ПРИМЕР ИЗ ПРАКТИКИ | ЛИХОРАДКА

Мо­лодой муж­чи­на лет двад­ца­ти за­явил о сво­ей проб­ле­ме. При рож­де­нии он по­лучил нев­ро­логи­чес­кую трав­му и те­перь хо­тел бы ис­сле­довать один из сво­их те­лес­ных сим­пто­мов. Го­ворил он ти­хо и мед­ленно. Его боль­шие паль­цы бы­ли скрю­чены. Он ска­зал, что ис­пы­тыва­ет силь­ную дрожь вся­кий раз, ког­да нап­ря­жен, и не мо­жет рас­сла­бить­ся. Он об­ра­щал­ся к вра­чам, но это не по­мог­ло. Вот и сей­час он чувс­тву­ет эту дрожь в ру­ках. 

Ар­ни на­чал ра­ботать с его те­лес­ны­ми пе­режи­вани­ями, ос­таль­ные наб­лю­дали.

Ар­ни за­метил, что, дол­жно быть, это ужас­но — не иметь воз­можнос­ти рас­сла­бить­ся, и за­тем спро­сил у муж­чи­ны, хо­чет ли тот по­нять, что пред­став­ля­ет со­бой его тре­мор. Мо­лодой че­ловек ус­мехнул­ся и за­мял­ся в не­реши­тель­нос­ти. Ар­ни ска­зал, что по­нима­ет его сом­не­ния, хо­тя воз­можно этот неп­ри­ят­ный сим­птом мог бы на­учить его че­му-ни­будь по­лез­но­му. Муж­чи­на за­ин­те­ресо­вал­ся и сог­ла­сил­ся по­боль­ше уз­нать о нем.

Ар­ни по­сове­товал ему уси­лить ощу­щение дро­жи, поз­во­лив ей рас­простра­нить­ся че­рез ру­ки по все­му те­лу. Вско­ре муж­чи­ну уже все­го тряс­ло.

За­тем Ар­ни спро­сил, мог бы тот зас­та­вить тряс­тись и его, Ар­ни, то­же. Т.е. вмес­то то­го, что­бы чувс­тво­вать се­бя жер­твой, он мог бы сам стать твор­цом сим­пто­мов и зас­та­вить Ар­ни тряс­тись. По­мед­лив, муж­чи­на по­дошел к Ар­ни, роб­ко про­тянул ру­ки и на­чал тряс­ти Ар­ни сна­чала за пле­чи, пос­те­пен­но пе­рей­дя к кис­тям. Его собс­твен­ная дрожь прек­ра­тилась.

«Что ты со мной де­ла­ешь?»— спро­сил Ар­ни.

Мо­лодой че­ловек мол­чал, под­би­рая сло­ва, что­бы вы­разить на­рас­та­ющие в нем чувс­тва. И вдруг с болью в го­лосе зак­ри­чал: «Я хо­чу со­об­щить, что мне очень пло­хо!!».

Ар­ни от­ве­тил: «Не ос­та­нав­ли­вай­ся, про­дол­жай го­ворить все, что ты чувс­тву­ешь».

Муж­чи­на на­чал по­нем­но­гу от­талки­вать Ар­ни и в ис­те­рике кри­чать: «Оч­нись! Вот она, боль!!». Стра­дания это­го че­лове­ка уви­дели и ощу­тили все в груп­пе. Он ры­дал. Не­кото­рое вре­мя он и Ар­ни ос­та­вались в этом раз­ры­ва­ющем сер­дце сос­то­янии.

Спус­тя не­кото­рое вре­мя Ар­ни спро­сил его, хо­тел бы он вер­нуть­ся к то­му мо­мен­ту, ког­да его дви­жения прев­ра­тились в лег­кое от­талки­вание. Муж­чи­на опять на­чал по­нем­но­гу тол­кать Ар­ни, а по­том вдруг тол­кнул с та­кой си­лой, что Ар­ни очу­тил­ся в дру­гом кон­це ком­на­ты: «Прочь с мо­ей до­роги!!».

Ар­ни по­вер­нулся и ска­зал: «Да! Ты не­нави­дишь то дав­ле­ние, ко­торое ис­пы­тывал все это вре­мя».

Мо­лодой че­ловек ки­вал го­ловой и пла­кал. Не­кото­рое вре­мя они сто­яли об­нявшись.

Пос­ле не­боль­шой па­узы Ар­ни спро­сил, не хо­чет ли он еще раз по­эк­спе­римен­ти­ровать с тем силь­ным тол­чком, что­бы луч­ше по­нять его. Нем­но­го по­раз­мыслив, муж­чи­на изо всех сил тол­кнул Ар­ни. Пос­ле нес­коль­ких по­пыток на его ли­це по­яви­лась улыб­ка. Ему нра­вилась об­ре­тен­ная си­ла. Ар­ни ска­зал: «Те­бе не сто­ит пас­сивно сто­ять в сто­роне, иног­да по­лез­но рас­чистить се­бе до­рогу!». И по­яс­нил: «Ты не мо­жешь рас­сла­бить­ся, по­тому что те­бе не­об­хо­димо ис­поль­зо­вать эту энер­гию в пов­седнев­ной жиз­ни».

