Как юристы Газпром нефти внедряют изменения | Интервью с Павлом Тимофеевым

Каким был ваш путь в профессии?

Уже после первого курса университета я начал работать по профессии в некоммерческой организации. Затем были позиции от юрисконсульта до руководителя юрдепартамента в коммерческих компаниях в разных сферах бизнеса.

В 2007 я сменил инхаус на консалтинг и там проработал следующие 10 лет. Я занимался финансовыми сделками и в итоге возглавил соответствующую практику юридической фирмы.

В 2017 я пришел в Газпром нефть в управление, которое занималось сопровождением финансовых и M&A-сделок, а позднее руководил вновь образованной практикой сопровождения корпоративного финансирования.

После трансформации юридической функции группы и создания единого центра правового сопровождения на базе Газпромнефть Экспертные решения я стал бизнес-партнёром блока экономики и финансов. Я не поменял принципиально сферу деятельности, но стал ближе к бизнесу.

Коллеги в Газпромнефть Экспертные решения называют вас «директор по красоте». Почему?

Помимо задач по сопровождению блока экономики и финансов я много работаю с визуальными материалами юридической функции: внедряю принципы юридического дизайна, работаю с новой айдентикой Экспертных решений, маркетинговыми материалами, интерфейсами внутренних ИТ-систем. Коллеги в шутку стали называть меня ответственным за красоту, а потом директором по красоте. Я не против, звучит забавно.

Какие успехи в лигал-дизайне уже есть?

У нас сейчас несколько глобальных задач. Во-первых, меняем внешний вид всех документов, которые создают юристы: договоров, протоколов, справок, заключений, отчётов, презентаций и прочего. Во-вторых, адаптируем под лигал-дизайн инструменты, которыми юристы пользуются при создании документов: настраиваем стили, шаблоны с разными макросами, панели инструментов и т. п.

На старте с идеями нам сильно помог Симплоер. Дальше мы систему развиваем сами. Например, доделали комплект стилей в Word, унифицировали таблицы, списки, целые разделы документов, сделали комплект стандартных шаблонов.

Предмет особой гордости — это настроенная под наши нужды панель инструментов Word. В один клик пользователь получает качественный документ с форматированием, заранее заданной правильной структурой и готовыми полями для заполнения. Если юрист делает справку, то он может собрать документ из готовых блоков с описанием выводов, рисков, рекомендаций. Эти блоки сразу вставляются в текст с правильным форматированием, единой сквозной нумерацией — ничего не нужно настраивать вручную.

Также парой кликов можно добавить в документ грифы «Конфиденциально», «Коммерческая тайна», «Версия для обсуждения», логотипы компании, другие стандартные элементы или комбинации символов.

Коллеги внутри компании очень довольны. Удобно, что код Visual Basic для этого функционала мы редактируем сами и таким образом быстро адаптируем инструмент под меняющиеся задачи.

Как двигается проект по реинжинирингу договоров? Как юристы, бизнес, контрагенты реагируют на новые документы?

Вместе с Симплоером мы с нуля разработали новую архитектуру регулирования для всех договоров компании и сейчас заканчиваем работу над её воплощением в жизнь. Мы переработали и обобщили несколько сотен типовых форм. У нас разработаны: глобальные условия (применяются ко всем договорам), 9 общих условий (применяются к группе договоров) и около 60 видовых условий (применяются к отдельным видам договоров). Мы решили распространить этот подход на все сделки компании (с небольшими исключениями) и поэтому проект занял много времени.

Мы показали проект бизнесу и все уже очень ждут, когда можно будет пользоваться новыми документами. Коллегам понравилось, что вместо стандартного 70-страничного договора они получат договор на 5-7 листах, в котором все ключевые коммерческие условия собраны на первой странице — подписант сразу видит, под чем он подписывается.

Недавно мы презентовали новый подход блоку экономики и финансов. Коллеги сразу оценили плюсы новой структуры и уже готовят предложения по дополнению архитектуры формулировками для решения своих задач.

Конечно, новый подход вызывает множество сомнений, но мы работаем с этим. Нам важно убедить скептиков, что новый подход не создаёт критических рисков и что положительный эффект компенсирует сложности в процессе внедрения. Но постепенно мы преодолеваем сопротивление и внедряем, а где-то и формируем лучшие практики.

Как вы оцениваете эффективность юристов? Как реагируете на последствия невыполненных KPI?

У нас есть система KPI. Сами показатели зависят от роли. Например, у бизнес-партнёров KPI связаны с результатами сопровождаемого бизнеса и общей удовлетворённостью их клиентов.

