«Пермь-36» — зона отчуждения

Сегодня мы продолжаем разговор о лагерях, которые были расположены в Пермском крае. Обратимся к одной из самых сложных и тяжелых тем, которая до сих пор вызывает споры в пермском обществе. И эта тема — лагерь для политзаключенных «Пермь-36». 

История этого лагеря началась в 1942 году с ИТК №6. В 1953 году лагерь становится «красной зоной». С этого времени здесь отбывали наказание осуждённые сотрудники правоохранительных органов. А с 1972 года и вплоть до 1988 года в самой строгой секретности здесь содержались так называемые «особо опасные государственные преступники».

«Пермь-36» входила в «Пермский треугольник», кроме неё на территории Прикамья было ещё два лагеря для политзаключенных — «Пермь-35» и «Пермь-37».

Бывший диссидент и заключённый «Перми- 36» Владимир Буковский так вспоминал о своём пребывании здесь:

«Это были места в глубокой глуши, полностью изолированные от внешнего мира».

Действительно, в лагере были беспрецедентные меры охраны. Побег был практически невозможен: вокруг болота, по периметру пять степеней защиты — пять заборов с колючей проволокой, ловушками, контрольной полосой и собаками. Ширина всей системы заборов составляла 22 метра. 

Условия содержания

Территория лагеря была разделена на две части: жилая и рабочая. Внутри лагеря находился штрафной изолятор — ШИЗО. 

Каждый жилой барак был рассчитан на 250 человек. Мылись заключённые раз в десять дней, а раз в месяц было положено стричься наголо. Медсанчасть была рассчитана всего на десять человек. Заключённых со сложными заболеваниями увозили в тюремную больницу, расположенную на территории лагеря «Пермь-35», который находится недалеко от Чусового.

Свидание разрешалось один раз в год, посылка до пяти килограмм — одна в год после половины срока. Некоторые заключённые годами не видел никого, кроме сокамерников и надзирателей. Обыски проводили два-три раза в месяц, но были периоды, что обыскать узника могли несколько раз в день — чтобы поиздеваться. В камере можно было держать пять книг, брошюр и журналов, вместе взятых. 

На территории лагеря был расположен штрафной изолятор или ШИЗО. Попасть сюда можно было за любую провинность, связанную с нарушением порядка или режима. Изолятор был разделён на две части — в одной штрафников держали до 15 суток, а в другой по полгода. Те, кто сидел 15 суток, на работу не выходили.

В камерах ШИЗО всегда была низкая температура, примерно 12-14 градусов, постоянная сырость. Теплую одежду брать с собой в камеру не разрешалось. Нары днём поднимались и ложиться было нельзя. До отбоя разрешалось только ходить по камере или сидеть на бетонной табуретке. В помещениях камерного типа, соседствующих с ШИЗО, в углу был предусмотрен туалет, условия были антисанитарными.

Горячая пища штрафникам давалась через день. Баланда представляла из себя тарелку с водой, в которой плавал капустный лист и несколько зёрен перловой крупы. В другой день давали 450 грамм хлеба и соль. Два раза в день был положен кипяток. За зданием ШИЗО находился прогулочный дворик, куда заключённых выводили на 40 минут в день.

Работали в этом же здании. Был установлен механический пресс, на котором делали клеммы для утюгов «Лысьва». Норматив на рабочий день — 522 штуки.

Кто отбывал наказание в «Пермском треугольнике»?

Пермские историки В.А. Шмыров (директор музея «Пермь-36» в 1994-2014 гг.) и Л.А. Обухов изучили учетные карточки заключённых и воспоминания освободившихся.

Они приводят следующие данные. Первый этап в составе 30 человек прибыл в колонию 1 марта 1980 года. В их числе были 13 человек, осуждённых за военные преступления в годы Великой Отечественной войны (каратели, пособники оккупантов), 13 — по политическим статьям, 2 — по уголовным и 1 — за шпионаж.

В дальнейшем состав заключенных изменился: стали преобладать осужденные по политическим статьям. 50% осуждены по статьям за антисоветскую агитацию и пропаганду, участие в антисоветских организациях, а другие 50% — за измену Родине.

Если рассматривать национальный состав, то всего через «Пермский треугольник» прошли представители более 40 национальностей. Больше всего было украинцев (36,6 %), русских (34,5 %) и литовцев (7,5 %). 

Состав заключенных «Перми-36» был разный. Как мы видим из этих данных, среди них действительно были военные преступники времён Великой Отечественной войны. Этот факт часто приводили сторонники закрытия музея. Но среди узников лагеря было немало тех, кто боролся за права человека с советским режимом. Вот лишь некоторые из них.

