Париж, вопрос №1

Q: вы помните о своих доримских временах? Какими они были?

Париж удивлённо посмотрел на вас и поставил кружку на блюдце.

—Неожиданный вопрос. Обычно спрашивают о римском времени и как мне тогда жилось. Но вспоминать раннее детство ещё приятнее!— столица улыбнулся.— О, это было прекрасно! Бескрайние поля, реки и озера, леса и болота – все в моем распоряжении. Никаких запретов и ограничений. Правда,— француз задумчиво подпёр щеку рукой,смотря на конец Эйфелевой башни,— тогда это ещё не был я. Точнее, не осознавал себя как что-то цельное, а более... многогранное что ли. Часть природы, везде и нигде. Понимаете? Но обо всем по порядку. Звался я тогда Лютеция.

•••

Мы бежали по мшистым кочками, шлепая по лужам босыми ногами. Недавно прошел дождь, и лес пах невероятно: ароматы цветов и трав,смешивались со свежестью. Капли блестели на солнце, словно маленькие жемчужины. Ветви деревьев переплетались над головой,создавая защитные своды. Мы все пытались до них дотянутся,но не получалось. Кустарники пригибались к земле под тяжестью ягод и плодов,которые весели на них как височные подвески.

Высокая трава щекотала голые ноги, ветки цеплялись за шерстяную тунику, листья запутывались в длинных черных волосах.

Мы остановились перед гигантским дубом. Его могучие корни выглядывали из-под земли,а ветви устремлены в небо. Дуб был похож на сильного гиганта,который улыбается тебе и протягивает свои руки. Будто зазывает:«сядь ко мне. Поговори со мной». Друиды говорят,что это мировое древо*. Без него все погибнет и небо рухнет на землю.

*Мировое древо — распространенный архетип в разных мифологиях,вселенское древо, объединяющее все сферы мироздания. Как правило, ветви дерева соотносятся с небом, ствол — с земным миром, корни — с преисподней.

—А вот и он.– вождь племени аккуратно поднял нас,прерывая мысли о величии древа, и усадил на свои плечи.– Лютеция уже так вырос.

—Твой сын, Таранис?— поинтересовался один из друидов с длинной седой бородой и в балахоне. Он подготавливал необходимые вещи для обряда. Мы знали,что это очень важно: боги могут разгневаться,если вовремя не почтить их дарами.

—Нет,но люблю как сына. Своих не имею,так заботиться о Лютеции буду. Нашли этого парнишку на острове,где поселение разбили. В яме. Спал малютка, вот и решил взять себе. Только странный он.—Таранис потрепал нас по голове.

—Это почему?

—Себя во множественном числе зовёт. Простых вещей не знает,которые понимают все в его возрасте. Как будто с неба свалился. Даже не может сказать, где семья и свое имя,какое племя. Назвали сами. В честь поселения.

—Чувствую я, боги послали нам этого малыша.– друид погладил свою бороду и посмотрел на нас. Мы улыбнулись. Нравится. Всё племя нравится. Семья. Люблю.

Вдруг что-то зашуршало в кустах. Мы повернулись к источнику звука и похлопали по голове Тараниса.

—Там. Кто-то.

Вождь повернулся к зарослям кустарника и увидел молодого белого оленя,который смотрел черными бусинками на нас.

—Лютеция, не двигайся.– приказал Таранис.

Мы же не привыкли сидеть на месте. Не боимся. Животное часть этого мира,а,значит, наш друг.

Спрыгнув с плеч воина и, подкравшись к животному, остановились напротив. Протянули руку.

Олень склонил свою голову и дал нам себя погладить. Мягкая шерсть скользила сквозь пальцы. Мы поклонились,чтобы выразить благодарность за минуту нежности и единения с природой. Животное кивнуло и убежало.

На плечо неожиданно опустилась рука. Сжала его.

—Лютеция, Кернунн* только что благословил тебя.

*Кернунн (он же - Рогатый бог) — божество в кельтской мифологии, олицетворяющее дикую природу, лесное царство, изобилие. В культе ему посвящался белый олень.

Обернувшись, мы увидели друида,который серьезно смотрел на нас. Он продолжил:

—Это великий дар от покровителя животных и природы. Честь принести ему дары будет поручена тебе.

Мы широко улыбнулись.

***

Ночь. Только крики одиноких птиц и шум ветра. Могучий дуб во тьме выглядит более величественно и страшно. Теперь он походил на дряхлого старика,который цеплялся за свою жизнь сморщенными руками, с проступающими синими венами.

Перед жертвоприношением на нашем лице нарисовали специальные руны и узоры,чтобы Рогатый бог точно услышал воззвания.

