PLOOOT.

Небо, некогда лазурное зеркало мира, теперь стало гнойным нарывом, из которого сочится мрак. Ядерная зима — не просто холод, это гниение атмосферы, ледяное дыхание смерти, что сковало планету в своем смертельном объятии. Солнце, забытое божество, лишь глухой, туманный силуэт, пробивающийся сквозь вечную пелену. Земля, некогда плодородная мать, превратилась в иссохшую, треснувшую ладонь, сжимающую лишь горсть пепла.

А из этого пепла, из этой гниющей плоти мира, восстали они. Не люди, но искаженные тени того, что когда-то было живым. Их плоть — лоскутное одеяло гнили, их глаза — пустые чаши, в которых плещется лишь первобытный голод. Хриплый стон, вырывающийся из их рассыпающихся глоток, — это предсмертная агония человечества, но в то же время — его новое, чудовищное рождение.

Их поступь — шаркающий, нескончаемый марш к забвению, каждый шаг — новый гвоздь в крышку гроба цивилизации. Города, некогда величественные соборы прогресса, стали их охотничьими угодьями, немыми свидетелями финальной, апокалиптической мясорубки.