По следам Рислинга

Экономические невзгоды 1990-х, так сказать, "обрушивались" на нашу страну не мгновенно, а с некоторым временным лагом. Наряду с безденежьем, инфляцией, финансовыми мошенничествами космических масштабов, рэкетом, были и приятные мелочи, например, момент, когда в обычном гастрономе спального района провинциального российского города можно было купить такие же товары, как в среднестатистическом европейском супермаркете. Правда, продолжалось это всего несколько месяцев или даже недель, но я хорошо помню, как для дружеских (или даже романтических) посиделок (или даже полежалок) можно было купить за сравнительно доступную цену неплохой Рислинг. По крайней мере бутылки с этим кислым белым вином стояли не в отделе элитного алкоголя, а на самых обычных полках. Куда они делись потом и почему это добротное вино было заменено невменяемым пойлом с просторов СНГ я не знаю. Похоже, этого удовольствия нас лишили просто потому, что "рылом не вышли". Хавайте, мол, что дают, много чести для вас - Рислинг в обычном гастрономе...

Этот небольшой автобиографический нюанс припомнился мне неспроста. Добрался я тут на днях до "Писем русского путешественника" Н.М. Карамзина - богатого исторического источника, вызвавшего целый ряд аллюзий, которые еще предстоит, я надеюсь, описать. Самую же яркую, из разряда "на могу молчать", вызвали вот эти строки:

...пошел я из Дрездена пешком в девять часов утра... Скорыми шагами вышел я из города, но, вышедши, почти на каждом шагу останавливался и любовался прекрасною натурою и плодами трудолюбия. Дорога идет вдоль по берегу Эльбы. На левой стороне за рекою видны горы, покрытые частым зеленым березником и ольхами; а на правой – плодоносная равнина с полями и деревеньками, которую в отдалении ограничивают виноградные сады.

Здесь интересно то, что виноградники разбиты близ Дрездена. Этот город, конечно, еще далек от полярного круга, но южным его тоже не назовешь. Виноград, особенно сортовой, - культура теплолюбивая. Сам сюда он вряд ли проник. Значит какие-то люди начали его культивировать здесь, принеся саженцы и семена откуда-то с юга. Это, впрочем, не сенсация.

Проследовав далее по Германии вслед за Карамзиным, попадаем в Мейсен:

Дорога до самого Мейсена очень приятна. Земля везде наилучшим образом обработана. Виноградные сады, которые сперва видны были в отдалении, подходят ближе к Эльбе, и наконец только одна дорога отделяет их от реки. Тут стоят перпендикулярно огромные гранитные скалы. Некоторые из них – чего не делает трудолюбие!- покрыты землею и превращены в сады, в которых родится лучший саксонский виноград.

Нескончаемые виноградники - одно из самых ярких впечатлений русского путешественника. Их он видит на протяжении всего своего пути с севера на юг, проезжая через Австрию, Швейцарию и, конечно же, во Франции. И только на британских берегах спохватывается:

Ужин наш состоял из жареной говядины, земляных яблок, пудинга и сыру. Я хотел спросить вина, но вспомнил, что в Англии нет виноградных садов, и спросил портеру. Бутылка самого худого шампанского или бургонского стоит здесь более четырех рублей.

Подчеркнем еще раз: виноград сам по себе не распространяется. Более того, даже при желании у садоводов его вырастить, удается это не везде. Англичане, скорее всего, тоже хотели бы иметь эту культуру у себя, но климат у них неподходящий. А вот в низовьях Рейна и Эльбы хотя тоже не слишком жарко, солнца для вызревания вполне приличных сортов винограда достаточно, при умелых действиях земледельцев, конечно же.

Откуда же пришла эта сельскохозяйственная культура на нижненемецкие земли? Ответ на этот вопрос дает название сорта, из которого изготовляются рейнские вина - рейнвейны. Называется такой виноград Рислинг. Сразу отметим, что слова рислинг и рейнвейн хоть и начинаются с одной и той же буквы, но в остальном друг на друга непохожи.

Проследим по Википедии, от каких же предков происходит рейнский виноград (к этому семейству можно отнести и те разновидности, что произрастают ближе к Эльбе). Нам сообщают, что Рислинг произошёл в результате естественного(?) скрещивания неизвестного сорта и Гуэ блан. Вот это "неизвестного сорта" уже приводит в недоумение. Всё, что связано с качественным вином, и, следовательно, с большими деньгами, изучено вдоль и поперек. И ладно бы речь шла об экзотическом растении, привезенном с края света, но ведь мы в самом сердце Европы, причем не географическом, а самом что ни на есть культурном - в краях, освоенных еще 2000 лет назад римлянами, и вот поди ж ты, "белые пятна".

Гуэ блан - не менее интересная составляющая Рислинга. Это название сорта винограда переводится как "гуннский белый", т.е. варварский, полудикий. Считалось даже, что его родина - Венгрия, но потом от этой версии отказались. Есть еще и "гуннский черный". Это тот самый, что пытаются выращивать на своих северных дачах наши, российские бабушки-пенсионерки. Иногда даже получается что-то виноградоподобное, но очень кислое и не сильно отличающееся от диких сортов. И это интересно: несмотря на неподходящие климатические условия и почвы, славяне упорно пытаются везде выращивать виноград, как будто этот обычай укоренен на генном уровне. Да и узоры из виноградных листьев и лоз у нас обычны в декоре.