Ар­ни отоб­ра­зил его тол­ка­тель­ные дви­жения, что­бы он мог по­нять, как же эту энер­гию при­менить в пов­седнев­ной жиз­ни. Муж­чи­на при­со­еди­нил­ся к не­му. В рит­ме этих сов­мес­тных дви­жений Ар­ни го­ворил: «Да, де­лать эти дви­жения ... и ... вмес­те с тем ... ду­мать, как ис­поль­зо­вать их ... в пов­седнев­ной жиз­ни».

Вдруг мо­лодой че­ловек про­из­нес: «Я хо­чу нап­ра­вить эту энер­гию на то, что­бы стать по­лити­ком!».

Ар­ни ос­та­новил­ся как вко­пан­ный. «Ух ты! — ска­зал он, — вся­кий, кто зна­ет, что зна­чит чувс­тво­вать и стра­дать и жить с фи­зичес­ки­ми не­дос­татка­ми, — дос­той­ный по­литик. Всем нам ну­жен че­ловек, ко­торый мо­жет го­ворить от чис­то­го сер­дца!».

Муж­чи­на сог­ла­сил­ся и ска­зал, что очень хо­чет го­ворить о сво­их стра­дани­ях и стра­дани­ях дру­гих лю­дей, но он до­воль­но зас­тенчив. На что Ар­ни от­ве­чал: «Мне нра­вит­ся твоя зас­тенчи­вость, но еще я люб­лю твою си­лу и по­лити­ка в те­бе. Нам всем это не­об­хо­димо!».

Муж­чи­на смот­рел на Ар­ни с по­нима­ни­ем и об­легче­ни­ем, мол­ча раз­мышляя над пос­ла­ни­ем сво­его сим­пто­ма. За­тем они слег­ка пок­ло­нились друг дру­гу и он сел на мес­то.

Со­чувс­твие в про­цес­су­аль­но-ори­ен­ти­рован­ной пси­холо­гии — это не толь­ко осо­бое чувс­твен­ная спо­соб­ность от­крыть­ся навс­тре­чу раз­ным пе­режи­вани­ям. Это и на­уч­ная под­го­тов­ка, ко­торая по­может от­крыть те пе­режи­вания, о ко­торых мы обыч­но и не по­доз­ре­ва­ем. Как пра­вило, мы за­меча­ем те ас­пекты на­ших пе­режи­ваний, ко­торые близ­ки к на­шей собс­твен­ной иден­ти­фика­ции (пер­вичный про­цесс), и не об­ра­ща­ем вни­мания на пе­режи­вания и сиг­на­лы, да­лекие от этой иден­тичнос­ти (вто­рич­ный про­цесс). Эти сиг­на­лы неп­редна­мерен­ны и мо­гут при­водить нас в бес­по­кой­ство. Вто­рич­ные пе­режи­вания мо­гут про­явить­ся, нап­ри­мер, в спон­танных, не­завер­шенных дви­жени­ях (та­ких, как ли­цевой тик, не­уве­рен­ная по­ход­ка), те­лес­ных сим­пто­мах, труд­ностях вза­имо­от­но­шений, об­ра­зах сна или про­ис­хо­дящих ря­дом с на­ми син­хрон­ностях (нап­ри­мер, прон­зи­тель­ный крик пти­цы в ре­ша­ющий мо­мент). 

Вто­рич­ные яв­ле­ния по су­ти сво­ей — не­ведо­мые тай­ны, ожи­да­ющие раз­гадки. Они не­сов­мести­мы с на­шими иден­тичнос­тя­ми. Ес­ли нам не­из­вес­тно раз­ли­чие меж­ду пер­вичны­ми и вто­рич­ны­ми про­цес­са­ми, мы мо­жем под­держи­вать толь­ко пер­вичные про­цес­сы, свои и кли­ен­та, и упус­тить иные ас­пекты, ко­торые пы­та­ют­ся об­ра­тить на се­бя вни­мание.

В при­веден­ном при­мере Ар­ни оце­нил пер­вичный про­цесс муж­чи­ны. Он зас­тенчив и очень хо­чет рас­сла­бить­ся. Ар­ни об­ра­тил вни­мание так­же и на вто­рич­ный его про­цесс — бес­по­ко­ящие те­лес­ные сим­пто­мы и дви­жения. По­зиция со­чувс­твия поз­во­ля­ет нам рас­крыть­ся навс­тре­чу сим­пто­мам че­лове­ка, во­об­ра­зить, что они мо­гут быть дверью в но­вый мир, к но­вым ре­шени­ям и иным снам.

