PLOT HOUSE «MARTELL».

 ۫ ּ ֗ ʾʾ PROLOGUE

Дорн и Простор вели кровопролитные войны на протяжении многих столетий, и даже когда Вестерос раздирали внутренние распри Танца Драконов, эти южные соседи не прекращали своих стычек. Партизанские вылазки, набеги на приграничные земли и ожесточённые схватки у Принцев перевал стали привычной реальностью для обеих сторон. Горы и пустыни Дорна служили надежным укрытием для дорнийских отрядов, которые умело пользовались знанием местности, нанося удары по просторам и отступая в недоступные для врага ущелья. Дорн всегда оставался непокорённым — ни драконы, ни армии Железного Трона не смогли сломить его дух, и даже во время величайших потрясений Вестероса дорнийцы сохраняли свою независимость и гордость.

После окончания Танца Драконов наступило время мира и процветания, и Дорн наконец вошёл в состав Семи Королевств на особых условиях, сохранив широкую автономию, собственные законы и титул правящего принца. Ключевым событием, скрепившим этот союз, стал брак между правящей принцессой Дорна Алиандрой Мартелл и принцем Дейроном Таргариеном, младшим сыном короля Визериса I и королевы Алисенты Хайтауэр. Однако до этого союза Алиандра уже была замужем — её первым мужем стал Ксавьер, представитель вассального дома Шеллсов. От этого брака родился сын Элиан Мартелл, наследник Дорна и Солнечного Копья. Ксавьер пал в одной из многочисленных стычек между Дорном и Простором, сражаясь стойко и мужественно до последнего вздоха.

Лишь через два года после окончания Танца Драконов, когда королевство начало восстанавливаться, Дорн сумел наконец заключить официальный мирный договор и войти в состав Семи Королевств на выгодных для себя условиях. Этот союз символизировал примирение между короной и Дорном, а также положил конец многовековой вражде между Дорном и Простором. Благодаря этому браку и установленным дипломатическим связям, южные соседи наконец сложили оружие. Дорн и Простор объединились, признав общую власть Железного Трона, и на юге Вестероса наступил долгожданный мир, который позволил обеим землям процветать и торговать, а не истреблять друг друга.

От брака Алиандры и Дейрона родилось трое детей. Первенец, Хейларр Таргариен, появился на свет в 132 году и получил своё имя от отца в честь его старшей сестры — королевы Хелейны, трагически погибшей во время войны. Второй ребёнок, дочь Дейнис, родилась в 133 году и была названа в честь великой Дейнис Провидицы, легендарной прародительницы дома Таргариенов, которая спасла свою династию от гибели в Роке Валирии. Третья дочь, Мейлора, родилась в 134 году и получила имя в честь маленького племянника Дейрона — принца Мейлора, сына его сестры, что также было знаком памяти и уважения к трагической судьбе его рода. 

 ۫ ּ ֗ ʾʾ MAIN STORY

Шли годы. Торговля и экономика Дорна процветали. Но политическая стабильность, как известно, держится не только на золоте, но и на прочных узах крови и династических браках. Именно поэтому, когда отношения между Дорном и Простором достигли своего пика, было решено скрепить их союз ещё более тесным образом — браком между наследником Дорна и одной из благороднейших леди Простора.

Леди Розалинда Тирелл, воспитанница леди Алерии Тирелл и дочь покойного сира Аларика Тирелла, брата лорда Роланда Тирелла, была избрана для этого союза. Она считалась идеальной партией для наследника Дорна, принца Элиана Мартелла. Её воспитание при дворе Хайгардена и образование, полученное под руководством самой леди Алерии, делали её достойной не только титула будущей принцессы-консорт Дорна, но и той роли, которая ей предстояла: стать связующим звеном между двумя древними и некогда враждовавшими землями.

 ۫ ּ ֗ ʾʾ THE RISING ACTION

С каждым годом правления Эйгона III, прозванного Драконьей Погибелью, слухи о его слабости и безволии распространялись по Вестеросу всё шире. Говорили, что истинными правителями Семи Королевств стали его советники, особенно десница, чья железная воля держала корону на голове Эйгона, пока сам монарх оставался лишь тенью на Железном Троне. Эти вести доходили и до Дорна, где правящая принцесса Алиандра Мартелл, женщина властолюбивая и жадная до влияния, не могла не заметить шаткости положения Таргариенов. Она прекрасно понимала, что Железный Трон, ослабленный бездарным правителем, может стать для дома Мартеллов не просто символом подчинения, а великолепной возможностью для господства над всем Вестеросом. Её амбиции не знали границ, и она уже мысленно выстраивала планы, каким образом можно обратить эту слабость в свою пользу, чтобы возвысить Дорн до невиданных высот.

Однако, несмотря на все её тайные помыслы, Алиандра была достаточно осторожна, чтобы не высказывать их вслух. В Дорне о её властолюбии ходили лишь грязные слухи, которые активно отвергали ее верные вассалы и приближённые. Всякий раз, когда кто-то из недоброжелателей пытался осквернить имя правительницы намёками на её чрезмерные амбиции, дорнийцы вставали на её защиту, отрезая языки тем, кто смел бросать грязь на честь своей принцессы.

Грядёт что-то нехорошее, и об этом знают лучше всех правители Дорна и их многочисленные вассалы. Тишина, которая воцарилась над Вестеросом после Танца Драконов, была обманчива — слишком многие лорды помнили старые обиды, слишком многие ждали момента, чтобы ударить, и слишком многие смотрели на Железный Трон с надеждой и алчностью. Что именно приближалось — новый конфликт, передел власти или нечто более тёмное — никто не мог сказать наверняка, но все знали: времена спокойствия уходят, и впереди Вестерос ждут новые испытания.