Первый день

В тёмной комнате с высокими каменными стенами сидели двое: худощавый сутулый мужчина средних лет с выразительными усами и не менее выразительной железной рукой — Лайт; и женщина, на вид моложе первого всего на несколько лет, пухлая и перепачканная машинным маслом — Грэйси. Она расположилась на полу, ковыряясь почти всем телом в каком-то странном устройстве, ростом почти с неё. Эта штука не была закончена даже на половину, так что сказать точнее о её названии и назначении даже сама Грэйс не решилась бы. Её сердечный друг сидел на столе рядом, болтая ногами и раскачиваясь из стороны в сторону, словно где-то рядом играла музыка. Они мило о чем-то беседовали и то и дело хихикали друг над другом. Время от времени женщина протягивала вверх руку и называла инструмент или запчасть, Лайт кидал ей это, затем они продолжали беседу.

— Шестую шестерёнку.

Мужчина подёргал усами из стороны в сторону, осматривая разложенные рядом с ним механические приблуды. Шестерней тут было гуще всего остального, ещё и разных цветов, форм, размеров... Он и сам в этом неплохо разбирался, знаете ли, вот только понятия не имел что пытается создать его гениальная подруга. Он отсчитал шестую от края стола шестерёнку и кинул Грэйси в руку. Та ловко её поймала и продолжила работать.

— Ты дурак? — Она выглянула из-под стола с насмешливым выражением лица.

— Чтооо?! — Глаза Лайта саркастично округлились.— Да как ты можешь! Я эти шестерёнки на огне вертел, когда ты ещё даже света белого не видела!

— Я просила шестую, а это что?

— Ровно шестая!

— И как же ты определил её номер, ваше гениальное величество?

— По счёту. — Он знал, что это полный бред ещё с самого начала и сейчас едва сдерживал смех, пытаясь состряпать серьезный вид и "непонимающе" хмурить брови. — От края стола.

Грэйс расхохоталась и шутливо пихнула его кулаком в ногу, тот дёрнулся.

— Ой-ой-ой! Полегче. Или ты хочешь меня ещё и без ног оставить?

— И оставлю, если не дашь мне шестерёнку с выгравированной на ней цифрой шесть.

— Да на! — Он кинул ещё одну железяку женщине в руку. — Сама же мне потом новую ногу делать и будешь. — он усмехнулся и его усы слегка поёрзали по щекам.

Грэйси цыкнула в ответ и с улыбкой покачала головой.

Ещё буквально несколько минут они посидели в тишине, прежде чем Лайт вдруг спрыгнул со стола и, несколько потерянно оглянувшись по сторонам, сделал шаг в сторону массивной деревянной двери, ведущей из мастерской в кабинет лайта, которая сейчас была распахнута.

— Сейчас вернусь. — наконец сказал он и круто развернувшись на пятках направился к выходу.

— Опять слинять вздумал? — возмущённо крикнула ему вдогонку Грэйси, на секунду прекратив ковыряться гаечным ключём где-то в глубине механизма.

— Я бы с радостью продолжил составлять тебе компанию хоть до самой моей смерти, но долг зовёт! Ничего не могу поделать! — пробормотал он в ответ, активно копаясь в заваленных хламом ящиках рабочего стола, в явных попытках что-то там найти.

— Какой долг, дурень? До начала рабочего дня ещё часа 3, не меньше. — недовольная физиономия Грэйс показалась в дверном проёме.

— Рогатый. — Лайт многозначительно поднял брови и оттопырил нижнюю губу.

В ответ на это женщина лишь открыла рот в немом и не менее многозначительном "ааа..." и несколько раз кивнула головой, указывая усатому на дверь, как бы поторапливая его. Лайт, наконец собравший в карманы кожаного фартука всё, что искал, криво улыбнулся подружке и выскользнул за дверь.

Снаружи было светло и свежо. Нежный свет утреннего солнца освещал пустующие каменные лестницы, площадку и колонны, тянущиеся к самому потолку. В нескольких метрах от себя Лайт заметил высокую темную фигуру, но стоило их взглядам пересечься, как тот тут же отвернулся и стремительно направился к лестнице. Лайт кинулся за ним почти вприпрыжку и вскоре они поравнялись.

