Paparazzi

В начале сентября в их класс пришёл новый ученик. Утро после ночного дождя было прохладным и немного серым: на окнах кабинета блестели мелкие капли, за стеклом мокрый асфальт отражал бледное солнце, а порывы ветра раскачивали ещё зелёные листья деревьев. Сынмин стоял возле учительского стола, пока его представляли классу, и спокойно оглядывал незнакомые лица, стараясь запомнить хотя бы несколько из них. Внутри он всё-таки немного нервничал — новая школа, новый класс, совершенно незнакомые люди, — но внешне этого почти невозможно было заметить. Он улыбнулся, коротко представился и занял свободное место у окна, даже не подозревая, насколько быстро изменится его школьная жизнь.

Сынмин удивительно быстро освоился. Он не пытался специально привлечь внимание, но люди словно сами тянулись к нему. В нём было что-то живое: он умел поддержать разговор, вовремя пошутить, спокойно ответить на подколы и совершенно не боялся быть собой. Уже через несколько дней рядом с ним постоянно кто-то находился — на переменах его звали в столовую, после уроков приглашали погулять. Казалось, Сынмин приехал в эту школу не несколько дней назад, а был здесь уже несколько лет. Он запоминал имена, интересовался чужими историями, легко смеялся и постепенно становился человеком, которого знали почти все. Среди тех, кто заметил его одним из первых, был Минхо. Только в отличие от остальных он не пытался подойти ближе сразу. Он наблюдал. Иногда Сынмин замечал его взгляд через несколько парт, видел знакомое лицо возле двери кабинета. Поначалу Сынмин относился к этому спокойно, считая, что новый ученик просто привлёк любопытство.

Первое время внимание Минхо даже казалось приятным. Он каким-то образом запоминал самые незначительные вещи: однажды Сынмин потерял ручку, а на следующий день обнаружил её на своей парте, хотя совершенно не помнил, чтобы возвращал её кто-то из друзей; когда он однажды пожаловался, что после физкультуры ужасно хочет пить, на следующий день рядом с его учебниками стояла именно та бутылка напитка, которую он обычно покупал в автомате. Это были мелочи, на которые можно было не обращать внимания, но Минхо замечал абсолютно всё. Сынмин как-то в шутку назвал его слишком внимательным, на что тот лишь усмехнулся и спокойно сказал:

— Я твой большой «фанат».

Сынмин рассмеялся, решив, что это просто очередная странная шутка, и не придал словам значения. Тогда он ещё не понимал, насколько серьёзно Минхо относился к этой роли.

Постепенно Минхо начал появляться рядом всё чаще. Сынмин видел его возле кабинета перед уроками, в столовой во время большой перемены, на лестнице после занятий и возле школьных ворот, когда уже собирался уходить домой. Сначала это действительно выглядело как совпадение. В школе много учеников, маршруты пересекаются, люди могут случайно оказаться в одном месте. Но однажды Сынмин решил проверить, насколько случайными были эти встречи. В тот день он специально вышел из школы через другой вход, свернул на незнакомую улицу и пошёл совершенно непривычной дорогой, которой раньше никогда не пользовался. Воздух был холоднее, ветер трепал волосы, а небо постепенно затягивалось тяжёлыми облаками. Сынмин шёл, погружённый в собственные мысли, пока не заметил впереди знакомую фигуру. Минхо стоял возле небольшого магазина, держа в руках бутылку воды. Он словно ждал именно его. Сынмин остановился, и впервые внутри появилось неприятное ощущение, от которого захотелось оглянуться по сторонам. Минхо заметил его, улыбнулся и совершенно спокойно произнёс:

— Я буду ходить за тобой, пока ты не полюбишь меня.

Это прозвучало почти как шутка, но почему-то Сынмину стало не до смеха. Он попытался убедить себя, что Минхо просто оказался здесь случайно, однако после этого случая подобных совпадений становилось всё больше.

