Первый Предвестник. Часть 13.

С того последнего вечернего разговора прошло уже две недели. Изабелла была занята тем, что изучала поместье и его работников, училась быть хозяйкой именно этого дома, привыкала к обстановке и здешнему распорядку.

Работники же поместья привыкали к Изабелле, стараясь позаботиться о новой супруге их любимого Господина должным образом. Те кто работали у Капитано всю жизнь, были рады скрасить её пребывание тут и подсказать как расположить к себе Капитана. Чтоб и тому было легче уживаться с новой реальностью.

За эти две недели Леди заметила, что Капитан не покидает поместья. По словам слуг до того он всегда был в разъездах, либо жил во дворце Царицы. Теперь работает из дома. Не покидает своего кабинета, библиотеки или спальни, следит чему мажордом и экономка учат новую хозяйку, не пропускает ни одного совместного завтрака с Изабеллой. Но молчит.

Для неё это странность. Учитывая его слова о будущем развитии их отношений – точнее об отсутствии этого развития – и преданность своей работе. И странность ещё в том, что формально он соблюдает какие-то приличия, но остаётся более замкнутым, чем был до брака.

Очередной завтрак. Изабелла ест молча, краем глаза наблюдая ту же картину, что видит уже неделю – молчаливый Капитано с единственной чашкой крепкого чёрного чая. Этот вид уже начинает закрадывать в ней подозрение, настороженность, замешательство.

И вот в этот завтрак она не выдерживает и решает спросить прямо. Но не вопросом в лоб, а, как и привыкла, осторожным замечанием.

– Уже несколько дней вы не отлучаетесь из поместья. И все ваши дела в пределах ваших владений. – заметила она.

Капитано ставит фарфоровую чашку с крепким черным чаем на блюдце. Поправляя ту до скрипа по поверхности. Не ради идеального положения, а от не располагающего к беседе настроения.

За эти две недели от Дотторе дважды приходило письмо с вопросами когда начнётся эксперимент по созданию нового образца клонов – гены чистого каэнрийца и потомка ведьмы. Доктор с энтузиазмом писал в подробностях как ждёт не дождётся взять материал, вырастить эмбрионы и самый удачный поместить в Леди Изабеллу. Капитано от этих писем тошнило, хоть он и понимал необходимость. Просто энтузиазм Дотторе сводил жизнь к механизму, что противоречило морали Капитана.

— Верно. — прочистив горло и мысли, Капитано кивнул. — На этот месяц я принял решение не выезжать из дома. Чтобы облегчить вам знакомство со мной и новым укладом жизни.

— Правда? — Изабелла выгнула бровь, смотря на супруга. Его объяснение звучало как фальш. — Отчего же тогда мы встречаемся только за завтраком, вы молчите, а после вы уходите по своим делам, если этот месяц вы решили посвятить мне?

— Вы…

— До свадьбы вы были более инициативны, — она прервала его и Капитано медленно откинулся на спинку, громко вздыхая. — Мы гуляли, говорили, посещали разные места. Знаете, будто с моим прибытием в ваш дом, вы решили – достаточно.

Последовала долгая пауза, после которой Капитано наконец подал голос.

– Моя ошибка, вы правы. Не знаю как взаимодействовать с вами, когда теперь вы носите титул моей супруги. До того было легче, вы ещё могли покинуть меня, теперь… всё официально. И я чувствую будто запер вас в золотой клетке.

— Капитан…

Голос Изабеллы упал. Она наклонилась к столу и протянула руку к его, решив его подбодрить. Но Капитано сразу же убрал ладонь, как увидел её попытку.

— Мои светские беседы всегда сводятся к паре коротких реплик вот уже …в общем, давненько, — его взгляд казалось поднялся к ней. — Подскажите мне, Изабелла, как провести время вместе двум супругам?

