Пари на девственника

Фанфик по Шэдоухантам

Всё должно было быть идеально сегодня, в день моего Nцатилетия — свой возраст, как и настоящее имя маги никогда не раскрывают — а пошло, конечно, кривовато. Не важно, сколько живёшь на земле и какими силами обладаешь, до конца всё распланировать и проконтролировать не получается. Поэтому я наливаю себе коктейль, надеваю снисходительную улыбку и позволяю событиям развиваться. Но в этот вечер получился перебор даже для пьянки.

И когда я говорю "перебор", я не имею в виду тот факт, что было слишком много алкоголя или что я снял ресторан у примитивных и пригласил музыкантов из них же или даже что я был слишком вычурно одет. Алкоголя у меня много всегда, при этом все знают, что за основу заклинания умножения я беру лучшие крепкие напитки и вина. Маги обычно творят "из ничего", потому и качество таких вещей слишком эфемерно и ненадёжно. Мои вечеринки беспрецедентно роскошны, щедры и натуральны. Примитивным я сказал, что собрался клуб иллюзионистов, чтобы ничему не удивлялись. Девушка, которая пела в этот вечер, обладала великолепным бархатистым тембром голоса и исполняла джаз как ангел, ну или как демон. А я умею ценить естественные таланты, особенно у смертных. Что же касается моего наряда, у меня безукоризненный вкус, хотя многие мои друзья не согласятся. Но тонкое чутьё и исключительный стиль — удел редких знатоков, поэтому на друзей я не обижаюсь. Возможно, мою любовь к лёгким тканям, украшениям и ярким принтам привила мне моя родина — Джакарта. Зато я прекрасно адаптируюсь к веку и умею сочетать то, что мне нравится, с тем, что модно и современно сегодня. Чего не скажешь о большинстве бессмертных, застрявших в засаленных вонючих сюртуках и занудствующих о своих аристократических взглядах.

Потолки ресторана Офелия Лаунж на крыше Бикман Тауэр были украшены инсталляцией "Снежный Шар" из тонких блестящих нитей, на которых висели искусственные снежинки. Я слегка зачаровал её, и теперь мягкие белые хлопья падали вниз и растворялись в воздухе над головами сидящих. Пение лилось густой карамелью, создавая расслабленную безмятежную атмосферу в тон моему обычному расположению духа. Традиционная для юбилеев "My way" Синатры как нельзя лучше подходила под этот вечер. Рагнар Фелл как раз поднял бокал и произносил тост в честь самого коварного, беспринципного и бессердечного мага в истории, то есть меня, конечно. Я проследил, чтобы шампанское наполнило бокалы гостей до краёв и тоже пригубил шипящей и покалывающей язык жидкости. Пара глотков позволили мне испытать приятное головокружение, и в этот момент с улыбкой блаженства на губах я заметил симпатичного парня с открытым взглядом опалово-зелёных глаз. С наивным восторгом он наблюдал магические трюки, и его губы расплылись в широкой улыбке, обнажив ряд крупных белых зубов. Откуда на моём празднике жизни этот соблазнительный незнакомец, для меня оставалось загадкой. Трудно было что-то сказать по внешности, хотя я отметил развитые плечи и крепкое телосложение, не лишённое статности и изящества. Кто же ты такой, красивый нью-йоркский мальчик? И как легко будет заставить тебя греть мою постель сегодня ночью? Что-то мне подсказывало, что эта встреча не случайна, а предчувствия меня редко обманывали.

Сложно было удержаться от хвастовства, когда такие глаза смотрят на кого-то другого. Я вышел в центр зала, так что роль сцены за моей спиной играла барная стойка и три витражных окна в стиле ар-деко. Мои гости сидели на мягких диванах благородного синего и щербетно-вишнёвого цветов. На маленьких столиках-сотах перед ними стояли закуски и бокалы.

— Маги и волшебницы Нью-Йорка! В честь своего юбилейного дня рождения я бы хотел преподнести вам подарки от именинника! — объявил я, щёлкнул пальцами в воздухе, и перед каждым гостем появилась коробочка с бантом.