— Ты хоть представляешь себе как неприятно, когда тебе в черепушку чужими мысля́ми лезут! — начал возмущаться Лайт, стоило только ему оказаться достаточно близко к Варуллу, чтобы наверняка быть услышанным. — Ещё и в такую рань. А если б я спал? И так работаю без продыху. А я, чтоб тебе было известно, вообще-то, очень востребованный специалист. Такие как я везде нужны! Везде нужны - нигде нет, так то! А ты меня совсем не ценишь, ругаешь почём зря, а потом спозаранку с заслуженного отдыха выдёргиваешь и ради чего...!

Лайт ненадолго замолчал, чтобы сделать несколько широких шагов, вновь нагоняя Варулла, успевшего за время этой речи обогнать врача на пару метров. Тот запыхался, но всё таки вновь оказался наравне с рогатым и продолжил:

— Кстати и правда: ради чего? Что так сильно омрачило твое утро, чтобы провести его в моей компании и этой уму не постижимой спешке?

— Придем - увидишь. — сухо ответил Он.

Лайт наклонился вперёд и, не сбавляя шагу, заглянул в лицо Варулла. Оно выглядело так же безэмоционально, как и всегда, но в этот раз что-то было не так. К тому же и сама атмосфера казалась Лайту более гнетущей, чем обычно. Он не был уверен в том, какая тому причина и не мог наверняка сказать, что именно в Варулле создавало такое впечатление, но всё равно предпочёл более не донимать его болтовней. Остаток пути по коридорам и лестницам крепости они, невероятными усилиями воли Лайта, проделали в тишине.

Тяжёлая дверь в покои Варулла распахнулась под Его рукой, Лайт шмыгнул следом за ним. Внутри было просторно, почти до дискомфорта. Комната имела форму полукруга, напротив двери красовались витражные окна колоссальных размеров. Они уходили разноцветными узорами в сводчатый потолок. Посередине стоял громоздкий стол, почти пустой. За ним шикарное резное сиденье, что-то среднее между резным стулом и троном. И, собственно, всё: остальное пространство пустовало, из-за чего зала напоминала скорее диковинную клетку, чем покои правителя. Лекарь окинул всё это спешным взглядом, пока ноги сами-собой несли его вслед за Варуллом. Лайт уже бывал тут раньше, но что тогда, что сейчас времени разглядеть эту удивительно пустую роскошь ему не хватило. Варулл, тем временем, подошёл к правой стене залы почти вплотную, толкнул ее часть, рядом с колонной и та послушно отвалилась, словно дверь. Такого Лайт не видел! «Теперь понятно, почему здесь так пусто,» — подумал он, — «всё свое добро хранит в тайничке. Ну оно и понятно, не на глазах же у других, умно-умно...»

За потайной дверью была ещё одна комната. Здешнее убранство было ничем не примечательно: ни витражей, ни громадных окон. По одну стену маленькое окошко, как во всех прочих комнатах крепости, вдоль второй шкаф из темного дерева, умывальник, по другую — кровать. Лайт стоял и вертел головой в разные стороны, пока наконец не остановил взгляд на ней:

— БЛЯАТЬ! — вопреки своим врачебным инстинктам он зажмурился и отскочил в сторону: там, на шерстяном одеяле, лежал... кто-то? Лайт, конечно, не успел рассмотреть ни единой детали, но на первый взгляд казалось, что бедняга попал под десяток повозок разом.

Лайт проморгался, после чего широко распахнул глаза и поднял брови, так высоко, что они почти ушли за линию волос. Вопросов в голове было больше, чем извилин и они всё продолжали множиться, пока лекарь решал, с какого бы начать. Он сделал несколько шагов вперёд и уставился на несчастного. Это был юноша лет 25ти, илт. Лайт точно не видел его лица раньше, а значит, он точно не из "наших". Он лежал на животе, без сознания, спина была исполосована множеством ран разной тяжести. Бо́льшая часть из них приходилась на область меж лопаток и у шеи, там кожа висела шмотками и почти виднелись кости.

— Что... Кто это вообще? Какого черта? — Лайт звучал недовольно. Обеспокоенно, конечно, тоже, но больше недовольно, словно чье-то предсмертное состояние очень не кстати нарушило его утреннюю идиллию. Не смотря на это он быстро выхватил из кармана фартука какую-то склянку, смочил ею тряпку, которой она была обернута и принялся вытирать руку, видимо, обеззараживая для дальнейшего осмотра.

