ПРОДОЛЖЕНИЕ ТЕКСТА
Он рано вступил во взрослую жизнь, извлекая умеренную выгоду из таланта рисовальщика, «чтобы заработать на хлеб с сыром».* Серия нарисованных по заказу Зоологического общества попугаев потрясла орнитолога графа Дерби. Ученый аристократ поселил художника в своем имении под Ливерпулем, с тем чтобы сохранить для вечности образ великолепной коллекции экзотической фауны. В имении Дерби Эдвард зарисовывал живые экспонаты, попутно развлекая графских детей потешными стишками и картинками. Когда подросли и дети, и автор забавной белиберды, на стихотворения и рисунки взглянули серьезными глазами – значительная их часть была опубликована в первом (анонимном) издании «Книги бессмыслиц» в 1846 году.**
Герои «Книги бессмыслиц» - эксцентричные чудаки. Они живут в птичьих гнездах и в кратерах вулканов. Они стоят на голове, едят краску или кашу, приправленную мышами, обучают ходьбе рыб, отплясывают кадриль с воронами. У них такие длинные носы, что для опоры приходится нанимать почтенных дам. И тому подобное, если тому есть что-то подобное.
Все «бессмыслицы» написаны на манер старинного стихотворения в безымянном жанре. Только с конца девятнадцатого века их стали называть лимериками - никто не знает почему.
Лимерик – город в Ирландии, где ирландские поэты, выпивая в узкопрофессиональном кругу, обменивались экспромтами. Такой экспромт, возможно, содержал в себе забавную выдумку о фантастических чудачествах одного из присутствующих (или общих знакомых). Вот эти-то застольные экспромты и стали прообразом лимерика, обретшего классическую форму в «Книге бессмыслиц». Эта версия получила широкое распространение и выглядит наиболее убедительной, хотя нет никаких фактов, которые могли бы подтвердить ее (кроме патриотической уверенности ирландцев).
Факты указывают на английские источники. Самый ранний из лимериков был обнаружен исследователями в английской рукописи одиннадцатого века. Сохранилось заклинание, записанное в начале семнадцатого века, но, похоже, оно куда старше, чем его список. Оно называется «Том О'Бедлам». Бедлам – старинная лондонская клиника для душевнобольных в Лондоне, но эпоним (имя в заглавии) создан по образу ирландских фамилий:
От ведьмы и голодного гоблина,
Которые готовы разорвать тебя на части,
И от привидения, Которое стоит
Возле обнаженного
В книге лун – защищайся.
Еще три лимерика принадлежат Шекспирову перу. Например, вот чистой воды лимерик из «Отелло» (акт II, сцена 3):
"Полнее в стаканчики лей, лей,
Полнее в стаканчики лей!
Солдат - человек"
Живет он - не век.
И раз ты солдат, так пей".
(Пер. М. Лозинского).
Это идеально правильный лимерик. (Два других – в «Гамлете» и «Буре»).
Вновь возникает вопрос – почему же лимерик – жанр ирландского происхождения, если дошедшие до нас произведения этого жанра по преимуществу принадлежат англичанам? Вопрос не менее сложный (хотя и менее масштабный), чем шекспировский. Ведь мы так до сих пор не знаем, кто скрывался за маской актера Шекспира. Многие исследователи обращали внимание на значительное число ирландизмов в языке Шекспира…
Существует также предположение, что, возможно, слово «limerick» происходит не от названия ирландского города, а от гэльского «laoi meidbreach» вкупе с английским «a merry lay», что означало «веселая песня». Это предположение отрицает связь лимерика с одноименным городом, но в то же время подтверждает связь с гэльским языком.
Не исключено, что жанр, ныне называемый лимериком, восходит к народным стихам в пять или шесть строк, последний стих которых был традиционно неизменен: «Поехали-ка в Лимерик», или «А что, ты в Лимерик не едешь?» («Come on down to Limerick» or «Won't you come down to Limerick»). Время появления этих стихов установить невозможно, но если существовали в конце семнадцатого века, то могли получить широкое распространение в англоязычном пространстве и не только. В 1691 году протестантская армия Вильгельма Оранского осадила Лимерик, где укрылись католики-якобиты. Под Лимериком собрались войска со всех краев Ирландии, Британии, из Нидерландов и Франции. Впечатленные местной поэзией солдаты могли увезти жанр с собой и дать ему широкое распространение за пределами Лимерика. Эта версия представляется убедительной, но и у нее есть уязвимое место – стихотворная форма. Требования к стихам «А что, ты в Лимерик не едешь?» не то что бы просты, - скорее, простоваты, в то время как интересующий нас жанр имеет пространный список формальных показателей.