Для экспертов, которые больше «работают руками» действует аналог SLA. Их KPI основаны на качестве консультаций, своевременности согласования документов и ответа на запросы бизнеса. Большинство показателей мы отслеживаем через информационные системы, поэтому они максимально объективны.

Последствия от невыполненных KPI разные. Что-то влияет на годовой бонус, а что-то является сигналом для руководителя о том, что что-то идёт не так и нужно действовать.

Как Газпромнефть Экспертные решения внедряет изменения? Разделяете ли вы change и run?

Да, мы разделяем change и run. Внутри Экспертных решений есть несколько продуктовых команд, которые занимаются помимо своих текущих задач развитием различных юридических продуктов. Это классический change — именно они инициируют все изменения в процессах. Продуктовые команды занимаются развитием инструментов и подходов к улучшению клиентского опыта. Задача продуктовых команд — изучить пользовательский опыт и сделать всё, чтобы продукт идеально работал для клиента.

В основном продуктовые команды разделены по направлениям услуг — консалтинг, договорная работа, судебная защита, медиация, недвижимость под ключ. Но есть и кросс-продуктовые команды — например, по лигал-дизайну, юридическому менеджменту, которые взаимодействуют со всеми остальными продуктами.

Всего в продуктовых командах задействованы несколько десятков человек, точно не знаю, мы не ведем эту статистику.

Но основная часть юридической команды — это run. Это эксперты — юристы, которые занимаются операционными задачами и проектами наших клиентов и пользуются наработками продуктовых команд.

Представьте, что у вас бесконечные ресурсы и влияние. Какой проект по юридической эффективности вы бы реализовали?

Моя утопическая идея — убедить всех юристов, что для документа, в частности договора, достаточно только положений, которые регламентируют непосредственно бизнес-процесс и сделку — без всякого лишнего юридического словоблудия. На практике, мы юристы часто придумываем несуществующие риски, а потом прилагаем массу усилий для их устранения. Неопытные юристы наивно полагают, что могут предусмотреть в договоре любую ситуацию и сформулировать «хитрые» условия, которые в критической ситуации сработают в их пользу. Им сложно принять идею, что в случае спора суд будет анализировать суть отношений сторон, их фактическое влияние на произошедшее событие и применимое к реальным отношениям правовое регулирование, а не хитровыдуманные условия договора.

Если говорить про проект мечты, то хотелось бы сформулировать некие общие правила игры, отраслевое регулирование сделок по аналогии с Инкотермс, но более широкого применения. Участники рынка могли бы не придумывать для себя какие-то оригинальные правила в части, например, приёмки товара или предъявления претензий, а присоединились бы к общепринятым практикам. Да, сильные игроки не смогли бы так легко навязывать свои условия, но в масштабах отрасли это сэкономило бы массу времени для всех участников. Договоры бы заключались мгновенно, как только менеджеры достигли бы соглашения по коммерческим условиям. В итоге выиграли бы все (кроме, возможно, юристов...).

Чему юрдепартаменты могли бы научиться у бизнеса?

Юристам нужно поучиться у бизнеса прагматичности. Они должны оценивать каждое своё действие с точки зрения бизнес-эффекта для компании. У нас, юристов, много абстрактных и теоретических аргументов, которые не имеют никакого эффекта для фактического бизнес-процесса.

Ещё одно важное умение — брать на себя ответственность и принимать решения. Неготовность отвечать за свои рекомендации — главный грех юристов. В своих заключениях и справках юристы вываливают на своего заказчика свои рефлексии по поводу неоднозначности формулировок, спорного толкования и непредсказуемости правоприменительной практики и предлагают ему самому повариться в этом и принять решение: «Мы вам всё рассказали, что знаем, а дальше сами решайте».

Это серьёзная проблема, менталитет юристов меняется медленнее, чем их инструменты. Они сильно цепляются за своё прошлое, прецеденты и практику, и уже на генетическом уровне стараются избегать любых рисков. Они готовы к инновациям в инструментах, но не готовы к инновациям в голове. С этим нужно работать.

Ваши три любимых книги, фильма и музыкальных исполнителя?

Любимые книги: «Пиши, сокращай» Ильяхова, «Преступление и наказание» Достоевского, «Таинственный остров» Жюля Верна.

Любимые фильмы: «Покровские ворота», «Терминатор 2», «День сурка».

Любимые исполнители: «Агата Кристи», «Би-2», «Анимация».