Отправитель: неизвестен. Глава 4.
michaelis4 апреля 2024 года.
Сузука, Япония.
Последнее письмо не выходило у Макса из головы почти весь перелёт.
«С гонкой ты справишься сам.
А с этим — нет».
Фраза была достаточно короткой, чтобы запомниться с первого раза, и достаточно бессмысленной, чтобы продолжать раздражать даже спустя несколько часов.
Ещё совсем недавно Макс решил бы, что речь идёт о машине, стратегии или очередной проблеме внутри Red Bull. Возможно, несколько раз перечитал бы письмо, попытался найти скрытый намёк, а потом всё равно отложил телефон до начала уик-энда.
Теперь подобное не работало.
С гонкой, как любезно сообщил неизвестный отправитель, Макс должен был справиться сам. Следовательно, под загадочным «этим» подразумевалось что-то другое. И, учитывая последние письма, вариантов оставалось не так много.
Вернее, оставался один.
Шарль Леклер.
Макс не понимал, почему это имя в последнее время стало появляться в его почте с такой настойчивостью. После Джидды отправитель словно решил, что побед, поулов и исправно работающей машины недостаточно, и начал методично вмешиваться ещё и в его отношения с пилотом Ferrari.
Сначала предложил задержаться после практики.
Потом заставил написать.
Затем — пригласить выпить.
Каждый совет выглядел немного странно ровно до того момента, пока Макс его не выполнял. После этого выяснялось, что Шарлю действительно была нужна компания, разговор или несколько часов, в течение которых никто не спрашивал о Ferrari, Алекс и том, почему очередная гонка закончилась не так, как хотелось.
Пожалуй, именно это настораживало сильнее всего.
Неизвестный отправитель не просто знал будущее.
Он, похоже, разбирался в людях лучше Макса.
Впрочем, последнее было не слишком серьёзным достижением. Сам Макс никогда не считал себя особенно внимательным к чужим переживаниям. Если человеку было плохо, самым логичным решением казалось либо исправить причину, либо оставить его в покое. Долгие разговоры, намёки и попытки угадать, что именно скрывается за очередным «всё нормально», всегда представлялись неоправданно сложным способом решить проблему, которую можно было изложить двумя предложениями.
С Шарлем почему-то всё работало иначе.
В тот вечер в баре он сначала выглядел так, будто пришёл просто выпить и немного отвлечься. Через час уже смеялся, рассказывал истории из картинга и спорил с Максом о совершенно бессмысленных вещах. А когда они вышли на улицу, поблагодарил его с такой искренностью, словно Макс сделал что-то значительно более важное, чем заказал два бокала виски и позволил несколько часов жаловаться на жизнь.
С тех пор они действительно стали общаться чаще.
Ничего необычного в этом вроде бы не было. Они знали друг друга слишком давно, чтобы внезапная переписка выглядела чем-то из ряда вон выходящим. И всё же раньше их разговоры почти всегда заканчивались вместе с гоночным уик-эндом. Теперь Шарль мог прислать сообщение вечером, фотографию утром или совершенно идиотскую шутку посреди дня, не объясняя, почему вообще вспомнил именно о нём.
***
Паддок Сузуки встретил Ферстаппена прохладным воздухом, привычным шумом и цветущими деревьями, которые каждый год заставляли фотографов ненадолго забыть о существовании гоночных машин.
К четвергу всё вернулось в обычный ритм. Команда обсуждала программу практик, журналисты пытались найти новые формулировки для старых вопросов, а инженеры Red Bull по-прежнему не могли договориться, насколько серьёзно Австралия должна повлиять на дальнейшую работу.
Сам Макс гораздо чаще вспоминал не сход.
Он ждал нового письма.
Осознание этого пришло внезапно и понравилось ему не особенно. Несколько недель назад каждое уведомление вызывало раздражение, затем настороженность, а теперь отсутствие писем начинало казаться странным. Будто из расписания уик-энда пропал один из обязательных пунктов.
Сообщение появилось поздно вечером.
Макс сразу открыл его.
Отправитель: неизвестен
Тема: Япония.
Вторая практика почти ничего не даст. Не меняй настройки только из-за неё.
В Q3 первая попытка будет быстрее второй.