Ковалёв Сергей Адамович

Родился 2 марта 1930 года в городе Середина-Буда, Сумской области УССР. Русский. Образование высшее. Кандидат биологических наук, специалист в области нейронных сетей.

Осуждён 12 декабря 1975 года за антисоветскую агитацию и пропаганду. За это получил семь лет и ссылку на три года.

Инкриминировано: участие в Инициативной группе защиты прав человека, многочисленные заявления и обращения, среди них — письмо в защиту П. Григоренко, к годовщине вторжения в Чехословакию, в защиту В. Буковского, обращение в связи с изгнанием Александра Солженицына, письмо в ООН о крымских татарах, участие в пресс-конференции на квартире А. Д. Сахарова в «День политзаключенных» 30 октября 1974 года, на которой он передал за границу материалы о советских лагерях, квалифицированные как «клеветнические сведения», распространение книги Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ».

В годы перестройки вернулся в Москву. Дважды (в 1993 и 1995 годах) — был избран депутатом Государственной Думы РФ. С 1996 г. — член российской делегации на Парламентской Ассамблее Совета Европы. В январе 1994 года был избран первым Уполномоченным по правам человека РФ. Один из авторов Российской Декларации прав человека и гражданина, играл ведущую роль в разработке второй главы ныне действующей Конституции России — «Права и свободы человека и гражданина», а также ряда федеральных законов, затрагивающих проблематику прав человека.

Алтунян Генрих Ованесович

Родился 24 ноября 1933 года в Тбилиси. Армянин. Образование высшее. До 1968 года — майор Советской Армии, инженер-радиотехник, преподаватель Харьковской военной академии связи.

В мае 1969 года стал одним из членов-основателей инициативной группы по защите прав человека в СССР. Второй раз был осуждён 31 марта 1981 года за антисоветскую агитацию и пропаганду. Получил семь лет лишения свободы и пять лет ссылки.

Инкриминировано: осуждение ввода советских войск в Чехословакию и Монголию, распространение книги Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ», стихов Руденко и другого самиздата, «лестные отзывы» об А.Д. Сахарове и П.Г. Григоренко, авторство «клеветнического» текста «Краткая запись двух бесед».

В «Перми-36» был одним из самых активных участников правозащитных акций политзаключённых, большую часть срока провёл в штрафном изоляторе и «помещениях камерного типа».

Воробьёв Олег Иванович

Родился в 1939 году в Перми. Учился на филологическом факультете Пермского государственного университета, на факультете журналистики и филологическом факультетах Московского университета. Был отчислен за участие в «митинге гласности» 25 декабря 1965 года в защиту арестованных писателей Ю. Даниэля и А. Синявского на Пушкинской площади Москвы.

Сблизился с кругом московских диссидентов. Подписывал правозащитные документы, поддержал обращение членов Инициативной группы по защите прав человека в ООН, активно распространял Хронику текущих событий и другой самиздат, развозил их в разные города.

Арестован 24 сентября 1970 года и осуждён 12 февраля 1971 года по статье «Антисоветская агитация и пропаганда» к лишению свободы на шесть лет. По отбытию срока был лишён советского гражданства и выслан из СССР.

Стус Василий Семенович

Родился 8 января 1938 года в селе Рахнивка Гайсинского района Винницкой области. Украинец. Выпускник историко-филологического факультета Сталинского (Донецкого) педагогического института. Поэт.

4 сентября 1965 года в своём публичном выступлении на премьере кинофильма С. Параджанова «Тени забытых предков» в столичном кинотеатре «Украина», в присутствии руководителей партии и правительства Украины предложил почтить диссидентов, арестованных в том году в Украине. В августе 1979 года, Василь Стус вступил в Украинский Хельсинский союз.

Отбывание срока в «Перми-36» связана с третьей судимостью. Осуждён 2 октября 1980 года за антисоветскую агитацию и пропаганду. Получил 10 лет лишения свободы и пять лет ссылки.

Признан особо опасным рецидивистом. Инкриминированы: переписка с правозащитниками и «лицами за рубежом», «антисоветские» высказывания в ссылке по свидетельствам соседей по общежитию — бывших уголовных заключённых и несколько писем, изъятых при обысках. 

Заключение отбывал в отделении особого режима «Перми-36». Несмотря на регулярные изъятия, писал стихи и прозу, переводил по памяти стихи Осипа Мандельштама, Марины Цветаевой, Пастернака, Верлена, Рильке, Гёте и несмотря на запреты, тайно переправлял на волю.

Погиб в лагере «Пермь-36» 4 сентября 1985 года. Посмертно реабилитирован в 1990 году.