Part 6

Звук журчащей воды стих спустя пару минут и дверь со скрипом отворилась, впуская в комнату дрожащую, по видимому от холода, Гермиону. 

Она была закутана в белое, слегка промокшее от ее тела, полотенце. Теперь уже кудрявые волосы свисали вниз по лопаткам. Мелкие капли воды стекали с них, падая на пол.

— Так тебе идет куда больше, — оторвавшись от чтения журнала, любезно оставленного владельцами на прикроватной тумбочке, Драко окинул ее взглядом. Именно такой он помнил ее когда-то. Правда, явно не с дрожащим подбородком.

— Т-там н-нет горячей воды, — она прошлепала такими же мокрыми ногами по голому полу, садясь на кровать и укутываясь одеялом.

— Грейнджер, мне кажется, иногда ты забываешь, что ты ведьма.

— Как раз-таки, нет, Малфой. Произошла забавная ситуация. Как оказалось, наши палочки работают только в случае контакта с магией.

— Что ты имеешь ввиду? — закрыв журнал, он поднялся с кровати.

— А то, что мы не можем пользоваться палочками, когда нам вздумается. То есть, они работают только в бою с магическими существами или в контакте с ними.

— Но не работают с людьми и в обычных случаях, — молчание Гермионы ответило само за себя. Это в корни меняло дело. Их пребывание в мире маглов становилось чуть ли не в десять раз сложнее.

— Нам стоит быть аккуратнее, — Драко лишь кивнул в ответ, обдумывая слова Грейнджер. Он медленно ходил по комнате, пока в конечном итоге, не подошел к двери в ванную, останавливаясь на миг.

— Знаешь, есть в этом и плюс.

— Какой же?

— Теперь ты не сможешь выпрямлять свои волосы.

— Малфой, для этого изобрели утюжки.

— Мы оба знаем, что тебе будет слишком лень выпрямлять их утюжком.

Дверь захлопнулась, а Грейнджер осталась на едине со своими мыслями. Одно она знала точно. Он слишком хорошо ее знает.

<...>

Время тянулось медленно. Тусклый свет лампочки, стоявшей на прикроватной тумбочке, освещал лишь одну сторону кровати, позволяя лунному свету, мягко ложиться на другую.

Малфой и Грейнджер лежали на полу по обе стороны от кровати. Гермиона, натянув очки, читала газету, что прихватила из машины. Черты ее лица обрамлял теплый свет, а легкая россыпь веснушек наконец виднелась при отсутствии макияжа. Глаза ее быстро бегали по строчкам, изучая и запоминая информацию, казалось бы даже ту, что не имела никакого смысла. На губах ее время от времени появлялась легкая улыбка, но затем быстро исчезала, сменяя эмоцию за эмоцией.

Драко сам не заметил, как увлекся ей. Это чувство, было похоже на то, что он испытывал в Хогвартсе. Быстрое, казавшееся мимолетным, но цеплявшее его. Не отпускающее. Это напоминало ему далекие и до безумия скучные уроки истории магии, объединенные с гриффиндором. Когда сквозь головы одноклассников, он находил ту самую кудрявую макушку, вечно опущенную в тетрадь.

— Грейнджер, — тихо позвал он, сам не зная зачем.

— М-м-м? 

Медленно набрав воздух в легкие, он отвернул голову, задумчиво смотря в потолок.

— А твоя мама до сих пор так же вкусно готовит тот черничный пирог?

В ответ он услышал хмыканье и шуршание бумаги.

— Не морочь мне голову, Малфой.

— Что? — повернувшись набок, он вновь устремил взгляд на нее.

— Я знаю, что моя мама, даже после нашего расставания, присылает тебе тот самый черничный пирог, каждый раз, когда его готовит. 

— Правда? — заговорщицкая улыбка оставила мягкий след на его лице.

— А ты думаешь через кого она их пересылает? 

— А папа? До сих пор играет в гольф?

— Я знаю, что ты приезжаешь к нему и вы играете вместе, — глаза ее уже не двигались, она лишь делала вид, что читает.

— Ничего от тебя не утаишь.

— Просто... Я не понимаю зачем ты это делаешь.

— Наверное, ты думаешь, что я коварный змей, желающий проникнуть в твою жизнь и отобрать твою семью? — она лишь промолчала, подтверждая его теорию, — Что-ж, ты не права. Я просто люблю твоих родителей, Грейнджер, — печаль в его голосе была еле скрываемой. — Они напоминают мне моих. Только много-много лет назад.

Отложив газету, Гермиона легла в ту же позу, что и он.

— А Гарри и Рона ты тоже любишь? — сквозь зевок, проговорила она, заставляя Драко засмеяться. Грейнджер никогда не умела намекать. И он прекрасно знал, что она знает об их встречах.

— Ну не перегибай палку. С Поттером, как бы то странно не звучало, мы — напарники. Двое детективов, двое агентов под прикрытием, у нас часто бывают совместные задания.

— А Рон? 

— Уизли? — лицо хотело перекоситься от отвращения, но Малфой сдержался. — Он очень мне помог.

— Как же? — глаза ее были уже закрыты, но любопытство пыталось бороться со сном.

— Слишком много вопросов. Когда-нибудь ты все поймёшь, Гермиона. Когда-нибудь.

— Малфой, — тихо позвала она, а он лишь молча ждал продолжения.

— Как там Нарцисса? — она замялась, не зная, стоит ли продолжать. — Она прочитала книги, которые я ей отправила?

Молчание опустилось на комнату, словно занавес.

— Спи, Грейнджер. Спокойной ночи.

Но она и так уже спала, приотрыв рот. До него доносилось лишь ее тихое сопение. Поднявшись, он подошёл к Гермионе, легко поднимая ее на руки и опуская на кровать. Сам он опустился рядом, долго всматриваясь в ее умиротворенное лицо, перед тем, как ответить.

— Прочла. Она прочла все твои книги, Грейнджер.

Заправив за ухо ее выбившийся локон, Драко вышел на улицу, прихватив с собой пальто.

Фонари уже давно погасли, уступив власть луне, что тускло освещала маленький двор.

Достав из кармана пальто портсигар, он выудил одну из дешёвых магловских сигарет, поджигая ее.

Кончик загорелся красным, медленно превращаясь в пепел. А густой дым потянулся вверх следом за мыслями Драко.