По лицу Варулла сложно было что-то сказать. Он обеспокоен? Расстроен? Может зол? Он стоял немного поодаль, не сделав ни единого шага от двери. На секунду Лайту показалось, что он смотрит на него с надеждой. Ответа ни на один из его вопросов не последовало, но он их и не ждал. Во-первых потому что Варулл никогда на них не отвечал, во-вторых потому что лекарь был занят более важным делом: рассматривал раны своего пациента и прикидывал шансы того на выживание. Сперва было он хотел сказать, что ситуация безнадежна. Там наверняка был задет позвоночник, крови, судя по всему, тоже потеряно немало, да и удар, похоже, был нехилый. Не стоило и пытаться. Но чем дольше Лайт смотрел, тем более странной казалась ситуация. Ткани были сильно повреждены — да, но внутри их словно собрали по кусочкам. Словно все кости, мышцы, чудесным образом сложили в исходное состояние и лекарю оставалось лишь залатать кожу. Но при таком характере ран повреждения должны были бы быть гораздо ГОРАЗДО серьезнее...

— Погоди-ка... — Лайт прищурился и почти уткнулся носом в кусок мяса где-то под лопаткой, — ТЫ ЕГО ЗАЛАТАЛ? — Он снова почти подпрыгнул на месте и уставился на Варулла в небывалом недоумении. — Ты его по кусочкам собрал! Мог бы тогда и без меня обойтись! — Он фыркнул. — Зачем тебе мои примитивные навыки ХИРУРГА? — Он всплеснул рукой и продолжил на выдохе. — Уму непостижимо..!

Варулл молчал. Не раздражённо, не с немой просьбой заткнуться и делать свою работу. Просто молчал. Он выглядел пустым, почти неживым.

— Ладно, зашью я твою спящую красавицу. — Кинул Лайт, словно делая одолжение. На деле он понимал, что медлить с операцией нельзя. Всё таки, не смотря на все недовольства, он - врач и это - его работа. — Только если ты ответишь на мои вопросы..! — Снова вернувшись к возмущённому тону добавил он и метнулся к выходу. — Мне понадобится кое-что. Я, знаешь-ли, не таскаю хирургический чемоданчик с собой круглые сутки. О таком, — он ткнул пальцем на юношу, — нормальные лю...кто-угодно заранее предупреждают!

Варулл остановил его в дверном проёме и вручил небрежный свёрток. Лайт одернул ткань: в ней лежало всё необходимое.

— Потрясающе! Вот это предусмотрительность! — Он суетливо вернулся к постели и начал готовится к врачебным манипуляциям ворча себе под нос, — Ведь гораздо проще просто сказать, а! Ска-за-ть. Ну что за ребячество.

***

— Ну так кто это? — прервал наконец тишину Лайт, достаточно остыв после потрясения. Он уже закончил самую ответственную работу, оставалась лишь чисто механическая часть. Теперь он мог позволить себя разболтаться.

— Не знаю. — коротко и с явной неохотой ответил Варулл.

— ХА-ХА. — театрально воскликнул Лайт покачав головой из стороны в сторону. — Так я тебе и поверил. Ты уже сто лет не занимаешься даже набором руководящего состава, а тут притащил полумертвого задохлика в собственные покои ни свет ни заря и говоришь, что не знаешь кто это - очень правдоподобно!

В ответ молчание.

— Мы же договорились: я - лечу, ты - рассказываешь. Ты же доверяешь мне достаточно чтобы притащить сюда, почему не ответить на банальный вопрос, а?

Молчание.

— Ну ладно, молчи, Господин загадка. Этот парень всё равно придет в себя через пару дней и я сам у него всё узнаю, без твоей афигительной помощи. — Лайт закатил глаза и цыкнул.

— Он скажет тебе тоже самое.

— Что знать не знает кто ты?

— Да.

— Отлично. Значит я должен поверить, что в тебе проснулась добродетель древних богов и ты решил притащить сюда поцаненка которого видишь впервые просто потому что?

Варулл молчал. Лайт повернулся на него уже не в силах сдерживать порывы своего любопытства. На удивление, Он выглядел озадаченным и даже понурым. Лайт знал его лучше кого-либо в крепости и хорошо успел изучить его физиономию. И он мог поклясться на крови, что такой её видел впервые.

— Господь всемогущий... — Пробормотал Лайт тихо. — Так ты правда впервые его видишь? — Уже мягче повторил он вопрос прозвучавший уже, кажется, сотню раз.

— Да.

— И... Почему он в ТАКОМ виде? — На этом моменте Лайту стало действительно интересно. Не из вредности или желания разузнать новую забавную сплетню, нет. Теперь это казалось чем-то личным и нуждающимся в обсуждении, как с другом. Спокойно и размерено. Он сменил тон и старался в равной степени уделять внимание швам не спине парнишки и едва заметным изменениям в лице Варулла.