После второго пит-стопа Леклер окажется впереди. Не торопись. Обгонишь его в первом повороте.
И ещё.
Можешь сколько угодно издеваться над Шарлем, но когда после гонки он тебя пригласит куда-нибудь — не отказывайся.
Макс задержался на последних строчках.
Неизвестный отправитель снова говорил о событии, которого ещё не произошло, с раздражающей уверенностью человека, заранее знающего не только результат гонки, но и чужие намерения.
Макс нажал «Ответить».
«Куда он меня позовёт?»
Сообщение исчезло.
Ответ появился через несколько минут.
Отправитель: неизвестен
Тема: Япония.
Неважно. Просто соглашайся.
Макс покачал головой.
Иногда складывалось впечатление, что человек по ту сторону экрана специально выбирает такие ответы, после которых вопросов становится только больше. Возможно, это было единственное развлечение, доступное людям, научившимся отправлять электронные письма в прошлое.
Макс положил телефон на тумбочку, выключил свет и ещё некоторое время лежал, глядя в темноту.
Нормального объяснения происходящему у него по-прежнему не было. Отправитель не мог просто знать результаты гонок. Он знал, что скажет Шарль, чего захочет и в какой момент решит пригласить Макса неизвестно куда.
Наверное, следовало сильнее задуматься именно об этом.
Вместо этого Макс поймал себя на совершенно другой мысли.
Ему стало любопытно, что именно предложит Леклер.
***
Вторая практика действительно почти ничего не дала.
Небо несколько часов не могло определиться, собирается ли устроить нормальный дождь или просто испортить всем рабочую программу. Трасса оставалась слишком влажной для сликов и недостаточно мокрой для полноценных заездов на промежуточных шинах. Большую часть сессии пилоты провели в гаражах, наблюдая за мониторами и людьми, которые с очень серьёзными лицами пытались найти смысл в погоде.
Макс воспринял это спокойно.
Письмо предупреждало не менять настройки из-за бесполезной практики, и он не стал спорить с инженерами, когда те предложили сохранить выбранное направление.
Раньше очередное совпадение заставило бы его открыть почту и ещё раз убедиться, что всё было предсказано заранее.
Теперь же внимание упрямо возвращалось к последней части сообщения.
Шарль за весь день ничем не выдал своих намерений.
Они несколько раз пересеклись в паддоке, коротко поговорили после обязательных интервью и успели поспорить о том, насколько бесполезной оказалась практика. Леклер вёл себя совершенно обычно: улыбался, жаловался на машину и убеждал Макса, что Ferrari ещё способна испортить Red Bull воскресенье.
Никаких приглашений.
Никаких намёков.
Макс не то чтобы ждал…
Просто очень внимательно замечал их отсутствие.
***
Квалификация сложилась для них совершенно по-разному.
Макс взял поул, причём именно первая попытка в Q3 осталась лучшей. Второй круг получился медленнее, но необходимости улучшать время уже не было.
Шарль оказался только восьмым.
После сессии Макс несколько раз видел его в медиазоне. Леклер отвечал журналистам спокойно, но по выражению лица было понятно, что собственным результатом он не доволен. Своё раздражение Шарль обычно прятал хорошо, однако Макс слишком часто наблюдал за ним после неудачных квалификаций, чтобы не различать привычную вежливость и желание поскорее закончить все разговоры.
Они столкнулись у выхода.
— Восьмой? — спросил Макс, хотя прекрасно видел таблицу результатов.
Шарль медленно повернул к нему голову.
— О, ты заметил? Спасибо.
— Решил убедиться, что ты тоже.
— Как заботливо.
— Стараюсь поддержать тебя в трудный момент.
Леклер посмотрел на него ещё несколько секунд, а затем всё-таки усмехнулся.
— Наслаждайся, пока можешь.
— Собираешься завтра обойти семь машин?
— Для начала хотя бы одну.
— Разумный подход. Не стоит сразу требовать от Ferrari слишком многого.
Шарль тихо рассмеялся и покачал головой.
Макс ожидал, что на этом разговор закончится, но Леклер почему-то не ушёл. Несколько секунд он стоял рядом, словно решая, стоит ли продолжать.
— После Японии сразу вернёшься в Монако? — наконец спросил он.
