Парадокс Эмпедокла

———

На западе Сешаты-прайм располагались два государства, чьи границы проходили в нескольких днях пути от Самбаира.

Их названия редко упоминают современные историки. Гораздо чаще их вспоминают как два народа, сумевших несколько поколений воевать за одни и те же земли, реки и залежи редких минералов.

Каждая сторона утверждала, что сможет процветать после окончательной победы над соседом.

Правители обещали подданным богатство, армии готовились к решающему наступлению, а пограничные поселения постепенно превращались в крепости.

———

Именно тогда к ним отправился Эмпедокл.

Я сопровождал учителя в качестве писаря и был уверен, что нас ждут долгие переговоры.

В дорогу я взял двенадцать чистых свитков, три запасных флакона чернил и сборник дипломатических формулировок.

Эмпедокл взял только дорожный плащ.

———

Когда мы прибыли на границу, армии уже стояли друг напротив друга.

Между ними лежала долина, из-за которой началась последняя война. По ней проходила река, питавшая поля первого государства.

В горах второго добывали металл, из которого делали земледельческие инструменты, водяные колёса и укрепления для каналов.

Об этом знали все.

Однако никто не считал это важным.

———

Правители встретили Эмпедокла в походном шатре.

Каждый ожидал, что философ поддержит именно его сторону.

Один принёс старинные карты, доказывавшие право на долину. Другой предъявил договоры, заключённые задолго до рождения нынешних королей.

———

Эмпедокл не стал изучать карты.

Он попросил принести ему хлеб из первого государства и кирку, изготовленную во втором.

Хлеб положили перед правителем горного народа. Кирку передали земледельческому королю.

— Что произойдёт, если ваши поля останутся без этого металла? — спросил Эмпедокл.

— Урожай сократится, — ответил король после недолгого молчания.

— А что произойдёт с вашими шахтами, если прекратятся поставки зерна?

Второй правитель посмотрел на лежавший перед ним хлеб.

— Рабочие начнут голодать.

———

Эмпедокл попросил принести книги торгового учёта.

Следующие несколько часов он сопоставлял поставки, урожаи, численность работников, движение речной воды и расходы обеих армий.

Я записывал расчёты, пока не перестал понимать, к какому выводу они нас ведут.

———

К вечеру Эмпедокл разложил перед правителями две таблицы.

Первое государство не могло обрабатывать землю без металла соседа. Второе не могло содержать шахты без чужого зерна.

Река приносила урожай одному народу, но её верхние притоки защищали от обрушения плотины, построенные другим.

Даже военные обеих сторон зависели от торговли, которую сами же пытались уничтожить.

Тогда Эмпедокл произнёс:

— Вы называете друг друга врагами, потому что каждый желает обладать всем. Но ваши государства уже стали частями единого механизма. Уничтожив противника, победитель лишится того, что делало его победу возможной.

Один из правителей возразил:

— Значит, мы должны покорить их и забрать всё себе.

— Тогда вам придётся кормить их рабочих, поддерживать их плотины, охранять их шахты и управлять землями, устройство которых вы не понимаете. Вы получите владения противника вместе со всей зависимостью от него.

В шатре надолго установилась тишина.

———

К утру обе армии получили приказ отступить.

Был заключён торговый договор, границы долины признали совместной территорией, а войну объявили бессмысленной.

Я решил, что стал свидетелем величайшей победы разума.

———

Через три дня правители вновь собрали совет.

Теперь они спорили о том, какое государство важнее для общей системы.

Земледельцы утверждали, что металл бесполезен без пищи.

 Горный народ отвечал, что без инструментов пищу невозможно вырастить.

Торговцы составляли трактаты, ремесленники устраивали публичные диспуты, а придворные учёные пытались доказать первенство собственных земель.

———

Спор быстро перерос в новый конфликт.

Они больше не сражались за долину.

Они сражались за право называться причиной существования друг друга.

———

Я нашёл Эмпедокла у дороги, ведущей обратно в Самбаир. Он сидел на камне и наблюдал, как вдали над двумя лагерями вновь поднимаются знамёна.

— Учитель, — спросил я, — разве мы не остановили войну?

Эмпедокл посмотрел на меня с выражением человека, который давно ожидал этого вопроса.

— Мы остановили прежнюю войну.

— Но они начали другую.

— Теперь они хотя бы понимают, за что сражаются.

———

Так появился парадокс, позднее названный именем Эмпедокла:

Непримиримые противники способны полностью зависеть друг от друга. Однако осознание этой зависимости редко уничтожает вражду. Чаще оно лишь даёт ей более точное основание.