Письмо Вэнианта

Однажды, разбирая письма и газетные рассылки, Джарвис увидел конверт, привлекший его внимание небольшим рисунком птички, устремившейся в небо. Отправителем являлся некий Вэниант Хонин. Отложив остальные бумаги на стол, Джарвис сел читать письмо.

«Господину Джарвису Гартину

Перейду сразу к сути: Вы единственный человек в этом городе, кто может помочь моей матери.

Весь последний месяц я занимался активным поиском лекарей, так как моя мама постоянно испытывает слабость, чувство голода и жажду. Те, кто приходил к нам, ставили разные диагнозы. Некоторые даже говорили, что в нашем положении остается только сдаться. Местные лекари объективно не имеют должной степени квалификации. Изучая медицинские издания, я нашел Вашу статью «Об использовании лекарственных растений для лечения хронических заболеваний», а также переписывался с людьми, которым Вы и Ваши лекарства уже помогли.

Буду честен, у нас не так много денег, и я не смогу оплатить все лечение сразу, но обязательно оплачу, если Вы готовы дать мне время.

И еще… матушке лучше не знать о том, что я трачу на ее лечение большие деньги, она будет переживать. Поэтому вопросы оплаты предпочтительнее обсуждать не при ней.

От Вэнианта Хонина»

В конце письма была нарисована бабочка.

Оказалось, что Вэниант жил совсем рядом, на окраине Коллинтауна, как и Гартины. Это значительно облегчало задачу, так как Джарвис мог добраться пешком, и ему не нужно было платить за поездку.

Дом семьи Вэнианта был одноэтажным и довольно старым. Когда Джарвис постучал в дверь, ему открыли не сразу. Причина задержки стала очевидной: мужчина, открывший дверь, находился в инвалидной коляске и не мог быстро маневрировать по неровной поверхности пола. Он впустил доктора в дом, попросил подождать немного и отправился в комнату матери, чтобы помочь женщине подготовиться к приему.

Джарвису было интересно узнать условия, в которых живет семья, чтобы лучше подобрать лечение. Господин сразу обратил внимание, что в доме было довольно пыльно. Видимо, верхние полки никто физически протереть не мог уже несколько лет. По полу тут и там валялись какие-то рукописи и… рисунки? Джарвис поднял один из них, чтобы лучше рассмотреть. На бумаге краской были вымазаны несколько пятен, частично закругленной формы. Сверху углем были добавлены детали, задающие конкретику: пятна становились полевыми цветами.

«Можете войти».

Войдя в комнату, Джарвис увидел сидящую на кровати женщину лет шестидесяти, одетую в ночную рубашку. Ее седые волосы были распущены и неряшливо лежали на плечах.

При осмотре комнаты в глаза также бросились небольшие холсты с рисунками на потрепанных стенах и шкаф со священными книгами.

Во время консультации Вэниант все записывал, а еще на некоторые вопросы отвечал быстрее матери. Мать Вэнианта, Иерафина, была вымотана, и ее реакция слегка замедлилась. В коротком общении сына и матери между собой чувствовалась нежность и забота друг о друге. Джарвис поймал себя на мысли, что именно этой искренности не хватает многим людям в его окружении.

Еще из симптомов в письме господин сделал некоторые догадки, которые подтвердились, когда он узнал детали. Иерафина явно страдала от сахарной болезни. Облегчить состояние могли физические нагрузки, а также определенная диета и медикаментозное лечение. Кое-какие лекарства у Джарвиса с собой уже были, и он оставил их на столе.

Выйдя из комнаты, доктор обратился к Вэнианту с идеей, которую сам от себя не ожидал: «У вас замечательные картины. Согласны ли вы нарисовать мою дочку, вместо того, чтобы полностью оплачивать лечение?».