Гуэ блан не далеко ушел от диких виноградных сортов. Он тоже круглый, тоже не вкусный (по сравнению с дорогими сортами), разве что цвет кожуры у него светлый. В общем, это что-то такое простонародное, крестьянское, бесхитростоне. Недаром в одном источнике XVI в. сказано:

…большой крупный Гуннский виноград, который известен своим быстрым ростом, некоторые называют дерьмовым виноградом.

Сорт был до того грубым, что его выращивание даже запрещалось в некоторых европейских странах, чтобы место под солнцем не занимал понапрасну. И вот, значит, кому-то в незапамятные времена удалось скрестить этот мужицкий виноград с каким-то неизвестным сортом, получив вполне приличный Рислинг, да и не только его, а и такие популярные у нас Алиготе, Шардоне и еще десятки сортов. Гуэ блан даже называют "Казановой виноградорства", как сорт, широко разбросавший свой генетический материал по другим, более благородным семействам.

Изрядно поблуждав по терминологическим закоулкам, Википедия признается:

В Швейцарии существуют, наверное, самые старые и непрерывно существующие посадки сорта <Гуэ блан>, восходящие к Средним векам. Его выращивают в немецкоговорящей части кантона Вале под названием Gwäss (квас?!).

Кантон Вале - это небольшая территория к востоку от Женевского озера... И вот тут пригождаются мои давнишние размышления о давнишних обитателях тех краев - ретах и... винделиках. Напомню вкатце суть.

К северу от Альп, там, где сейчас находятся счастливейшие и богатейшие в Европе края - Швейцария, Южная Германия, Западная Австрия - жили-были в самом начале нашей эры реты. Жили, судя по всему, неплохо, по крайней мере спокойно, будучи защищенными от средиземноморских перипетий самой природой - горами. Тем не менее, связь с "большой землей" они поддерживали, поскольку их ближайшими родственниками были венеты, жители той самой Венеции. Эти племена, как пишет Полибий, говорили на одном языке, и вообше реты - это те же венеты, только слегка огрубевшие от жизни в удалении от моря. Связь с венетами реты поддерживали через альпийские перевалы, которые были не слишком проходимыми, чтобы привлекать большие массы переселенцев, но и не слишком закрытыми для того, чтобы сделать невозможным товарообмен.

У самих ретов тоже были еще более северные и еще более одичавшие родичи - винделики. Чем же они любили заниматься, интересно? Об этом официальная наука деликатно умалчивает, хотя любой человек, мало-мальски знакомый с любым славянским языком без труда предположит: уж не виноделием ли? Нет, виноделие Википедия среди занятий обитателей Реции упоминает, но вот о том, что слова "винделики" и "виноделие" практически не различимы, ничего не сообщает. Вместо этого поселяет винделиков в некой Винделиции. Но если вы откроете статью о ней, то никаких упоминаний о виноделии не обнаружите.

Продолжим нашу историческую реконструкцию. Соседи ретов - жители Италии, где экономика была покрепче и, в связи с этим, ресурсы были исчерпаны побыстрее, поделив в кровавых столкновениях все земли на своем полуострове, стали хищно поглядывать за Альпы. Наивных ретов не защитили труднопроходимые горные перевалы. Правда, официальная наука видит в нападении Рима на ретов и их соседей не хищнические устремления, а заботу об укреплении границ:

В 15 году до н. э. римское правительство решило обезопасить северную границу Италии. Пасынки Августа, Тиберий и Децим Клавдий Нерон (первый из них — через Гельвецию, второй — из Италии, вверх по долине реки Адиджи), вторглись в Рецию и в один летний поход покончили с отчаянно защищавшимися, но действовавшими без общего плана племенами. Множество людей было перебито и продано в рабство; в видах романизации края часть оставшегося населения выселили и заменили надёжными колонистами. Тогда же были проложены важнейшие в торговом и стратегическом отношениях дороги, соединявшие главные пункты Северной Италии с Верхним Дунаем, Боденским озером и Восточной Швейцарией.

В этой цитате есть маленькая недомолвка: в тех краях находится исток не только Дуная, но и Рейна. Вот по этим-то двум рекам и началось великое бегство славян... Ой, я сказал славян? Прошу извинить, до славян еще без малого полтысячелетия. Вот по этим-то двум рекам и началось бегство племен, родственных венетам (а уж они-то даже по-официальному предки славян), а также италийским расеннам или этрускам ( это Википедия, я только выделил жирным корни). И продолжается, судя по всему, до сих пор. И пошли они по Дунаю и по Рейну вместе со своим виноградом и прочими причиндалами. А за ними - Римская империя, как сумасшедший с лезвием в руках.

А правда ведь слово Рислинг похоже на слово Реция?