Отец не передал секрета

— Отец секрет меди колокольной знал. Умирал — мне передал! Его никто… никто его больше не знает!

Врёт, как мы знаем.

Это слова юноши-победителя в исполнении Николая Бурляева. «Андрей Рублёв», киноновелла «Колокол».

Вспомним сюжет. Страна, потерявшая всë и вся. Даже литейщик, единственный в округе, и тот помер. Но великий князь поручил отлить колокол, и заказ отдают сыну умершего Бориске — не особо веря в исполнение проекта.  

Невнятный странный юноша берётся за дело. Закипает работа. Отлит колокол, и — каким-то чудом — он звонит.

— Отец, змей старый, так и не передал секрета. Помер, так и не передал. В могилу утащил, жила рваная... — признаётся ошеломлённый Бориска.

Что в действительности происходит на экране — загадка. Разгадка к ней укладывается всего-навсего в одно слово (собственно, это слово уже произнесено: «чудо»). Но ведёт ли такой простой ответ хоть к чему-нибудь? 

По версии Николая Бурляева, «Колокол» — это ещё и «фильм о фильме», метафильм. Молодые киноделы Андрей Тарковский и Андрон Кончаловский взялись за немыслимое — создание киноленты о величайшем иконописце. В преимущественно атеистической стране. 

Конечно, называть Советский Союз «бездуховным» и «богоборческим» невероятно пошло. В конце концов, именно Сталин, а не Николай II вернул институт патриаршества. Не всё так просто, как хотелось бы людям, лепящим из советского вражеское. 

(А то ведь и советский фильм «Андрей Рублёв» придётся того... сбрасывать с корабля современности)

Однако и кинотрадиции, которой можно было бы наследовать в процессе создания фильма, у Тарковского и Кончаловского, видимо, не имелось. И каким-то чудом был снят шедевр мирового киноискусства. 

Тогда получается, что «Рублёв» — это ещё и русские «Восемь с половиной». Только в разы сильнее.

И творец не даёт маху, как у Феллини: сотворяет, а не вытворяет. 

Предположение. Может быть, в «Рублёве» закодирован секрет русской Победы? 

Наверное, не всякой. 

Великую Отечественную мы выиграли как мощнейшая организованная система, простроенная как на идейном, так и на военно-промышленном уровне. 

Но как-то часто так бывает, что мы совсем уж учимся на лету. Не имея поддержки предыдущих поколений. 

«Отец так и не передал секрета...»

Вот разве сейчас по-другому?

Знакомые парни прямо сейчас осваивают управление FPV-дронами и другие военные специальности. Их не готовили, они сами не готовились и вообразить такого не могли. 

Так же с информационной войной. Вспомнить первые месяцы СВО...

Но ничего, учимся. И, судя по всему, победим. 

Ни в коем разе бы не стал сводить вышеописанное к известному русскому «авось». Такое сведение является абсолютно разрушительным шагом и должно быть немедленно отвергнуто. «Слышу звон, не знаю где он...»

Кстати, о звоне. 

«Андрею Рублёву» и мальчику-литейщику предшествует другой мальчик — из «Иванова детства».

Вспомните — Иван там сам бьёт в колокол. И он тоже «звонит по тебе».

Тарковский этого не проговаривает, но действие происходит на Днепре. 80 лет назад, в 1943 году. Впереди — освобождение Киева.

В «Рублёве» просыпается Русь. В «Ивановом детстве» мы прогоняем злого врага — нациста — с нашей земли.

— Видишь, как получилось?... Какую радость сотворил, а ещё плачет?..

Читайте также: Z побеждает смерть. Колонка Дмитрия Красноухова

@urallive