Последняя строчка письма всплыла в памяти настолько быстро, что Максу пришлось сдержать улыбку.
Вот оно.
Или ещё нет…
— Возможно.
— Очень определённый ответ.
— А зачем тебе знать?
Шарль слегка прищурился.
— Просто спросил.
— Ты редко спрашиваешь что-то просто так.
— А ты, оказывается, внимательно за мной наблюдаешь.
Реплика прозвучала легко, почти шутливо, однако Макс на мгновение замолчал.
Он действительно наблюдал.
Не специально. Во всяком случае, ему так казалось.
Просто за последние недели Шарль слишком часто оказывался рядом, и не заметить этого было сложно.
— Приходится, — ответил Макс. — Для собственной безопасности.
— О, вот как?
— С тобой никогда не знаешь, чего ждать.
Шарль улыбнулся, но уходить всё ещё не спешил.
— После гонки скажу, зачем спрашивал.
— То есть всё-таки не просто так?
— До завтра, Макс.
Леклер развернулся и пошёл в сторону моторхоума Ferrari, оставив вопрос без ответа.
Макс проводил его взглядом.
У Макса появилось ощущение, что его тайный благодетель и монегаск иногда действуют заодно…
***
Гонка началась дважды.
Первый старт закончился столкновением Риккардо и Албона, красными флагами и возвращением всего пелотона в боксы. При повторной процедуре никаких сюрпризов уже не произошло. Макс сохранил лидерство и довольно быстро начал увеличивать отрыв.
После хаоса Австралии подобная гонка ощущалась почти успокаивающе.
Машина делала именно то, чего он от неё хотел. Стратегия не требовала рискованных решений, темп оставался стабильным, а ДжиПи звучал в наушниках так спокойно, будто предыдущего этапа вообще не существовало.
Шарль тем временем ехал по альтернативной стратегии и оставался на трассе значительно дольше большинства соперников. После второго пит-стопа Red Bull Макс действительно оказался позади Ferrari.
Он увидел красную машину впереди и почти сразу вспомнил письмо.
«Не торопись.
Обгонишь его в первом повороте.»
Макс не собирался слепо ждать заранее обещанного момента. На трассе подобная роскошь обычно заканчивалась потерянными секундами или внезапной атакой сзади. Но разница в состоянии шин была слишком большой, и уже на выходе из последней шиканы стало понятно, что Шарль долго не продержится.
Ferrari сместилась, закрывая внутреннюю траекторию.
Макс остался снаружи.
Торможение получилось поздним и достаточно точным, чтобы пройти первый поворот впереди, не оставив Шарлю возможности ответить в следующей связке.
— Хорошая работа, — прозвучал голос ДжиПи.
Макс усмехнулся под шлемом.
— Да. Неплохо.
Он ожидал, что после гонки именно этот момент вызовет обычную волну вопросов о шинах, риске и том, насколько близко они находились друг к другу.
Не ожидал только реакции самого Шарля.
***
Макс уже закончил первое интервью и собирался вернуться к команде, когда услышал собственное имя.
Леклер стоял в нескольких метрах и отвечал журналисту на вопрос о стратегии Ferrari. Стартовав восьмым, он сумел добраться до четвёртой позиции и был заметно довольнее, чем после квалификации.
— Я понимал, что долго удерживать Макса не получится, — говорил Шарль. — У него были намного свежее шины и большое преимущество в темпе. Он отлично выбрал момент и провёл очень чистый обгон. Он был очень хорош сегодня.
В самой похвале не было ничего необычного.
Они оба достаточно давно выступали в Формуле-1, чтобы спокойно признавать хорошо выполненную работу соперника. Шарль никогда не пытался сделать вид, будто удачная атака переставала быть удачной только потому, что провели её против него.
Но сейчас он говорил с каким-то почти детским удовольствием.
Словно обсуждал не человека, который только что отобрал у него позицию, а любимый эпизод гонки, который собирался пересматривать вечером.
Макс невольно задержался.
Шарль заметил его прежде, чем успел закончить ответ.
И улыбнулся.
Не той улыбкой, которой обычно сопровождались интервью и обязательные фотографии. Эта была адресована только ему — тёплая, открытая и почему-то слишком довольная.
