Партия Х и темный Маск

Спутниковый интернет в Украине свел на нет эффект почти всех средств радио-электронной борьбы россиян. Связь, доступная в любой точке страны, в том числе на поле боя, бесконечно расширила возможности наших военных: от всегда доступных интерактивных онлайн-карт до возможности обновлять программное обеспечение боевых дронов и обогащать их функционал новым софтом. В это же время российские солдаты пользуются устаревшими бумажными картами, а командование выходит в интернет и звонит по украинским сим-картам — позволяя украинской разведке знать буквально всё. 

Starlink Илона Маска — не самая финансово крупная помощь Украине в войне с Россией, но присутствие этой технологии принципиально меняет возможности информирования и координации украинцев не только в боевых действиях, но в сфере управления, гуманитарной помощи: мы стали страной, в которой почти невозможно критически нарушить связь.

Конечно, нет сомнений в том, что Маск примерно понимает проблемы украинцев и колониальные ужасы, которые несет собой РФ: в 1988 году 17-летний Маск эмигрировал из Южной Африки, чтобы избежать призыва и не участвовать в апартеиде – политике расовой сегрегации, доминировавшей в ЮАР вплоть до 1994 года. Большую часть украинских старлинков бизнесмен оплатил из своего кармана: к концу года поддержка Украины обойдется ему в $100 млн. В ответ россияне обвиняли Маска в “пособничестве фашистским силам”, угрожали ему лично и публично разрешали сами себе сбивать спутники его компании. 

Китай (где, между прочим, расположен самый большой завод Tesla) тоже откровенно недоволен присутствием Starlink в Украине. По мнению Партии, частные лица не имеют права вмешиваться в вопросы международной политики. Китай не хочет, чтобы Маск в случае войны Поднебесной против Тайваня поддерживал тайванцев спутниками. Кстати, таким же вмешательством со стороны Илона Маска стал не только украинский кейс, но и активация Starlink в охваченном протестами Иране: спутниковый интернет прямо сейчас помогает свергать правительство Хомейни. На фоне этого Китай беспокоится, чтобы Starlink не начала помогать протестующим внутри самого Китая. Поэтому пока Партия требует у Маска гарантий, что тот не будет активировать Starlink в КНР, — китайские ученые придумывают способы сбивать его спутники в космосе.

Не стоит, однако, воспринимать помощь Украине в морально-этическом ключе: как говорит сам Маск «на войне нет ангелов». Все эти затраты позволили Маску вписаться в самую “горячую” тему 2022 года. Такую рекламу своему новаторскому продукту он не смог бы купить и за миллиарды долларов — теперь весь мир знает Starlink, а преимущества спутникового интернета стали общим местом. Более того, Маск получил эксклюзивное право открыто использовать свои технологии не только в гражданских, но и в военных целях: и теперь военным всего мира его коммерческий продукт рекламируют ВСУ.

Может показаться, что в такой ситуации размышлять в дискурсе выгоды некрасиво и даже цинично, но в бизнесе такие расклады описываются термином «win-win» (выигрыш для всех сторон) и считается идеальной формой сотрудничества.

Важно понимать, что Starlink в Украине имеет для Маска не только коммерческое значение: этот жест ввел его в поле политики. До недавнего времени бизнесмен поддерживал демократов, а со временем стал больше поддерживать республиканцев. Например, с президентом Байденом отношения у него гораздо хуже (Маск унижает Байдена, Байден унижает Tesla), чем были с президентом Трампом (последнего Маск неофициально поддерживает до сих пор). Но теперь он пытается выстроить новую политическую силу, не демократическую и не республиканскую, а третью – назовем ее любимой буквой Маска “X” .

Маск — представитель техноолигархии. Эта сила за последнее десятилетие выросла до таких масштабов, что стала конкурировать с традиционными политическими силами в США и даже с самим американским государством. Техномиллиардеры — не демократы и не консерваторы, скорее, они анархо-капиталисты или либертарианцы: считают федеральное правительство неэффективным и устаревшим, чиновников медленными и глупыми, а само государство – просто самой большой корпорацией с монополией на насилие и плохими навыками управления ресурсами.

Вызвавшие бурю возмущения твиты Маска об Украине (первый и второй) тоже можно считать его попыткой показать свою позицию как международного политика. Он сначала предложил отдать России Крым и провести на оккупированных частях Луганской и Донецкой республик референдумы под наблюдением ООН, чтобы узнать, чего на самом деле хотят их жители. Когда это предложение не поддержали его читатели, он переформулировал и предложил провести референдумы и в Крыму тоже — что уже вызвало одобрение больше половины его аудитории.