Народная поэзия проста, но предъявляет к простоте строгие требования. Лимерик – не исключение. Конечно, лимерик – забавный стишок, но это не мешает ему быть малым поэтическим жанром строгой формы.
Лимерики состоят из пяти строк анапестом (то есть стопы, на которые членится стих, представляет последовательность безударного, безударного и ударного слогов):
Пŏ нŏчáм |в чĕм-тŏ бé|лŏм дĕвú|цă…
Рифмуется первая, вторая и пятая строки:
…………………….девица
…………………….дивиться
………………………………………
……………………………………..
………………………дивится
Между собой зарифмованы третья и четвертая строки:
………………………….птицы
………………………….девицу
Первая, вторая и пятая строки трехстопные, третья и четвертая — усеченные, двустопные (иногда их объединяют в одну строку с внутренней рифмой посередине).
Посмотрим теперь, как выглядят все перечисленные компоненты в совокупности.
По ночам в чем-то белом девица
Обожала на небо дивиться;
Но небесные птицы
Напугали девицу,
И с тех пор уж она не дивится.
Не подлежит сомнению, что лимерик (как бы его раньше ни называли) – жанр ирландской литературы и устного народного творчества. В том, что в викторианской Англии при возросшем интересе к национальной старине не записывали лимерики нет ничего удивительного.*** Конечно, при королеве Виктории расцвета достигли науки, искусства, ремесла… Но, все-таки, больше и лучше всего расцвело ханжество. Лимерик – юмористический жанр, а простой люд (ирландский, в частности) умеет шутить весело, но не изысканно тонко. Народные шутки заставляют смеяться, но и краснеть тоже. А королева во всем соблюдала приличия и требовала этого же и от поэтов, и от народов. Так что от собственно народных лимериков уцелела их безгрешная чистая форма, которую довел до совершенства и наполнил новым – не только веселым, но и смешным, и изящным «бессмысленным» содержанием Эдвард Лир. Его лимерики – суть его жизни. Он - персонаж стихов собственного авторства. Приглядитесь – сколько поводов для лирического вдохновения дает его фигура – ученый джентльмен, который наводит страх на женщин и детей оглушительным кашлем и бегает от насморка из конца в конец Европы. Пейзажист, который по слабости зрения предпочитает двигаться ощупью, выходя с карандашом на этюды. Старый джентльмен, который так привязался к собственному коту, что не смог пережить его кончину и сам отдал богу душу (1888).
Можно сказать, что судьба была если не милосердна, то снисходительна к Эдварду Лиру – он дожил до старости, несмотря на прогрессирующую потерю зрения, хронический бронхит, астму, ишемию и эпилепсию. Годы жизни Лира пришлись на наиболее спокойную часть самого благополучного века в истории Европы. И – кто скажет прочему? – в середине этого самого благополучного, самого жирного и спокойного, самого преуспевающего века в истории Европы без видимых причин стали зарождаться настроения упадка и предощущение конца. Вдумчивые читатели, посмеявшись вместе с Эдвардом Лиром над забавными чудаками Эдварда Лира, всерьез задумываются: пусть мир абсурден, но разве в абсурдном мире, где все несчастны и одиноки, нет места доброй шутке? Если бы мы ждали повода для смеха, многим из нас пришлось бы прожить всю жизнь, ни разу не улыбнувшись. Например, болезненному двадцать первому ребенку разорившегося простофили… «Жизнь видится мне в основе своей трагической и тщетной, и наши маленькие шутки — единственное, что имеет в ней смысл», — писал Лир. В кругу героев Эдварда Лира мы не увидим социальных язв, пагубных страстей, мук одиночества, ужаса смерти. Читая «Книгу бессмыслиц», мы начинаем догадываться, что в нашем сумасшедшем мире все-таки можно быть иногда счастливым, и в твоих силах пополнить в этом расточительном мире ресурс доброты, как сделал это поэт и художник Эдвард Лир.
