Отрывок

- У меня такой вопрос.

- Да.

- Ты же хочешь встретить человека, который тебе положен.. По судьбе. С которым ты сможешь прожить жизнь.

- Это вопрос? Выглядит как ответ на да или нет.

- Вопрос.

- Ну… тогда да. Хочу. Хочу встретить того, кто насовсем.

- А ты никогда не думала… что вот, допустим, его тебе подкидывают.

- Как котенка под дверь?

- Ну допустим. Тебе его подкидывают, а ты его упускаешь. Потому что не готова. К тому, чтобы он пришел.

- Что ты имеешь в виду под “не готова”?

- Ну. Открыться, например. Говорить, что чувствуешь. Не готова не убегать каждый раз.

- А кто сказал, что я убегаю?

Он улыбнулся.  Я не видела - просто почувствовала. 

Я знала, о чем он говорит.

Конечно, я убегаю - я убегала, убегала, убегала. Я убежала от его ответа на мой текст, я убежала, когда он крепко меня обнял, я торопилась попрощаться и снова остаться одна, чтобы найти свои опоры опять и как-то объяснить себе произошедшее.

- Если не убегать, то слишком страшно. Все выглядит как черная дыра, куда ты летишь. Как Алиса. И… контроля нет.

- А где ты видела любовь, чтобы у кого-то был контроль?

- Ну. Должны же быть какие-то правила.

- Да?

Я передернула плечами.

- То есть ты хочешь сказать, что из-за своего поведения я… я не готова к человеку, который… ну. Будет как раз тем, с которым мне .. с которым я должна прожить жизнь?

- Вроде того.

- Звучит… грустно. Безнадежно как-то.

Мы помолчали.

- Я-то всегда думала, что нельзя сказать не то или сделать не то с человеком, который на самом деле твой. Нельзя испортить то, что должно было быть. И , ну… - я замялась. - Что бы ты ни сделал, все равно получится. Потому что некоторые вещи должны. Получиться.

- Ну. 

Молчание.

- У меня просто ощущение, что у тебя.. Закрыто, что ли. Ничего не вырывается наружу. А когда вырывается, ты сразу же убегаешь. И такой стеной это обнесла, что никому не побиться. И мне тоже. 

- А в текстах это видно?

- В текстах это видно. Но люди же не могут общаться текстами. И не могут… ну. Вначале иметь свидание, или разговор, или ссориться, а потом получать письмо с настоящим содержанием того, что там произошло. Понимаешь, о чем я? Говорить надо, когда это происходит, а не потом. 

- Вообще-то. Я написала только одно письмо. Больше не писала.

- Да не в письмах дело! Просто… пусти меня туда. Если хочешь, чтобы у нас что-то было, тебе надо пустить меня туда.

- В свою пещеру страсти?

- Пошла нафиг.

Я рассмеялась. Лежа на спине, смеяться было неудобно, но я рассмеялась все равно. Лежала там и хрипло хихикала, и даже похлопала себя пару раз по животу.

- А ты меня пустишь?

- Куда?

- Ну. Типа ты не делаешь то же самое?

- Все это делают. - он вздохнул. - Но такой жесткий фильтр и такое… желание скрыть, что на самом деле происходит, я первый раз вижу. Людей обычно прорывает. Девушек особенно. А тебя не прорывает, Марта. У тебя все уходит внутрь, в какую-то черную дыру, где ты все топишь. И никто ничего не знает. Потому что ты просто уходишь. И все.

- А тебе надо, чтобы я рыдала и орала тебе в лицо, что я о тебе думаю?

Он усмехнулся.

- Было бы интересно.

- Интересно? Интересно было бы увидеть меня в истерике?

- Интересно было бы увидеть, как ты теряешь контроль.

- Это мне уже говорили.

- Почему я не удивлен?

- Применительно к сексу.

- А.

- Ага. Мне постоянно говорят “ты такая собранная, интересно посмотреть, как ты теряешь тормоза”. И подмигивают. Типа, наверное, я такая бешеная бестия без одежды, просто они еще не видели.

Молчание.

- Спасибо, что не спрашиваешь, правда ли я бешеная бестия без одежды.

- А ты и тогда почти наверняка контроль не теряешь.

Этого я не ожидала.

- А ты откуда знаешь?

- Шестое чувство. Но я, видимо, первый заметил, что и в одежде все примерно так же.

