Петербург: «Требую освободить!»

Как у здания Гостиного двора проходили пикеты в поддержку Ивана Голунова

Вечером 7 июня перед Большим Гостиным двором начались одиночные пикеты в поддержку задержанного в четверг корреспондента отдела расследований «Медузы» Ивана Голунова, которого обвиняют в покушении на сбыт крупной партии наркотиков. Голунов и его коллеги уверены, что дело сфабриковано. Соратники задержанного — журналисты, фотографы, общественные деятели — стояли с плакатами и раздавали листовки. moloko plus публикует комментарии людей, вечером пятницы пришедших на Невский проспект, 35.

Татьяна Фельгенгауэр, «Эхо Москвы»:

— То, что произошло с Иваном Голуновым, — это прямая угроза, и в том числе моей профессиональной деятельности. Я считаю, что журналисты должны защищать друг друга, и никто другой нас не защитит, только мы сами. Поэтому единственным доступным мне и законным способом я выражаю своё несогласие с тем, что происходит с Иваном Голуновым, и требую немедленно его освободить.

Михаил Грачев, «Фонтанка»:

— Я решил выйти, потому что это настоящий беспредел. Я сам неоднократно читал материалы Ивана, писал по тем же темам, только на уровне Питера. Я думаю, что это может случиться с каждым из журналистов в условиях сегодняшнего дня. Если журналистское сообщество не покажет активности, это будет неправильно. Я хочу поддержать его этим [пикетом].

Наталья Баранова, «Теплица социальных технологий»:

— Я вышла, потому что я журналист и я солидарна с Иваном. Я против его задержания и считаю, что его преследуют исключительно за его журналистскую деятельность, за его расследования, в том числе про мэрию Москвы. Я считаю, чем больше нас сегодня выйдет, чем больше будет внимания, тем больше вероятность, что мы сможем добиться освобождения Ивана. Это главное требование — чтобы его отпустили здесь и сейчас. А потом уже будем разбираться, как проводится следствие, насколько это объективно и независимо.

Василий Романов, «Поребрик.Медиа»:

— Я вообще никогда не выхожу ни на какие пикеты общеполитические, только если дело касается журналистов. В предыдущий раз я стоял, когда мы требовали расследования нападения на Олега Кашина. Всё это достаточно безрадостные поводы. Я убеждён, что сегодняшнее задержание нашего коллеги в Москве — это политически мотивированное задержание. Дело это с вероятность 99 процентов сфабриковано. Даже если оно не сфабрикованное, даже если есть какие-то законные подозрения, это не может делаться так. Не может быть такое жесткое задержание. Тем более, это не может быть так информационно обставлено. Вы видели, какие там были вбросы про какую-то лабораторию. Просто смешно, я учился на химическом факультете, я знаю, как это [лаборатория] может быть устроено в действительности. Честно скажу, фамилию Голунова я особо и не знаю. Я читаю тексты Медузы и никого отдельно не запоминаю. Я не знаю этого человека лично. Я вижу, что он пишет тексты, а потом ему прилетает ответка. Такого быть не может, потому что иначе мы лишимся свободы информации.

Екатерина Аренина, «Команда 29»:

— Мы не верим в виновность Голунова и считаем, что преследования связаны с его работой, что он делает статьи, которые многие боятся писать. Наверное, становится понятно, почему боятся. Мы очень надеемся, что этот позорный инцидент будет в скором времени исчерпан и все придут в себя. Мы считаем, что надо защитить свободу слова. И совершенно очевидно, что никакой журналист-расследователь, живя в России, не будет ходить с наркотиками в кармане и не будет создавать нарколабораторию у себя дома.

Николай Овчинников, «Команда 29»:

— Вполне очевидно, что этот человек пишет очень много статей, которые кого-то раздражают. Были тексты на темы от РПЦ, которая неприкосновенна, до мэрии Москвы, которая у нас тоже неприкосновенна. И тут внезапно обнаруживается, что у него нарколаборатория. А мы все знаем, как работает 228 статья в России. Её используют, чтобы кого-то посадить — неугоден ли он власти, либо власть просто должна выполнить некий план по посадкам. Вот она, наша российская наркополитика, на самом деле. То есть это статья, которая работает исключительно как орудие полиции против граждан. И в данном случае два фактора складываются, и даже если бы мне 100 раз кто-то сказал: «Ну, возможно, Голунов где-то что-то». Я бы всё-таки сказал: «Нет». Здесь настолько всё очевидно, что искать двойное дно, заговор или борьбу башен — мерзко.

Георгий Марков, фриланс-фотограф:

— Сегодня я вышел сюда, потому что на журналистов оказывают давление. Это опять непонятное давление силовиков администраций больших городов, так как им не нравится, когда говорят правду. Когда показываешь силовикам факты, что права и свободы журналистов нарушаются, они говорят: «Нет, мы белые и пушистые. Мы всё делаем нормально, и всё у нас хорошо. Это вы сами провоцируете». Так было девятого сентября, когда меня задержали, и пятого мая. Вчера пришли за мной, завтра придут за кем-то ещё, а сегодня пришли за Иваном Голуновым.

Ксения Морозова, «Собака.ру»:

— Я решила встать, потому что меня весь день трясло от этих ужасных новостей и абсолютно нелепых, прошитых белыми нитками историй про какие-то не те фотографии. Мне кажется, что если сейчас мы не выйдем, то, наверное, завтра заберут, например, меня, и все промолчат. Я не хочу, чтобы, когда забрали меня, все промолчали.

Сегодня, 8 июня, в Никулинском суде Москвы должна быть избрана мера пресечения Ивану Голунову. Около здания суда сейчас собираются люди, желающие поддержать журналиста. Адрес: Мичуринский проспект, 17/1.