Арсений Дежуров. [Написано для журнала "Вокруг света", 2012]
ПРИМЕЧАНИЯ
* Судьба братьев и сестер Эдварда Лира была незавидна. Пара братьев, что отправилась в Новый Свет на поиски меньших несчастий, стали фермерами. Один из братьев устроился по медицинской части в африканский госпиталь, где быстро умер от малярии. За четыре года тюремного заключения Иеремии Лира угасли четыре его дочери, слабые здоровьем. Лишь трем девицам Лир удалось выйти замуж, прочие скоротали жизнь гувернантками в гражданском состоянии старой девы.
** До появления «Книги бессмыслиц» Лира уже были опубликованы три книги лимериков – все три в Лондоне в 1920-21 годах: анонимная «История очаровательной шестидесятилетней дамы» и две книги Ричарда Скрафтона Шарпа (без указания автора): «Случаи и происшествия с пятнадцатилетни джентльменом» и «Случаи и происшествия с пятнадцатилетней леди». Широкую известность получил сборник из 52 классических детских стихотворений (nursery rhymes), выпущенный Англии в 1760 году. под названием «Мелодии Матушки Гусыни».
*** В 1846 году Эдвард Лир поднялся на гребень славы – естественно, не как анонимный автор детских стихов, а как придворный художник молодой королевы Елизаветы. Он обучал ее величество искусству рисунка, и если бы не муки, вызываемые дворцовым этикетом, возможно, составил бы карьеру при дворе.
КОММЕНТАРИЙ
Научное исследование лимериков.
Центральная фигура «лимерикознания» ХХ в. – американец Гершон Легман. Увлеченный исследователь эротики в фольклоре, он своей жизнью умножал материал для собственных исследований. В возрасте двадцати лет изобрел эротическую игрушку, поныне пользующуюся спросом в американских секс-шопах. Сколотил состояние на спекуляциях рукописями русских «заветных» сказок и лимериков непристойного содержания. Он опубликовал сборники аутентичных лимериков: The Limerick с 1700 единицами (1953), The New Limerick (1977). Последнее собрание было переиздано в 1980 году как «More Limericks».
Лир в России
1). Наиболее привлекательный для российского читателя лимерик «There was a Young Lady of Russia…», впервые был переведен В. Набоковым, включившим его в текст художественной автобиографии «Другие берега» (Нью-Йорк, 1954). Учитель Бэрнес, шотландец, подвергает рассказчика (речь идет о детских годах) «любимой пытке» - при прощании постепенно сжимает руку ребенка в кулаке, читая при этом лимерик («нечто вроде пятистрочной частушки весьма строгой формы»):
Есть странная дама из Кракова:
орет от пожатия всякого,
орет наперед и все время орет —
но орет не всегда одинаково.
2). В 1937 году Хармс писал: «Меня интересует только "чушь"; только
то, что не имеет никакого практического смысла. Меня интересует жизнь только в своем нелепом проявлении». Сделав это заявление, Хармс составляет список наиболее близких ему по духу писателей. В списке всего шесть имен, расположенных в порядке убывания значительности: Гоголь, Прутков, Майринк, Гамсун, Эдвард Лир и Льюис Кэрролл.
3). В двадцатых годах прошлого столетия Самуил Маршак опубликовал перевод нескольких баллад Лира: "...Сейчас разговляюсь стихами. Для разбега перевожу стихи Эдварда Лира, родоначальника английской детской поэзии, первого создателя жанра "нонсенс" - "чепушистых" стихов. Это - просто прелесть! Столько в его книгах причуды, выдумки, душевной чистоты. И при этом Эдвард Лир один из самых музыкальных поэтов." Досадно, что при восхищении «чепушистыми стихами», Маршак не уделил им внимания как переводчик. По сути дела, полновесное знакомство русского читателя с Лиром состоялось только в 1992 году благодаря появлению лимериков отдельными книгами в переводе Марка Фрейдкина и Евгения Клюева.