Ожидания и реальность
DmitryОбратил тут внимание на данные ЦБ РФ о потребительских настроениях российского населения. Индекс ожиданий населения растет четвертый месяц подряд и достиг отметки 108 пунктов, которую он достигал лишь дважды за весь период предшествующих наблюдений. Т.е. россияне массово считают, что в перспективе их жизнь экономически улучшится (а большинству экономистов также совершенно очевидно, что в ближайшие годы жизнь россиян будет только ухудшаться).
При этом разрыв между ожиданиями улучшения и оценкой своего текущего материального положения уже четыре месяца находится на максимальных значениях за весь период наблюдений. В апреле оценка текущего положения была 63 (одно из исторически минимальных значений), а ожидания 103 и того разница 40, сейчас 70 и 108.
Что характерно: до весны 2014 года ожидания и оценка текущего положения отличались слабо, в среднем на 3-4 пункта, а иногда перспективы оценивались населением хуже текущего состояния. Аннексия Крыма привела к тому, что данные показатели сильно и надолго разошлись: с этого момента ожидания всегда были сильно лучше текущей оценки.
Так например в феврале 2014 ожидания были 96 пунктов, оценка 95. К маю 2014, на волне всеобщей крымской эйфории, ожидания достигли исторического максимума в 111 пунктов, а оценка 101 (исторически очень высокий показатель). Затем начиная с осени 2014 года на фоне девальвации рубля, всплеска инфляции и снижения реальных доходов населения, оценка текущего состояния резко провалилась, а ожидания упали в гораздо меньшей степени. Предыдущего пика данный разрыв достиг в апреле 2015, когда текущая оценка по совокупности рухнула до 65, а ожидания сохранялись на исторически довольно высоких 97.
С весны 2015 по весну 2022 разница между этими двумя показателями оставалось аномально высокой, однако постепенно разрыв все-таки снижался. Если мы возьмем прошедший 2021 год, то разрыв в среднем был где-то в районе 15 пунктов, иногда падая до 8 (хотя для нормальных стран и ситуаций 8 все равно довольно много).
И вот новая военная эскалация – новое увеличение разрыва между ожиданиями улучшения и оценкой текущей ситуации до уже совсем фантасмагорических значений. Люди объективно видят, что их материальное положение резко ухудшилась, но почему-то продолжают ожидать его существенного улучшения в будущем. Причем ждут они гораздо большего улучшения, чем они в среднем ожидали и в относительно благополучные 2010-2013 и даже большего, чем в благословенные нулевые, когда доходы действительно быстро росли.
Т.е. когда доходы населения действительно росли ожидания россиян об их дальнейшем росте были относительно скромными, а когда Путин оттяпал Крым ожидания населения в отношении собственного будущего сильно улучшились. Улучшились ошибочно , ибо та самая аннексия Крыма, или шире «вставание с колен», и вызвало самый затяжной период снижения доходов населения в истории современной России (в 90-е спад был глубже, но длился не так долго). В мае 2022 реальные располагаемые доходы россиян были почти на 15% ниже их доходов в мае 2014, когда их оптимизм относительно экономического будущего зашкаливал.
Этот парадокс объясняется тем, что большинство россиян ошибочно считает, что усиление международного влияния страны и приращение ее территорий должно вести к росту их благосостояния. «Да сейчас временные трудности, но раз уж мы с колен поднялись, супостатам показали и землицы оттяпали, то скоро заживем».
Однако реальная российская история, как минимум последних 350 лет, свидетельствует о том, что все было ровно наоборот. Военные проигрыши России чаще способствовали росту благосостояния российского населения, а победы чаще это благосостояние ухудшали и уж точно никогда не улучшали.
Я не раз говорил, что единственная война, результаты которой россиянам действительно стоило бы праздновать– крымская. Именно благодаря позорному поражению в ней и последовавшим за этим реформам, жизнь большинства россиян довольно заметно материально улучшилась. Аналогичный эффект был после русско-японской и нескольких эпизодов поменьше. Проигрыш в войнах часто стимулировал прогрессивные реформы, и копирование западных практик. Выигрыши же, как правило, лишь убеждали руководство империи в том, что все в порядке. А потому тормозили прогрессивные изменения, и провоцировали самолюбование в духе «мы самая лучшая страна на свете, зачем нам у басурманов чему-то учиться».
Даже если рассматривать не только российскую, а всю мировую историю, то случаи, когда победа в войне и территориальные приобретения способствовали улучшению жизни простого населения страны победителя можно пересчитать по пальцам. Плодами побед пользуются элиты, получающие в управление дополнительные ресурсы и территории. К обычным людям это приращение в подавляющем большинстве случаев никакого отношения не имеет. А вот расходы на войны всегда оплачивает население.
Последние победы российского оружия полезные российскому населению случились в 16-17 веках и были связаны с ликвидацией угрозы степных набегов. После этого правило было неизменно: получив по зубам империя начинала совершенствовать экономику, а после очередной успешной агрессии впадала в консерватизм и самолюбование.
Так и сегодня мало сомнений, что поражение российской армии в Украине с большей вероятностью долгосрочно улучшит жизнь средних россиян. Причем чем болезненней будет такое поражение, тем выше вероятность позитивных изменений.
И напротив, чем больше Россия завоюет территорий, тем хуже будут жить среднестатистические россияне. И потому, что любые успехи усилят ответную реакцию запада, и потому, что контроль над ними потребует большей полицейщины, и потому что придется размазывать нефтяные доходы на большую численность населения. Вообще в стране основным источником доходов которой является экспорт нефти, любое присоединение дополнительных территорий без нефти очевидным образом снижает доходы среднестатистического россиянина. (И напротив чем больше выгнать из России регионов без нефти, тем лучше будут жить оставшиесяJ).
Однако большинство россиян этого традиционно не понимает. И ошибочно ожидает улучшения личного материального положения от государственных побед.