Мы были полностью обнажены и ступали по холодной земле. Всё племя собралось вокруг дуба,чтобы увидеть как «сын вождя» выказывает уважение богу. Тишина. Она была магической, завораживающей. Даже звери притаились и ждут. Словно сам Кернунн смотрит на нас сейчас.

Члены племени тихо запели. Поднялся гул. Ветер разнёс его над лесом. Природа оживилась. Листья двигались в такт мелодии, звери вылазили из норок и шуршали. А мы... Мы шли.

Было холодно. Длинные черные волосы падали на спину. От них исходило тепло,но недостаточное,чтобы согреть тело. Венок из трав давил на голову. Но мы шли. Через дрожь от холода, через страх перед будущим.

Мы встали на колени перед древом и прижали лоб к земле. Время остановилось.

Все затихло снова: и песня, и ветер, и листья, и животные. Остался только дуб. Ветки неожиданно полоснули по спине,заставив вздрогнуть.

Племя ахнуло. Это прикосновение не было злым или болезненным. А...почти отеческим. Мы положили зерно, хлеб в форме рогов и мясо быка к стволу. Отошли.

Снова тишина. Теперь же гнетущая и пугающая. Из глубины леса выбежал олень. Он кивнул и снова вернулся во тьму.

Племя взорвалось радостными криками и возгласами. Люди подняли нас и начали подкидывать к небу,скандируя:

—Лютеция! Лютеция! Лютеция! Посланник Рогатого бога!

Это был самый счастливый момент в нашей жизни.

***

—Вот так,милый. Смотри сюда. Молодец.

Таранис учил стрелять из лука. Все в племени это умели. Мы,как сын вождя, должны тоже знать,как натягивать тетиву.

Стрела полетела в дерево и вонзилась в крону чуть выше мишени. Обидно. Мы кинули лук в траву.

—Ничего не получается! Не наше это...

Вождь подошел и поцеловал в макушку.

—Ни у кого с первого раза не получается. Ты думаешь, я сразу родился сильным и смелым? Все приходит с опытом.

Мы выдохнули и попробовали ещё раз. Мимо. Разломали лук на две части.

—Лютеция! Что же ты так.—Таранис обнял нас за плечи.— Давай я помогу тебе.

Отец взял новое оружие и подошёл вплотную. Положил свои руки на наши. Прицелился...Бум! Точно в мишень.

Мы кинулись на шею Таранису и обнял его.

—Вот видишь,малыш. Ты молодец.

***

Охота в чужом лесу. Все думали, что это обычная вылазка,но,как оказалось, рядом бродила целая стая волков. Они сжимали кольцо вокруг воинов. Безвыходная ситуация.

Вождь прикрыл собой нас. Он всегда думает наперед.

Один из волков кинулся на Тараниса. Мы,не раздумывая, схватили горящий факел и откинули животное. Остальные опасливо прижали хвосты. Мозг лихорадочно работал, и мы решили поджечь траву вокруг.

Животные испуганно задергали носами,вдыхая дым. Огонь создал защитное кольцо и отгонял волков. Они развернулись и побежали прочь.

Воины потрясённо уставились на нас. Тишина. Кто-то крикнул:«Ура,Лютеции! Нашему талисману!»

Все начали обнимать и благодарить за смекалку. Мы посмотрели на отца и улыбнулись. Самое главное, что он жив.

***

–Сын,можно тебя? Есть дело.

Таранис стоял у водопада, выпадающего в огромное озеро посреди леса. Это было излюбленное место для купания детей племени, и мы тоже любили там отдыхать. Особенно нравилось наблюдать, как падающие капли создают маленькую радугу. Здесь тихо и уютно.

Но вождь прервал игры с другими мальчишками племени. Мы встали. Капли стекали по телу и падали на траву.

—Идем,отец.

Вокруг дуба собрались старейшины. Они что-то обсуждали,но, заметив Тараниса, замолчали.

Мы поклонились. Умнейшие люди племени кивнули. Один из них сказал:

—Вы наконец-то пришли. Таранис, ты рассказал Лютеции, почему мы здесь собрались сегодня?

—Нет, старейшина. Не успел. Хотел,чтобы вы сами ему поведали.

Мы недоуменно переводили взгляд то на одного мужчину, то на другого. Что-то в груди защемило. В ушах зазвенело, будто наяву, услышали топот сотни ног по земле, несущих смерть.

—Лютеция, ты будешь вместе с вождём при отряде воинов.– прервал видение старейшина.— Благословение богов как никогда важно для нас.