С точки зрения украино-российских отношений, такая позиция читается как исключительно про-российская. А в американском дискурсе она в первую очередь отстаивает интересы транснациональных корпораций: им всё равно, чем закончится война в Украине — главное, чтобы она закончилась как можно скорее. Главный интерес техномиллиардеров в том, чтобы активная фаза войны прекратилась, рынки стабилизировались и можно было делать инвестиции в более безопасной среде. Тем более что теперь Украина для технобизнеса стала крайне привлекательным рынком — но не все готовы рисковать заходить сюда в период регулярных террористических атак агрессора.

Твіти Маска про Україну (перший і другий) теж можна вважати спробою показати свою позицію як міжнародного політика. Спочатку він запропонував віддати Росії Крим та провести на окупованих частинах Луганської та Донецької республік референдуми під наглядом ООН, щоб дізнатися, чого насправді хочуть їхні мешканці. Коли цю пропозицію не підтримали його читачі, він переформулював і запропонував провести референдуми і в Криму теж — що вже схвалило більше половини його аудиторії.

З погляду українсько-російських відносин така позиція читається як виключно проросійська. А в американському дискурсі вона насамперед відстоює інтереси транснаціональних корпорацій: їм все одно, чим закінчиться війна в Україні — головне, щоб вона закінчилася якнайшвидше. Головний інтерес техномільярдерів у тому, щоб активна фаза війни припинилася, ринки стабілізувалися і можна було робити інвестиції у безпечнішому середовищі. Тим більше, що тепер Україна для технобізнесу стала вкрай привабливим ринком — але не всі готові ризикувати заходити сюди під час регулярних терористичних атак агресора (про можливе майбутнє технобізнесу в Україні Заборона писали тут).

Это не первый раз, когда техноолигарх пробует отправиться в большую политику – до Илона Маска этот путь из Кремниевой долины в Город на холме (Вашингтон) уже пытался проделать Марк Цукерберг. Именно с его компанией Facebook связаны одиозные Brexit (выход Британии из ЕС) и победу Дональда Трампа на выборах в 2016 году. 

Но Цукерберг недооценил сложность и ответственность своих политических решений. Мрачные страницы его политической карьеры, кажется, напугали многих в американском правительстве. Я говорю о роли Facebook в геноциде рохинджа в Мьянме. Цукерберг тогда отказался полноценно модерировать Facebook в Мьянме, из-за чего сеть наводнили призывы к убийствам и организации массовых погромов – и в результат погибли сотни людей и мигрировал десятки тысяч. 

Главная выгода Илона Маска от возмутивших нас высказываний по Украине — чисто политическая: его «Партия Х» стремится отмежевать себя от двух классических американских партий и отчетливо выделиться для американского избирателей в «нечто совершенно иное». Призыв поскорее закончить войну на выгодных России условиях совпадает с позицией вступившего в предвыборную гонку 2024 Дональда Трампа и некоторых республиканцев. А реальная помощь украинской стороне в войне — с позицией демократического Офиса президента. В предвыборной гонке такая «центристская» стратегия позволяет собрать вокруг себя больше «сомневающихся» и обойти более радикальных представителей обеих партий.

Поскольку ближайшие два года Илон Маск будет продолжать свой путь в политику и пытаться держаться между «красными» и «синими», не удивлюсь, если он продолжит помогать демократиям и революциям и при этом писать в Твиттере о субверсивных идеях, конкурирующих по возмутительности с трамповскими. И нам — обществу, которое теперь участвует в большой международной политике — стоит относиться к этому исключительно по-деловому.

Кроме того, важно осознать, что Илон Маск — новый тип политической персоны, к которому следует присмотреться и привыкнуть. Типичный публичный политик делает карьеру на коммуникации и симпатии людей, очаровывающей электорат риторике и обнадеживающих обещаниях (которые он не обязательно собирается исполнять). Техномиллиардер Маск — инженер-гик и сделал карьеру совсем на других принципах (хотя с обещаниями у него всё тоже неплохо, надо признать). 

Маск – признанный мем-гуру и публичный тролль. Но с хитрой и запутанной коммуникацией у него всё же не очень хорошо. Он на полном серьёзе жалуется, что его дочь-подростка отвратили от него коммунисты. От его шутки «буду продавать акции по 420$» стоимость акций его компании нехило упала, а правительство обвинило его в мошенничестве и спекуляциях (и, скорее всего, было право). А после того, как Маск покурил каннабис на подкасте у Джо Рогана, правительство обязало его и весь коллектив SpaceX на протяжении года сдавать рандомные тесты на разные наркотики.

А о своём Твиттере Илон Маск, который подвергался абьюзу со стороны отца и травле в школе, говорит так: «Я люблю валять дурака в твиттере, «стрелять себе в ногу» и доставлять самому себе всякие неприятности. Это мне кажется смутно терапевтичным».

Мы слишком привыкли к тому, что политики говорят то, что нам нравится и что мы хотим слышать, — но делают потом всё по-своему. Может быть, лучше учиться привыкать к людям, которые делают то, что нам помогает, и говорят то, что действительно думают.