Я вздохнула.

- Это, наверное, какая-то внутренняя сборка. Конфигурация. Такое нагромождение деталек, и я боюсь, что если вытащишь одну детальку, то вся конструкция обвалится к чертям. Ну или… типа того.

- Надо держать безумие под контролем? Или чтобы было что в тексты вливать?

- Ну вот. Ты, как писатель, меня понимаешь.

- Потому что я такой же.

- Тоже контролируешь все?

- Неа. Мне необходимости нет. Но я же вижу людей. Наблюдаю за ними. Если видеть только себя, сама знаешь, ничего хорошего не напишешь. А я вижу тебя. И вижу, что ты делаешь. 

- Иногда у меня чувство, что никто меня не видит. - пожаловалась я. - Все на меня смотрят, знаешь. В кофе шопе, в офисе, пациенты, посетители. Я же постоянно там. Но никто меня не видит. Понимаешь? Сотни людей здороваются со мной каждый день, и никто меня не видит. Изнутри. Какая я.

Бабушка меня видела, хотелось мне добавить. Но я не хотела говорить это вслух.

Бабушка видела меня, Марту, и видела куда глубже, чем я позволяла кому-либо посмотреть, и видела даже то, что я никому не показывала. Особенно то, что я никому не показывала. Бабушка  видела все мое вранье, все мое притворство, бабушка никогда не верила тому, что я ей показывала, если то, что я показывала, было неправдой. А, когда ее не стало, не стало больше никого, кто знал меня так же, как она. И не только знал - так меня видел.

И знал ту, другую, часть меня.

- Я тебя вижу.

Он произнес это тихо.

- Или, во всяком случае, пытаюсь разглядеть. Я не ясновидящий, мысли твои читать не могу, но кое-что, что ты пытаешься скрыть, я чувствую. Отсюда и видение… чуть больше, чем на поверхности.

- Меня давно никто не видел.. Чуть больше, чем на поверхности.

- Ну, спасибо за комплимент.

Я не знала, комплимент это или нет.

- И твой текст помог. Тебя увидеть, я имею в виду. Без него было бы ни черта не понятно.

- А с ним понятно?

- Просто без него я думал, что ты такая слегка… двухмерная. А потом, когда ты его прислала, появилось… ну. Третье измерение, что ли.

- Спасибо за комплимент.

- Ха. 

Он усмехнулся в темноте.

- Туше. 

- Прямо в грудь.

У меня было чувство, что он попытается повернуться и прижать меня к себе. Поэтому я, как была, осторожно придвинулась к нему поближе и положила голову ему на грудь. Мне было слышно, как бьется его сердце. Гулко стукает - бум, бум, бум. Спокойно. И моя голова ничего не поменяла - ритм, насколько я могла судить, не убыстрился.

- Говорить правду всегда проще, Марта. Даже если кому-то она не понравится. Говорить, что думаешь.

- И со сколькими людьми ты поссорился потому, что говоришь, что думаешь?

Его грудь поднялась и опустилась.

- С кучей. С родителями. С семьей. С… да со всеми.

- И ты не жалеешь?

- Нет.

- Это же страшно, нет? Рисковать быть собой и потерять… других?

- Я не смотрю на это как на страх.

- А если ты в итоге останешься один?

- Я уже остался один.

- Ну… сейчас ты не один.

Молчание.

Потом он медленно провел пальцем по моим волосам. Это было легкое касание, почти незаметное, почти как случайно коснуться чего-то. Но его не хотелось стряхнуть. Это было приятно.

- Флиртуешь со мной, Марта?

- Ну. Я лежу с тобой на твоей же постели и мы разговариваем о том, как быть более открытым с человеком, который тебе предназначен. Если он… ну. Есть.

- Так ты флиртуешь или нет?

- Да. - ответила я вдруг, неожиданно сама для себя. - Да!

- Ну вот. - его голос звучат удовлетворенно. - Хоть над этим тебе не надо думать, чтобы дать правильный ответ.

Я не могла понять, шутит он или нет. Поэтому просто улыбнулась и стала слушать его дыхание. Вдох и выдох. Вдох и выдох. Вверх и вниз. Он ничего не говорил, и я ничего не говорила, в комнате как будто становилось все темнее и темнее, черный воздух наваливался на нас и сгущался под потолком. В конце концов он наверное, сгустился совсем, потому что я заснула.