Изабелла замялась, раздумывая. Она сложила руки перед собой на столе, поправила свою чашку на блюдце так же, как до того он. Только у неё это был способ сохранить невозмутимость.

– Вас приглашают на чаепития? Мы могли бы сходить вместе, где бы вы представили меня должным образом.

Капитано вспомнил те места, куда его приглашают. Тех лиц, с которыми он распивает чай из вежливости, пока они разговаривают меж собой – Коломбина, Сандроне, Арлекино, Синьора. Все они – Фатуи. Не та среда, с которой он бы хотел её сблизить.

— Приглашают. Но боюсь, что те люди, с которыми я обычно провожу время, пока не готовы принять вас в свой круг. Предлагаю провести чаепитие только между нами.

— Только мы вдвоём? Не откажусь и, кажется, эта идея даже более приемлема.

— Договорились, Моя Леди. Тогда в полдник.

— В полдник.

***

В назначенный час они встретились в гостиной. Два кресла напротив друг друга рядом с растопленным камином, между – столик. На нём две чашки на блюдцах, пиалушка с кусочками сахара, самовар и поднос с сушками и пастилой.

— Думаю, я должен загладить свою вину и наверстать всё то время, что молчал. Моя Леди, как вам ваш новый дом? — Капитан начал первый, как оба устроились и сделали по несколько глотков чая.

— Холодный.

— Перебои с отоплением это повсеместная проблема в Снежной. Но Первый Предвестник и его жена думаю могут себе позволить чуть больше, чем другие.

Изабелла фыркнула, улыбнулась заметно и искоса посмотрела на Капитано. Дело было не в тепле, совсем в другом.

— Нет, Капитан, поместье протапливается достаточно. Думаю, в крыле, где я живу даже чересчур. Как я поняла виной мажордом. Узнав, что я из Мондштата, он решил, что я законченная мерзлячка. Уж не стала спорить. Василий не возжелал услышать, что Бризвотч находиться у подножия снежного склона.

— Тогда в чём же холод?

— В атмосфере. И вы и ваши люди столь закрытые, что я не уверена, что когда-нибудь смогу с этим смириться.

Капитано молчал. Он не замечал этого. Может привык. И он и те, кто работал с ним и на него, ценили поступки, действия, а не пустое бахвальство. Но вряд-ли Леди привыкла к суровым нравам и тяжёлым взглядам.

— Все в Снежной выглядят сурово, но наши сердца открыты любви.

— И ваше?

Он промолчал. Понял, чем обмолвился и признал, что Изабелла его на том и поймала. Леди не стала развивать эту тему. Она взяла сладости, чашку и дала им паузу, заполняя её тем, что принято делать, когда на чаепитии становится неловко – трапезничать.

— Почему вы так настойчиво хотите сблизиться со мной?

Тишину нарушил Капитано, которому не давали покоя все две недели намёки Изабеллы. Те, что были раньше, и вот сейчас.

— Это просто. Я хочу, чтобы наше совместное дитя росло в хорошей атмосфере. С примером здоровых отношений.

— Отношений?

— Мы партнёры, Капитан. Даже если между нами нет романтических чувств. Между нами есть уважение, взаимное понимание и…

— Но вы хотите большего.

Изабелла отставила чашку, убрала недоеденную сладость на край своего блюдца. Она смотрела на огонь в очаге, размышляя почему. Почему она хочет большего, почему в доме, полном комнат, где почти в каждой горел камин только ради нее, она говорит о холоде.

— Возможно, во мне говорит чувство одиночества. Я бы хотела сблизиться, чтобы не растить ребёнка с ощущением… пустоты. Будто… будто дитя – это лишь лист в контракте.

— Я обещал вам…

— Я знаю, что вы мне обещали, Капитан, — Изабелла резко одернула его, поворачивая взгляд к Предвестнику. — Может,... для меня этого мало.