Довольные маги принялись разворачивать дары, которые я перенёс сюда из квартиры, хотя прекрасно знали, что найдут один из собственных подарков кому-то на предыдущие торжества, которые продолжали циркулировать от одного мага к другому. Воспользовавшись моментом, я двинулся навстречу симпотяге за столиком с краю. Ему у меня не было заготовлено подарка, поэтому когда парень встал мне навстречу, я крутанул запястьем и наколдовал ему веточку эустомы, белой, как его девственное сердце, и эротичной, как его приоткрытый рот. Наши взгляды встретились. Он с готовностью потянулся ко мне руками, что не могло не обрадовать, ведь я собирался покинуть ресторан с ним под руку.

— Магнус Бейн? — уточнил юноша, и на моих запястьях сомкнулся холодный метал. — С днём рождения! Потрясающая вечеринка! Не хотелось бы прерывать веселье, но вам придётся уйти со мной.

Не веря глазам, я смотрел на наручники на украшенных браслетами из чёрного турмалина запястьях. Что ж, мы действительно покинули ресторан и моих шокированных гостей вместе и под руку, но я себе это представлял совершенно иначе!

Здание Института было прекрасно знакомо мне снаружи. Великолепный образец неоготики, скрытый от примитивных чарами невидимости, он напоминал мне строгую одухотворенность Святой Анны*, куда я частенько захаживал послушать оперу. Кстати, поразительно, насколько изобретательны примитивные! Режиссёры без всякой магии из обыкновенного концерта умудряются создать шедевр иллюзионизма!

Однако сегодня я впервые оказался в стенах Института, где обитали нефилимы*. Цветные витражи с изображениями святых здесь напоминали скорее Дымную Мэри*. Высокие сводчатые потолки, просторные открытые площадки для тренировок, совещаний, рабочих встреч — всё происходило прямо у меня на глазах.

— Когда мне объяснят, что всё это значит? — я повернул голову и посмотрел на арестовавшего меня охотника, который держался левее и вёл меня в конвое. — Я люблю наручники, но в других играх, котик.

Он покосился на меня, не меняя хмурого выражения лица при исполнении, и я осознал, что мой флирт не достиг цели. Парень просто не понимал, о каких играх идёт речь. Маг Превеликий, его наивность претендовала на курс молодого бойца по соблазнению.

— Как только мы прибудем на место, — серьёзно сообщил мне охотник.

— И как тебя зовут, солдат? — не знаю, зачем мне понадобилось имя этой симпатичной мордашки.

Не на свидание же мы собрались, вамом деле! С другой стороны, нужно было обзаводиться знакомствами на случай, если мне придётся задержаться.

— Алек! — к нам бежал светловолосый крепкий парень, такой же охотник в форме. — Нужно торопиться!

— Джейс, я должен сопроводить мага в камеру, — извиняющимся голосом ответил мой зеленоглазый страж.

— Хорошо, ждем тебя, — блондин хлопнул Алека по плечу, и мы продолжили путь по коридорам.

Алек. А-ЛЕ-К. Какие открытые звуки! В них была простота, твёрдость, уязвимость. Мне всегда нравились эти качества. Кажется, я выпил слишком много шампанского!

Прекрасные портики и колонны, мозаичные полы привели меня в подвальные помещения, окончив мои любования архитектурой и размышления о прессе на животе Алека минималистичной ультрасовременной стеклянной клеткой, из которой выбраться не мог даже я.

— Вы сообщили примитивному сведения о будущем, которые затрагивают судьбы нескольких стран и повлияют на развитие событий, что запрещено Кодексом... — зачитывал моё обвинение Алек, стоя с расставленными на ширину плеч ногами, заведёнными за спину руками и бесстрастным взглядом мне за спину, как того требовал протокол.