—Что случилось?— с тяжёлым сердцем спросили мы. Плохое причуствие заставляло сердце изнывать в тоске. Казалось,вокруг не любимое племя,а живые трупы.

—Те,кто называют себя римлянами, пришли на нашу землю.— взял слово другой старейшина.— Верцинге́ториг*, вождь племени арвернов, взывает,прося помощи. И паризии* протянут собрату руку.

*Верцингеториг — вождь кельтского племени арвернов в центральной Галлии, возглавил восстание объединённых галльских племён против Цезаря. Племя Парижа – паризии воевало на его стороне. Паризии основали Лютецию и долгое время жили там, от этого и произошло название Париж — город паразиев.

Наши ноги задрожали и мы упали на колени. Трава вокруг дуба казалась залита кровью,а дерево полностью сожжённым. Мы вздрогнули. Нет,все спокойно. Неужели это было видение?

—Лютеция!— Таранис подбежал к нам и взял на руки. Тепло отца успокоило. Мы прижались к его сильной груди и вдохнули запах трав.— Я не отправлю ребенка на войну! Он может погибнуть!

—Забываешься.— старейшина нахмурился.— Ты вождь. Последнее слово за нами. Боги дали добро. Ты сам видел их знаки.

—Мой мальчик.— Таранис обнял крепче. Пару капель упало на лицо. Мы поняли голову и удивлённо моргнули.

Отец плакал.

***

Сердце громко ухало в груди.

Бежать, бежать, бежать. Бежать, пока нет римлян.

Не можем дышать. Ногами все сложнее и сложнее передвигать...

Бежать, бежать, бежать. Бежать, пока нет римлян.

Глаза слезятся, запах гари захватил чистый воздух леса. Босые ноги шлепают по земле. Рыдание сдавило горло. Перед глазами вставали трупы соплеменников.

Бежать, бежать, бежать. Бежать, пока нет римлян.

Мы оказались на поляне великого дуба. Дуба... Так вот откуда запах гари.

Дерево полностью сгорело. Даже сейчас ненасытный огонь пожирал старого друга. Черная кора,словно плоть трупа, покрывала символ богов,которые теперь оставили племя. Вокруг лежали бездыханные тела друидов.

Мы опустились на обгоревшую траву. Пару веток упали рядом. Слезы покатились по лицу. Из горла вырвался нечеловеческий вопль.

***

—Лютеция!— Таранис крепко обнял нас и прижал к себе. Поцеловал в лоб, успокаивающе погладил волосы.— Я думал,что потерялся тебя,мой мальчик. Или хуже!

—Римлянам не достанется Лютеция!— крикнул кто-то.—Сжечь!

—Сжечь! Сжечь! Сжечь!— послышалось со всех сторон.

Зажгли огонь, и поселение в миг вспыхнуло.

Мы почувствовали жгучую боль. Тело задрожало и начало содрогаться в спазмах. Так продолжалось недолго. Боль ненадолго отступила.

Осмотрелись вокруг мутными глазами. Племя было уже далеко. А огонь все ближе. Почему так больно? Пламя нас ещё не тронуло. Больно,больно,больно!

Крик. Закричали что есть мочи от одиночества,от безысходности, от страха.

Смерть. Мы закрыли глаза...

Но вдруг почувствовали тепло рядом.

—Я тебя не брошу,Лютеция.— зашептал над ухом знакомый и родной голос.—Если богам угодно забрать нас,то пусть сделают это. Всяко лучше,чем от римских мечей.

Таранис. Теперь не страшно и умирать.

Его тело медленно поглащал огонь, кожа трескалась, сползала. Вождь незаметно тлел вслед за нами.

***

—Эй,варвар! Варвар,ты живой?

Что-то упёрлось в бок. Нас перевернули.

—Дышит,значит, живой.

—Да чё это живой,если не отвечает?

Мы открыли глаза. Все тело болело и горело. Невозможно пошевелиться.

На фоне синего неба над нами склонились два лица....римляне.

—Живой! Давай его к Цезарю.

•••

Париж как-то нервно рассмеялся. Его голубые глаза приобрели красноватый оттенок. Улыбка так и не сошла с лица. Почему же столица так беззаботно рассказывает о столь ужасных вещах?

—А что было дальше: отдельная история. Это в другой раз как-нибудь. И о римском времени тоже.— щеки француза, незаметно для него самого, покраснели.—На самом деле, Рим не такой кровожадный, как о нем говорят. Очень даже милый... Иногда.

Столица хихикнул. Он отпил кофе и,оставив гадать,что же стало причиной такой реакции.

От рассказа осталось неприятное послевкусие.