остановка, блеск и зонтик
зарисовочка по минсонамГромкий топот ног по асфальту, сбитое дыхание и постоянно проносящиеся мимо машины – обычное начало дня вечно опаздывающего парнишки. Ведь так жить гораздо веселее, не правда ли?
— Лишь бы успеть на этот чёртов автобус! — проносилось раз за разом в голове Джисона, пока тот бежал из дома к остановке.
Остановка эта была непростой, она была самой лучшей. И если бы вам сказали, что раннее утро и толкотня в автобусе способны поднять настроение на весь день – вы бы не поверили. А Джисон верил и знал, поэтому мчался со всех ног к заветному месту.
— Успел всё-таки... — тяжело дыша, произнёс Джисон, забегая в автобус.
Расплатившись, он направился снова только к одному месту – сиденью у окна в середине автобуса. Было в нём что-то такое, что заставляло его сердце трепетать от волнения, а дыхание – сбиваться.
Но всё было гораздо проще: он был влюблен.
Автобус тронулся, оставляя одинокую остановку ждать его возвращения. Джисон сидел и смотрел на быстро сменяющиеся здания, деревья и машины за окном. Сеул был очень красив в осеннее время, когда листья с золотым отливом разносились по улицам, взмывая вверх, а затем и вовсе падали на землю. Обычные прохожие не замечали всей этой прелести, потому спешили по своим делам, не оставляя места для красоты и вдохновения в своём сердце.
Капли дождя постепенно скатывались по стеклу с обратной стороны автобуса, вгоняя мысли Джисона в мелонхолию. Указательным пальцем левой руки он небрежно выводил сердечко на окне с внутренней стороны. Разозлившись на неудавшийся рисунок, он подул на него, а затем стёр тыльной стороной ладони. За стеклом всё казалось таким серым и пасмурным, таким мрачным и одиноким, что уже ничего не смогло бы поднять настроение. Быть может, сегодня всё шло не по плану?
Двери автобуса открылись, и в салон вошёл высокий брюнет в сером пальто с черной сумкой в руке. Он направился в сторону Джисона и схватился рукой за поручень прямо над ним. Данное действие заставило сердце биться ещё чаще, а глаза – подняться наверх. Выточенный профиль лица, мягкий вздернутый носик, шоколадного цвета глаза, длинные пушистые ресницы и пухлые губы – идеал Джисона, который вечно опаздывает.
Именно этот парень был причиной вечной спешки и быстрых сборов по утрам, именно он поднимал лишь своим одним присутствием настроение... Джисон влюбился в незнакомца из автобуса, имя которого он даже не знал и боялся спросить. Каждый раз язык будто немел, а рот просто не открывался. Оставалось просто молча пялиться на предмет воздыхания, а затем уводить взгляд в сторону и делать вид, что ничего не было.
Трус? Возможно, но Джисон этого и не отрицал, очень тяжело признаваться в чувствах, особенно себе, когда кто-то нравится. И каждый день ему просто приходилось ездить с этим красивым парнем в автобусе, разглядывать давно уже изученный и запомнившийся наизусть профиль. Если бы Джисона спросили: каким блеском пользуется тот незнакомец, тот он бы без промедления ответил, что светло-розовым с запахом клубники. Просто он сам купил такой, наверное, после первой встречи. На вкус, конечно, не пробовал, а хотел бы. По-другому хотел.
Остановки сменяли друг друга, Джисон всё так же незаметно пытался разглядывать мирно стоящего над собой парня, который смотрел в окно и почему-то изредка улыбался. Эти ямочки на щёчках, острые скулы и падающая на глаза чёлка – всё это сводило с ума и заставляло неотрывно смотреть. А Джисон в этот момент и не думал о том, что его могут спалить – ему было всё равно.
Иногда их взгляды сталкивались, и парень в сером пальто старался как можно дольше удерживать зрительный контакт, заставляя внутреннего ребёнка Джисона лепетать от удовольствия и краснеть, отворачивать голову к окну и нервно теребить пальцами ручку портфеля.
Такое утро продолжалось уже три месяца. Каждый день Джисон торопился именно на этот автобус, каждый раз он не успевал позавтракать, лишь бы добежать до остановки. И каждый раз он утопал в чужих глазах, которые уже давно были не против ответить взаимностью. Вот только Джисон не замечал скользящий взгляд по его лицу: румяным щечкам, пухлым потрескавшимся губам, темно-карим глазам, излучающим свет и окутавающим душу. Взаимность исходила от них обоих, только вот никто не решался сделать шаг.
Джисон хотел уже первым предложить познакомиться, но ему не хватало смелости. Он был очень скромным и добрым парнем, который не гнался за популярностью среди другой молодёжи. Но, признаться честно, этот "знакомый" незнакомец заставлял его думать совсем не о правильных вещах. Фантазии его уносили, представляя, как тот парень зажимал его крепко в своих объятиях и кусал нежно за ушко, спускаясь вниз по шее, выцеловывая каждый сантиметр кожи, мазал своими губами по щекам, а затем впивался в рот, жадно скользя языком по нёбу, вылизывая и причмокивая. Чувствствовался вкус того самого блеска с клубникой – крышесносно. Джисон покраснел и, смотря в окно, нервно вздохнул. След от рисунка уже пропал, как и он сам в своей глупой и детской влюблённости.
— Может, уступите место, а то мне очень тяжело стоять с сумками, — донесся женский голос где-то рядом.
Джисон, словно выходя из транса, тут же подскочил с места. Автобус резко затормозил, и он всем своим телом припечатался в чужое... наверное, уже родное, хорошо изученное тело. Пальто оказалось очень мягким, а под ним чувствовались крепкие накаченные мышцы – ещё один плюс в копилку.