Прищурившись, я стал вспоминать, что натворил. У меня действительно были клиенты и среди примитивных — денежки себя сами не заработают, а на пустой магии не всегда можно далеко уехать. Например, сейчас. Однако клиенты у меня были не из простых людей, конечно. Те, кто мог позволить себе мои услуги, чаще всего занимали государственные посты или были состоятельными бизнесменами. Обычно я не пренебрегаю правилами и не нарушаю законы, но... Когда ты живёшь вечно... Смысл большинства правил стирается. Войны начинаются и заканчиваются. Царства создаются и разрушаются. Любимые умирают. Пожалуй, единственная постоянная величина в этой беспрерывной смене декораций — боль утраты, которая никуда не исчезает. Идёт за тобой, как умирающий от голода волк.

— О, ну это ведь было полстолетия назад! Разве срок давности не учитывается? — возмутился я. — К тому же, в итоге всё вышло именно так, как говорили оракулы.

Действительно, ядерная война не случилась, но вероятностей могло быть сколько угодно, а мне было очень важно сберечь одного человечка на островах и исключить опасность. Я поклялся защищать жизнь примитивного ребёнка, потому что тогда думал, что это мой сын.

— Официальный допрос будет позже, — мельком посмотрев на меня, Алек снова перевёл взгляд на стену.

— А есть какие-то бонусы? У меня сегодня день рождения. Я бы не отказался выпить здесь мартини в твоей компании, — без магии жизнь полное дерьмо.

Я подключил всё своё природное обаяние, но непонимание на лице нефилима сменилось выражением досады человека, который внимательно слушал нечто недостойное его усилий. Он качнулся всем корпусом своего пышущего молодостью и энергией тела, развернулся и ушёл.

Я много знал о тюрьме Института. Например то, что невозможно отследить низшего, если он сюда попал. То есть мои гости после внезапного задержания остались в ресторане без всякой информации, защиты и объяснений и, скорее всего, уже покидали его. Такое мне долго не забудут. Магнус Бейн, которого арестовали прямо на его вечеринке! Не сказать, чтобы я мог этим гордиться! Особенно неприятно, что всё видел мой бывший, чернокнижник Марчелло Бутти. Вот кто точно позлорадствовал!

Откровенно говоря, его и бывшим сложно назвать, поскольку это была только пара свиданий, а потом я понял, что его единственная цель — выведать у меня заклинание бессмертия. Увы, я своими секретами не делюсь, тем более, таким! Если тайная формула жизни мага станет известна кому-то ещё, то её легко будет не только скопировать, но и уничтожить! Так что своим долголетием Марчелло обязан не мне, но да, у него получилось выкрасть чей-то пентакль!

Вот так уныло я просидел в камере около часа, стараясь не думать о том, на что похоже настоящее заключение на годы. От беспокойных мыслей я теряю контроль над собой, поэтому всю жизнь абстрагируюсь от потрясений.

Наконец, когда я уже был готов отказаться от затеи соблазнить этого охотника и забрать его девственность, он вновь появился передо мной. Его мужественное лицо, крепкие плечи и длинные ноги, которые я почти забыл, снова возбудили интерес и желание опробовать их в действии.

— Магнус Бейн! — хмурясь, сказал он. — За нарушение закона, вы должны принять наказание! Однако Институт предлагает вам сделку, — не надо было обладать сверхъестественными способностями, чтобы понять, насколько Алек против этой идеи. — Если вы согласитесь помочь Институту, ваше нарушение будет прощено!

Сделка! Клянусь потаёнными глубинами ада! Недаром во мне течёт демоническая кровь! Сделки я люблю! Особенно те, в которых просят моего содействия, потому что финальная цена, в таком случае, остаётся за мной. И, глядя в зеленые глаза Алека, я уже точно знал, какой выкуп потребую за свои услуги!

*Названия церквей в Нью-Йорке.

Дымная Мэри — церковь Богородицы. Получила своё название за использование благовоний.

*в Библии умоминаются нефилимы как потомки союза между ангелами и людьми. Во вселенной Шэдоухантов это люди, обладающие рунами и сверхспособностями, являясь дальними потомками таких союзов, и считающиеся высшими