Минхо действительно начал следовать за ним, после чего появилось ощущение, будто от него невозможно скрыться. Если Сынмин после уроков задерживался в библиотеке, где обычно было тихо и пахло старой бумагой, Минхо иногда появлялся в соседнем ряду. Если Сынмин шёл с друзьями в кафе, он мог заметить знакомую фигуру за стеклом, стоящую у другого столика. Если менял привычный маршрут домой, спустя некоторое время всё равно видел Минхо неподалёку. Тот никогда не навязывался, не хватал его и не пытался заставить остаться рядом. Он просто был там. В отражении окна автобуса, на другой стороне улицы, возле магазина, у школьных ворот. Иногда Сынмин успевал увидеть его всего на несколько секунд, а потом Минхо исчезал за поворотом, оставляя после себя только ощущение чужого присутствия.

Через некоторое время Сынмин начал замечать ещё одну вещь — Минхо знал слишком много. Он помнил, в какое время Сынмин обычно приходит в школу, каким автобусом возвращается домой, где покупает кофе и какие дни проводит после уроков с друзьями. Однажды Сынмин специально сказал одноклассникам, что собирается после занятий в одно место, куда никогда раньше не ходил. Он не сказал об этом Минхо и вообще не был уверен, что тот услышал разговор. Но вечером, когда Сынмин вышел из магазина, на противоположной стороне улицы стоял Минхо. Он смотрел прямо на него, будто ждал уже некоторое время. В тот момент Сынмин почувствовал, как по спине пробежал холодок. Впервые ему стало по-настоящему страшно от мысли, что тот действительно мог следить за ним всё это время.

Однажды вечером пошёл сильный дождь. Небо с самого утра было тяжёлым и серым, а к вечеру улицы почти полностью опустели. Сынмин стоял на остановке под маленьким навесом и ждал автобус, слушая, как дождь бесконечно барабанит по крыше. Он достал телефон, чтобы посмотреть расписание, и заметил новое сообщение с неизвестного номера. Сначала он решил, что это ошибка, но, открыв фотографию, застыл. На экране был он сам — стоящий на этой самой остановке, в той же куртке, с телефоном в руках. Снимок был сделан всего несколько минут назад. Сердце неприятно ударило в груди. Следом появилось ещё одно сообщение: «Ты опять без зонта». Сынмин медленно поднял голову и начал осматривать улицу. За дорогой, под козырьком закрытого магазина, стоял Минхо. Дождь стекал по его волосам и плечам, а он просто смотрел на Сынмина. В тот момент всё внутри словно сжалось. Сынмин уже не мог убеждать себя, что это совпадение. Минхо действительно следил за ним.

После этого Сынмин начал осторожнее относиться ко всему происходящему. Он стал чаще оглядываться, проверять улицу перед тем, как свернуть домой, иногда специально задерживался среди людей, чтобы не оставаться один. Но вместе со страхом появилось чувство, которое раздражало его ещё сильнее. Он начал ждать, когда увидит Минхо. Если Минхо не появлялся несколько дней, Сынмин ловил себя на том, что невольно смотрит в сторону двери класса, ожидая увидеть его. Это было странно и противоречиво. Его пугало внимание Минхо, но одновременно оно заставляло чувствовать себя особенным. Среди огромного количества людей был один человек, который замечал каждую мелочь, каждый его жест, каждое изменение настроения. Сынмин понимал, что это неправильно, но постепенно переставал хотеть, чтобы Минхо исчез.

Минхо не скрывал своей настойчивости и не пытался делать вид, что собирается сдаваться. Однажды, когда Сынмин снова попытался понять, почему тот продолжает появляться рядом, Минхо только улыбнулся и произнёс:

— Обещаю, что буду хорошим, и я не остановлюсь, пока ты не полюбишь меня.

Сынмин тогда ничего не ответил. Только посмотрел на него немного дольше обычного, а затем ушёл. Но слова Минхо остались в голове до самого вечера.

