Ответ на комментарий «Председателя СНТ»

В конце ролика с обзором фильма «Председателя СНТ» я сказал, что возможны разные варианты реакции уважаемого Ильи Герасимова на критику. Отрадно, что Илья не проигнорировал мои замечания и даже прокомментировал один высказанный мной тезис. Точнее, он пообещал, что в коротком видео разберёт причины потемнения известняка в Баальбеке. Это обещание Илья снабдил текстом, который мне хочется обсудить.

Вот что он пишет:

«Хочу обратить ваше внимание на то как построена вся наука, все институты работают исключительно на вере друг другу.

Историки ничего не смыслят в археологии, они полностью доверяют археологам, в каких слоях, что было найдено, в свою очередь археологи не разбираются в датировании, они обращаются к геологам или почвоведам которые им рассказывают о тех или иных свойствах камня или грунта по которому можно датировать тот или иной исторический объект. Геологи уже обращаются к физикам , специалистам в лабораториях где проводят радиоуглеродный метод датирования или дендрохронологический и тд.

Всё держится на вере! Получается наука это тоже ВЕРА!

И вот разбор моего ролика про Баальбек Антропогенезом тому подтверждение. Они сами ничего не понимают, а лишь обращаются к профильным специалистам за информацией и полностью принимают её на веру!»

В науке действительно принято больше доверять суждениям профильных специалистов, чем тем, кто не слишком разбирается в вопросе. Странно, если бы было наоборот. Это, впрочем, не отменяет возможности проверки выводов этих специалистов.

Замечу, что если в этом рассуждении заменить науку, например, на «производство» или «бизнес», смысл не сильно поменяется. Любая сложная деятельность основана на распределении знаний и функций. На каком-нибудь предприятии есть инженеры, электрики, монтажники, снабженцы, айтишники, бухгалтерия, отдел кадров, служба логистики (продолжите сами) и далеко не все они глубоко разбираются в том, что происходит в отделе за стеной. На каждую задачу есть свои специалисты, совместная работа которых вряд ли возможна без некоторой степени доверия друг к другу. Разумеется, это не слепая вера. Тем более о безоговорочной вере друг другу речь не идет при научной деятельности.

Утверждать, что нынешний историк ничего не смыслит в археологии, я бы не стал, потому что в программу обучения на историческом факультете обязательно включен курс археологии, а летом студент едет на археологическую практику, машет лопатой на настоящих раскопках и кое-что в этом понимать должен.

В геологии, почвоведении, палеопатологии, археозоологии, какой-нибудь палеографии или палеогенетике, в десятках методов датирования одному человеку в самом деле сложновато разбираться одновременно. Тут Илья отчасти прав. Счастье, что есть эксперты разных специальностей, потому что без них научная, да и любая сложная деятельность едва ли была бы возможна. Микробиологи обращаются к химикам, зоологи к ботаникам, лингвисты к специалистам по базам данных, физики-ядерщики к инженерам и наоборот. Наверное, они доверяют друг к другу, но есть важный нюанс: существует принципиальная возможность САМОМУ РАЗОБРАТЬСЯ. Это может быть долго и трудно, но если очень хочется — вперёд. Сейчас, кстати, в связи с существованием электронных библиотек, онлайн-переводчиков и т.п., это делать гораздо проще. В этом, мне кажется, всё-таки отличие доверия к учёному от от веры в духов и богов.

Слепой веры археологов другим специалистам я особо не замечал. Наоборот, археолог запросто может быть неудовлетворён результатами, которые ему датировщики или иные эксперты прислали из лаборатории. Специалисты — живые люди, и, разумеется, тоже не застрахованы от ошибок. Но дилетант в той же ситуации ошибется с гораздо большей вероятностью.

Есть еще такая штука, как перекрёстная проверка: ученый может образцы отправить в другую лабораторию, например, для исследования по другой методике, и сравнить новые результаты с предыдущими. А если они совпадут, поводов для доверия будет больше.

Самому мне интересно, какую альтернативу такому подходу предлагает Председатель СНТ. Если доверия геологам, почвоведам, химикам или, банально, переводчикам нет, надо самому освоить все науки и все языки?

Кстати, Илья Герасимов сам не так давно отправлял образцы известняка в некую лабораторию МГУ, а публикуя результаты, упомянул «рентгенодифракционный анализ», и хотя написал это словосочетание без ошибок, вряд ли глубоко вникал в хитрости методики. Неужели вы, уважаемый Илья, уверовали в рентгеновскую дифракцию?

=================

Прежде чем Илья Герасимов выпустит видео про «загар известняка», возможно, ему полезно будет прочитать вот этот комментарий геолога Анны Клочко. Слепо верить тому, что пишет специалист, конечно, не нужно, но ознакомиться не помешает.

Анна Клочко, к. г.-м. н.:

«На известняке могут образовываться очень разные типы выветрелого, потемневшего слоя – в зависимости от состава породы, климата, длительности пребывания по поверхности и др.

Одна из причин потемнения известняка: специфическая микробиота, обитающая на камне, но нуждающаяся в воде. Как правило, она не очень любит прямой свет и более развита на затененных участках, но не развивается под землёй. Такую картину мы видим на многих археологических памятниках Малой Азии и Ближнего Востока (Баальбек, Понтийские гробницы, античные храмы).

Другая ситуация – растворение известняка с образованием характерных форм поверхности, подобных тем, что есть на поверхности скал, подверженных природному процессу карста. Иногда архитектурные детали из таких легкорастворимых пород могут полностью терять свой первоначальный облик и форму.

Третья возможность – накопление на поверхности карбонатной породы нерастворимого осадка – глинистых частиц и окислов железа, что делает поверхность неровной, кавернозной, покрытой коркой или натеками охристых оттенков.

Еще один случай – особенно зловредный для памятников из известняка – образование «черной корки». Ей подвержены объекты за пределами аридной зоны, и особенно в современных городах. На поверхности известняка в результате взаимодействия кальцита с атмосферным SO2 образуется слой с гипсом, органикой, сажей, проникающий вглубь породы и разрушающий ее.

Есть и иные способы разрушения карбонатной породы. Например, когда вода не льется сверху, а «поднимается» снизу, из почвы по тонким трещинам и порам, которые постепенно заполняет соль, а многократное повторение ее растворения и кристаллизации – эффективно разрушает породу по мелким трещинам.

Нередко на одном памятнике можно увидеть сразу несколько форм изменения его поверхности.

Определить конкретную причину на глаз, без соответствующих знаний, может быть затруднительно».

=======================================

Кстати, 4 июля в Москве редактор Антропогенез.ру Александр Соколов выступит на форуме «Ученые против мифов» с лекцией «Невозможная точность и медные зубила: раскрывая тайны древних строителей»

Билеты на Форум заканчиваются! »»» Но доступна онлайн-трансляция