— Я не уверен. Я нашел его чуть выше по течению от Нова-Виты.

— Иии..? — протянул Лайт вопросительно.

Варулл посмотрел на него вопросительно и слегка раздражённо:

— Ну так что побудило тебя, ну скажем, притащить его сюда? Жалось? Сочувствие?

— Нет, не думаю. Ничего из этого.

Ответ казался окончательным, но лекарь пару раз мотнул рукой, как бы бессловесно требуя продолжения.

— Казалось, что так было нужно.

— Нужно? Кому? Тебе?

Варулл молчал, но в этот раз явно раздумывая над ответом.

— Не уверен. Я разберусь с этим сам. Позже. Мне нужно время.

Лайт удивлённо, с некоторой долей язвительности, вскинул брови и покачал головой. «Ну конечно, кто бы сомневался: ответ без ответа.»

— Потому, когда он придет в себя, не упомянай об этом. — Продолжил Он, с неожиданной просьбой в голосе.

— О чём? — Лайт усмехнулся. Просьба казалась нелепой и лишённой всякого смысла.

— О том, как он попал сюда.

Лайт резко развернулся на 180 градусов. Из его горла вырвался сдавленный смешок.

— ХА-ХА! А что я ему скажу? Что на своем горбе его сюда принес? — Он выставил вперёд железный протез и два раза клацнул блестящими пальцами друг о друга. — Легенда-то не вяжется!

— Придумаешь. У тебя это хорошо получается.

Лекарь раздосадовано махнул на него рукой и отвернулся.

— Вьёшь из меня веревки, как будто я какой-нибудь мальчик на побегушках, а не первоклассный врач! Да любой правитель пол состояния бы за такого отдал и я купался бы в РОС-КО-ШИ. Но! — Он драматично поднял руку с выставленным указательным пальцем, — По доброте душевной, И ТОЛЬКО! Я торчу здесь за сухпайок и каморку в подвале. Ещё и терплю к себе такое отношение, ПОЧТИ БЕЗ ВОЗМУЩЕНИЙ, прошу заметить! Будишь меня почём зря, в голову лезешь, теперь ещё и врать предлагаешь несчастным илтским мальчикам. Что ещё сделать прикажете, сударь? Может сплясать Вам польку?

— Когда придет в себя поможешь ему тут освоиться.

— Я? Почему я? — От такого неожиданно серьезного ответа на его саркастические причитания у Лайта на секунду пропал дар речи.

— Потому что больше некому.

Как бы иронично это ни было, но Лайт и правда был единственным в крепости, кому Варулл мог хоть немного доверять. И кто хоть немного мог понять его самого. Лайт ведь и сам на какую-то долю варулл. С полярным характером, но всё же. За бесконечными шутками и бессмысленными сплетнями скрывался действительно надёжный и мудрый человек. В такие моменты, как этот, Лайт и сам вдруг вспоминал об этом и чувствовал себя польщенным и важным до ужаса. Отвечать на такие высокие комплименты он, увы, не умел, поэтому просто хмыкнул, пожал плечами и проворчал:

— Ладно уж, присмотрю я за твоим загадочным другом. Но, надеюсь, ты запомнишь этот жест доброй воли!

— Запомню.

— А какие-нибудь материальные поощрения мне за это полагаются? Это, вообще-то, переработка, слышал о таком? Мне и вояк твоих лечить и этого гостя-из-далёка выхаживать.

— На время, пока ты здесь, я освобождаю тебя от работы в крепости.

— Чего?

— Тут достаточно врачей, которые могут заменить тебя, пока дело не касается тяжёлых ранений. Твое отсутствие не критично.

— Отлично! Ты и замену мне нашел. Тогда, как твой друг проснется, мы с ним вместе отправимся куда-нибудь в Эмфитас, жить счастливую и беззаботную жизнь.

— Если он захочет, то пожалуйста, я не препятствую.

— Это было грубо знаешь-ли. — Вздохнул Лайт. Он знал, что Варулл не ценит ни шуток, ни иронии, но подобные нарочито серьезные ответы всё равно резали уши.

«Но, выходит, Ему не важно, чтобы парень оставался в крепости, интересно...» — с такими мыслями Лайт закончил протирать наложенные швы обеззараживающим раствором. Операция была окончена, всё выглядело вполне неплохо, оставалось лишь ждать.

***