Капитано ощущал этот взгляд всем телом. Пристальный, направленный или ему под шлем, пытаясь понять, что может быть написано на лице. Или в саму его душу. Взгляд, который взвешивал её собственное решение связать с ним жизнь и чего ей это как оказалось стоит. Он подумал: “И это лишь малая часть того, чем ей придется расплачиваться…” В груди у него неприятно сжало. Зная, чему подвергает бедную Леди, Капитан считал своим долгом дать ей то, чего желает. Только нести бремя долга и знаний было легче, чем ломать себя и испытывать всю ту горечь, которую ему приносит сближение с людьми. Проще б было быть затворником.

— Вы видите, что я не хочу сближаться. — его голос стал глуше и тяжелее от груза на душе.

— Я знаю.

Капитано услышал тоску в её этом простом ответе и поднял взгляд от пола на неё. Её профиль, освещённый огнем был прекрасен. Отрывок воспоминаний, что сохранились обрывками и ощущением. “Если б она переродилась, то точно в неё.” Но то было невозможно. Катастрофа Каэнри`ах стерла ему и родину и надежды, что души родных и близких упокоились с миром.

Красоту Изабеллы сейчас омрачали опущенные уголки губ и напряжение век. Будто силилась не грустить в его присутствии. И это было её, а не чем-то схожим с той, из его далёкого прошлого.

— Вы не перестанете. — его голос стал мягче и теплее. Сам не понял почему.

— Не оставлю попыток быть ближе. — Изабелла посмотрела на него в ответ, сжимая губы ещё сильнее. На лбу появилась эта её упрямая складка. — Не в том понимании, в котором вы могли подумать.

И сразу оправдывалась. Потому что не хотела, чтоб тут же отдалился, услышав что-то не то, поняв по своему. Капитано нравилось это в ней.

— Нет, я ясно понимаю. Речь не в физике тел.

Она будто выдохнула. Плечи её слегка опустились и Изабелла кивнула. Ей было достаточно, что её поняли верно.

— Вы мне нравитесь, Изабелла. Я рад, что вы стали моей женой.

— Неожиданно слышать от вас такое после того, что вы сказали ранее.

Её щёки зарделись. Она отвела взгляд и взяла кусочек оставленной ранее пастилы, прячась за сладостью и чаем. Капитано видел, что это вовсе не от жара камина.

— Факт остаётся фактом.

— И чем же я вам нравлюсь? Я бы хотела знать. — она собралась, вновь. Смело подняла глаза от чашки.

— Вы прямо говорите о своих желаниях и ожиданиях. Но не настаиваете, слыша мой отказ. Вы… — он искал подходящее сравнение, хотя никакое бы, по его мнению, не подошло, — …стучите в закрытую дверь, вам говорят “нет” и вы стоите дальше. Полагая, что когда-нибудь дверь вам отворят, но не зная наверняка.

— Дверь – это тоже ответ.

— Какой же?

— Если дверь не открывают, то на то есть причины.

— Если вам не откроют, как вы узнаете было ли среди этих причин что-то, чтоб вы развернулись и ушли?

— Я дождусь ответа через запертую дверь.

Капитано издал такой звук, что Изабелла даже не сразу поняла, что за такой странный короткий кашель. Потом до неё дошло, что он, кажется, рассмеялся. Это можно было считать скорее не по тому странному звуку, а по тому, как он расслабился, откинувшись в кресле и поднимая свою чашку.

— Вы упрямы.

— Мне растить с вами ребёнка, Мой Супруг. — она подметила, улыбаясь. Ей необходимо было быть упрямой.

— Думаю, упрямство стало вашей главной чертой задолго до встречи со мной.

Изабелла ничего не ответила. Улыбка её стала очевиднее, ведь Капитан был прав. Ещё одной причиной её приподнятого настроения стал этот разговор. Всё-таки не зря ей вздумалось “стоять у закрытой двери и ждать”. И времени на ожидание будет потрачено столько, сколько потребуется.