По­чему про­цес­су­аль­ная ра­бота оп­ре­деля­ет со­чувс­твие по­доб­ным об­ра­зом? Нам го­раз­до про­ще лю­бить те час­ти се­бя, ко­торые нам нра­вят­ся, но мно­гие ли ре­аль­но це­нят те ас­пекты са­мих се­бя, ко­торые бы не хо­телось иметь вов­се? Ис­тинная лю­бовь все­объ­ем­лю­ща: в круг ее за­бот по­пада­ют все час­ти Я. Все мы иной раз ис­пы­тыва­ем пре­неб­ре­жение. Нес­мотря на то, что оно от­ра­жа­ет не­кую внеш­нюю ре­аль­ность, часть его мо­жет от­но­сить­ся к на­шей нес­по­соб­ности раз­вить раз­ные сто­роны собс­твен­но­го Я, а часть — к неп­ри­ятию тех не­обыч­ных или спон­танных ас­пектов на­ших пе­режи­ваний, ко­торые мог­ли бы при­вес­ти к не­видан­но­му твор­чес­тву и муд­рости.

Пос­коль­ку здра­вый рас­су­док обыч­но бло­киру­ет и от­ри­ца­ет пе­режи­вания, иду­щие враз­рез с на­шими иден­тичнос­тя­ми, «вто­рич­ные» эле­мен­ты на­ших про­цес­сов ред­ко удос­та­ива­ют­ся дол­жно­го вни­мания. Да­же са­мые доб­ро­жела­тель­ные те­рапев­ты мо­гут про­пус­тить не­кото­рые эле­мен­ты про­цес­са сво­его кли­ен­та. 

Ме­дита­ция или те­рапев­ти­чес­кая прак­ти­ка, ко­торая скон­цен­три­рова­на на неп­рекра­ща­ющем­ся осоз­на­нии, мо­жет, нап­ри­мер, пе­рес­ко­чить че­рез ед­ва блес­нувший вто­рич­ный про­цесс, ес­ли те­рапевт не по­может кли­ен­ту вер­нуть­ся и об­ра­тить на не­го вни­мание. Те­рапев­ти­чес­кая сис­те­ма, ко­торая сос­ре­дото­чена на ви­зу­аль­ном ма­тери­але, мо­жет упус­тить сла­бый сиг­нал внут­ри­телес­ных пе­режи­ваний. 

Мно­гие из нас день за днем ис­поль­зу­ют ви­зу­аль­ные или а­уди­аль­ные пе­режи­вания, бло­кируя неп­ри­выч­ные дви­гатель­ные сиг­на­лы или кон­фликтные вза­имо­от­но­шения.

Од­на из при­чин, по ко­торой мы не об­ра­ща­ем вни­мание на вто­рич­ный про­цесс — су­щес­тво­вание «барь­ера». 

В про­цес­су­аль­ной те­ории барь­ер — это гра­ница меж­ду из­вес­тным нам ми­ром и не­из­вес­тным. Он воз­ни­ка­ет в тот мо­мент, ког­да по­яв­ля­ет­ся неч­то но­вое и не­поз­нанное, и мы чувс­тву­ем не­реши­тель­ность и же­лание вер­нуть­ся к хо­рошо зна­комой иден­тичнос­ти. Иног­да лю­ди хи­хика­ют, их одо­лева­ют сом­не­ния или они ста­новят­ся стес­ни­тель­ны­ми пе­ред барь­ером, ког­да пред­сто­ит но­вое пе­режи­вание. 

В та­кой мо­мент со­чувс­тву­ющий, со­пере­жива­ющий те­рапевт сле­ду­ет за про­цес­сом кли­ен­та. Ес­ли тот хо­чет пе­решаг­нуть барь­ер и сту­пить на но­вую тер­ри­торию — это при­зыв сле­довать за ним. Ес­ли кли­ент ос­та­нав­ли­ва­ет­ся пе­ред барь­ером, те­рапевт в сос­то­янии боль­ше уз­нать о том, что имен­но удер­жи­ва­ет его. Воз­можно, че­ловек прос­то нуж­да­ет­ся в под­дер­жке. В на­шем при­мере барь­ер воз­ник, ког­да муж­чи­на вплот­ную приб­ли­зил­ся к сос­то­янию ли­хорад­ки. Ар­ни за­метил не­реши­тель­ность, но за­тем силь­ное же­лание кли­ен­та ис­сле­довать это нез­на­комое пе­режи­вание взя­ло верх.

Ме­тана­вык со­чувс­твия по­мимо чувств тре­бу­ет еще и точ­но­го осоз­на­вания. Не­об­хо­дима тех­но­логия со­чувс­твия, ко­торая поз­во­лит нам раз­ли­чать и оце­нивать все сто­роны при­роды. Это тре­бу­ет осоз­на­ния барь­ера и вни­матель­но­го, с лю­бовью, при­нятия это­го ди­намич­но­го мо­мен­та. Ког­да мы от­кры­ва­ем эту чувс­твен­ную по­зицию внут­ри се­бя, мы мо­жем ис­поль­зо­вать ее соз­на­тель­но, что­бы за­метить и рас­крыть все­воз­можные сто­роны жиз­ни кли­ен­та. Так со­чувс­твие ста­новит­ся ме­тана­выком.

Эми Минделл | Пси­хоте­рапия как ду­хов­ная прак­ти­ка