотнул второй Ворон за спиной Грейсона, разглядывая, как француз неуклюже пытается прикрыться. — А делал вид, что встать не может. Жаль. А я уж думал, мы тоже сейчас немного развлечемся. Он сегодня прямо в ударе, такой податливый.
Под этот ядовитый, издевательский смех и ехидные комментарии двух сокомандников Жан, цепляясь руками за холодные стены коридора, согнувшись пополам и оставляя за собой невидимый след из собственной боли и унижения, бледной тенью рванул прочь. Он пытался бежать, не чувствуя под собой ног, боясь, что Грейсон и его дружок передумают, что во тьме этих безжизненных коридоров они вернутся за ним, решив взять свое. В голове билась лишь одна холодная мысль — забиться в самый дальний угол, где его никто не найдет.