Прошло несколько недель. Погода окончательно изменилась: утреннее тепло исчезло, деревья начали желтеть, а холодный ветер заставлял Сынмина прятать руки в карманы. В один из таких вечеров он оказался у Минхо дома. Они должны были вместе закончить школьный проект, и первые часы проходили совершенно спокойно. За окном шёл дождь, по стеклу медленно стекали капли, в квартире было тихо и тепло. Когда в дверь позвонили, Минхо вышел забрать посылку, оставив Сынмина одного. Через несколько минут Сынмин решил найти ванную и, открыв первую дверь в коридоре, случайно оказался в комнате Минхо. Он уже хотел закрыть её, но заметил стену напротив и застыл. На ней были фотографии. Очень много фотографий. Сынмин медленно подошёл ближе, чувствуя, как внутри всё холодеет. На одной он стоял возле школьного окна, на другой смеялся вместе с друзьями, на третьей читал книгу, на четвёртой сидел в столовой, на пятой шёл по улице. Были фотографии, сделанные в школе, на улице, возле магазина, на остановке. Некоторые снимки были сделаны так близко, словно фотограф стоял всего в нескольких шагах. Другие были сняты издалека, когда Сынмин даже не смотрел в сторону камеры. Он узнал одежду, которую носил несколько недель назад, узнал места, где бывал почти каждый день, и постепенно понял, что эта коллекция создавалась не за несколько дней. Минхо наблюдал за ним гораздо дольше, чем Сынмин мог представить. Все странные встречи, сообщения, взгляды и внезапные появления теперь складывались в одну картину. Сынмин почувствовал, как по коже прошёл холод, а сердце начало биться быстрее. Он стоял перед стеной, не в силах отвести взгляд, пока за его спиной тихо не закрылась дверь.

Минхо стоял в дверном проёме. Сынмин медленно обернулся. На несколько секунд между ними повисла абсолютная тишина. Минхо смотрел на него, а потом перевёл взгляд на фотографии, словно уже понимал, что скрывать больше нечего. Сынмин не отступал, хотя внутри всё ещё чувствовалось напряжение. Минхо сделал несколько шагов вперёд, сокращая расстояние между ними, пока Сынмин не оказался спиной возле стены. Он остановился совсем близко и тихо произнёс:

— Тебе не сбежать от меня.

Сынмин смотрел прямо ему в глаза. Страх всё ещё был где-то внутри, но рядом с ним появилось другое чувство — странное спокойствие от осознания того, что он наконец знает правду. Он слегка улыбнулся и ответил:

— Я и не собирался.

Минхо замер, словно не ожидал услышать именно это. Сынмин сам сделал шаг навстречу, окончательно сокращая оставшееся между ними расстояние. За окном продолжал идти дождь, в комнате становилось всё темнее, а фотографии на стене молча наблюдали за ними. Сынмин уже давно перестал воспринимать Минхо просто как странного человека, который следовал за ним. За этими неделями тревоги постепенно возникло что-то другое — привязанность, любопытство, желание быть замеченным именно им. Ему нравилось, что Минхо видел его среди всех остальных. Нравилось, что помнил каждую мелочь. Нравилось, что всегда оказывался рядом, каким бы странным это ни было. И теперь, когда Сынмин сам позволил ему приблизиться, Минхо осторожно коснулся его руки, будто всё ещё боялся, что тот передумает. Но Сынмин не отстранился. Вместо этого он приблизился ещё немного, и их губы встретились в поцелуе, который словно поставил точку во всём, что происходило между ними последние несколько недель.

За окном дождь становился сильнее, капли стекали по стеклу, а город постепенно погружался в вечернюю темноту. На стене всё ещё оставались десятки фотографий Сынмина, собранных Минхо тайком, но теперь всё должно было измениться. Сынмин больше не хотел быть человеком, за которым просто наблюдают издалека. Если Минхо действительно собирался остаться рядом, теперь ему придётся делать это открыто. А сам Сынмин, несмотря на всю странность произошедшего, уже знал, что не собирается от него убегать.