Макс слегка приподнял брови.
Леклер ответил едва заметным пожатием плеч, словно ничего странного не произошло, и снова повернулся к журналисту.
Макс пошёл дальше, но остаток интервью продолжал звучать в голове.
Возможно, ему просто показалось.
После последних писем он вообще начал обращать на Шарля слишком много внимания.
***
Предложение прозвучало вечером, когда большая часть обязательной работы уже закончилась.
Макс разговаривал с одним из инженеров возле моторхоума Red Bull и заметил Шарля не сразу. Тот стоял в стороне, листал что-то в телефоне и явно ждал, пока разговор закончится.
Это тоже было новым.
Раньше Леклер либо вмешался бы, либо просто ушёл, решив написать позже. Теперь почему-то остался.
— Ну? — спросил Макс, когда инженер наконец попрощался.
Шарль поднял взгляд.
— Что?
— Ты собирался что-то предложить.
На лице Леклера мелькнуло удивление.
— Ты запомнил?
— Это было вчера, а не десять лет назад.
— Иногда с тобой сложно понять разницу.
Макс улыбнулся.
— Так что ты хотел?
Шарль убрал телефон в карман.
— Мы собираемся на пару дней выйти на яхте. Ничего серьёзного. Карлос, Пьер, Ландо и, возможно, Оскар, если Ландо не успеет довести его до нервного срыва. Я подумал, что ты тоже можешь приехать.
Макс уже знал, что согласится.
Письмо не оставляло особенного выбора, хотя сейчас оно было далеко не единственной причиной…
После вечера в баре мысль снова провести время с Шарлем не казалась ему странной. Наоборот, приглашение выглядело вполне логичным продолжением их внезапно участившегося общения.
И всё же согласиться сразу было бы слишком просто.
— На сколько?
— На два дня.
— Кто готовит?
— Не ты.
— Уже неплохо. Алкоголь будет?
— Конечно.
— Нормальный?
Шарль закатил глаза.
— Нет, Макс. Я специально куплю самое дешёвое вино в Монако, чтобы испортить тебе отдых.
— Хорошо, что предупредил. А спать где?
— На яхте есть каюты.
— Кондиционер работает?
Леклер несколько секунд смотрел на него с выражением человека, который медленно пересматривает своё решение, которое привело к этому разговору.
— Макс, блять.
Ферстаппен не выдержал и рассмеялся.
— Ладно. Я приеду.
— Правда?
Радость в голосе Шарля прозвучала чуть заметнее, чем следовало бы для обычного приглашения в компании ещё нескольких друзей.
Макс это услышал.
И снова ничего не сказал.
— Правда.
Шарль улыбнулся.
— Хорошо.
— Ты выглядишь слишком довольным.
— Просто не ожидал, что ты согласишься.
— После пятнадцати вопросов?
— Я уже начал думать, что ты просто издеваешься.
Шарль ненадолго замолчал, а затем сделал шаг ближе.
Расстояние между ними и до этого было небольшим, но теперь Макс слишком отчётливо ощущал близость Шарля: тепло его дыхания, случайное движение плеча и лёгкий запах, смешавшийся с вечерним воздухом. Макс поймал себя на том, что делает вдох чуть медленнее и глубже.
— Возможно, — тихо ответил Макс.
Пальцы Шарля легко коснулись его предплечья и задержались там на мгновение дольше, чем требовала обычная дружеская беседа.
После этого Шарль спокойно убрал руку.
— Напишу тебе время.
Он ушёл прежде, чем Макс успел что-то ответить.
Прикосновение было настолько коротким, что при желании его можно было не заметить.
Ещё некоторое время он стоял возле моторхоума, глядя вслед красной футболки Ferrari и пытаясь понять, когда именно обычные разговоры с Леклером начали оставлять после себя столько вопросов.
В этот момент появилось новое уведомление.
Отправитель: неизвестен.
Макс открыл почту.
Отправитель: неизвестен
Тема: отсутствует
Я же говорил.
Макс посмотрел на сообщение и невольно усмехнулся.
Потом нажал «Ответить».
«Да, да…»
Макс почти не сомневался, что человек по ту сторону экрана сейчас очень доволен собой.