Автобус тронулся, и Джисон было хотел отстраниться, как на его талию легли руки и притянули обратно. От такой неожиданности его щеки покрылись румянцем, он поднял голову, а в него уже врезались шоколадного цвета глаза. Сердце сделало сальто назад, кувырок через себя и разбилось на миллион кусочков. Чёрт, этот парень такой красивый, неземной. Джисон втрескался по уши, и это окончательно. Земля уходила из под ног, а путь к кислороду давно был перекрыт.
— Я... я... в порядке, м-м-можете отпустить. П-п-простите, я случайно... — начал оправдываться Джисон, глядя парню в глаза и стараясь скинуть чужие руки с талии. Не хотелось этого делать, если честно.
Запах дорого парфюма вбивался в нос и расстекался по лёгким, сладко оседая в самом низу. Глаза напротив сверкнули огнём, а губы расстянулись в кошачьей улыбке. Потрясающе. Ещё немного, и Джисон точно забудет о том, что нужно периодически дышать, чтобы не упасть от недостатка воздуха.
— Помолчи, прошу, — еле слышно, почти шёпотом, прозвучало над ухом.
Чужое дыхание приятно обжигало нежную кожу, заставляя прогибаться и таять в руках. Стало очень тесно и жарко. Только был вопрос: а где именно? Щёки Джисона стали уже пунцовыми, на лбу появилась испарина, а глаза всё так же смотрели на чужие пухлые губы. Тот самый клубничный блеск, наверное.
Дело – дрянь, выходить уже на следующей остановке, а "выходить" из крепких чужих рук не хотелось. Тепло, приятно и комфортно. Но есть одно но: слишком долго они стояли прижатыми друг к другу, и никто не хотел прекращать этот тесный контакт. Секунды казались часами, которые хотелось перевести в вечность.
Чёрт, пора. Остановка Джисона.
Не успел он что-то произнести, как хватка на талии ослабла и его освободили из кольцевого плена. Чужие глаза уже смотрели в сторону, послышалось томное дыхание и напоследок:
— Твоя остановка, тебе пора, — слышал уже Джисон не очень разборчиво, выбегая из салона автобуса.
Дождь всё ещё шёл, капли нежно растекались по лицу, попадая на губы, глаза и лоб. Джисон смахивал их рукой, осторожно проходясь пальцами по горящим от смущения щекам. Он остановился, глубоко вздохнул и выдохнул. Свежий дождевой воздух ударил в нос, приводя в сознание. Если честно, то хотелось рвать на себе волосы от злости на себя: опять не спросил имя, снова струсил. Молодец, просто, блять, молодец!
Вдруг дождь будто прекратился. Однако были странные ощущения, потому что капли стучали уже будто по ткани сверху. Глаза стали нервно бегать по сторонам, а затем поднялись вверх – над ним был чёрный зонт.
— Ли Минхо, — слегка хриплым, но ласковым голосом прошлись по слуховым перепонкам. Блять, этот голос такой красивый, вот если бы это был...
— Блять, — Джисон прикрыл рот правой рукой, когда обернулся в противоположную сторону. — Я не это имел ввиду... блять, прости, — невинный взгляд скользнул по лицу напротив – ему действительно было стыдно.
Минхо сделал шаг вперёд и улыбнулся. В его глазах снова забегали огоньки, но уже очень опасные, дикие, говорящие о желании.
— Джисон, я Хан Джисон, мне приятно... — не успел он закончить фразу, как его губы были перехвачены чужими пухлыми и мягкими.
Крышу снесло напрочь. Напор увеличивался всё сильнее, заставляя стонать от переизбытка эмоций. Капли дождя стали оседать на лице, смешиваясь с поцелуем и клубничным блеском. Свободная рука Минхо переместилась на тонкую чужую талию, притягивая ближе к себе и увлекая в ещё более глубокий поцелуй. Их языки сталкивались с огромным напором. Минхо вылизывал чужой рот, заставляя Джисона стонать в губы и прогибаться под натиском его грубой хватки. Блять, четыре месяца назад они и мечтать об этом не могли, но сейчас было так всё равно, сейчас существовали только они одни.
Руки Джисона окольцевали чужую шею. Он жалобно постанывал, нежно посасывая нижнюю губу, а затем снова впивался в рот, не размыкая поцелуй. Минхо дразнил его, кусая за кончик языка, нежно поглаживая по пояснице. Целоваться под зонтом в дождливый день – романтика. Мурашки по коже так и бегали от контраста температуры разгоряченных тел и холодных капель дождя.
— Дикий малыш, — вскользь отметил Минхо, когда Джисон всё-таки отстранился, чтобы перевести дыхание.
В глазах бушевало неистовое пламя, способное сжечь всё на своём пути. Это завораживало и отталкивало одновременно. Минхо даже не на шутку испугался, но ему понравилось целоваться с Джисоном. Если честно признаться, то он давно уже влюблён в этого вечно опаздывающего мальчишку с раскрасневшимся лицом и искусанными от поцелуя губами. Очень красивый и милый, хотелось всегда быть рядом и защищать его.
— Я хочу ещё, — почти был похож на щеночка, когда жалобно хныкал и ластился к губам.
— Следующий раз на следующей остановке, а теперь иди на учёбу, сладкий, — протянул Минхо, — и на сей раз я прощаю твою невнимательность, — от достал из сумки какой-то флакон и протянул его Джисону.
— Это же... — он взял предложенный ему предмет. Джисон не понимал, что происходит, поэтому в недоумении смотрел на Минхо, но в ту же секунду догадки сами поползли в голову. Чёрт, это был блеск со вкусом малины. Он перепутал флаконы при покупке и всё это время думал о клубнике на чужих губах. Стыдно, очень. Запахи в автобусе вечно смешивались, поэтому было трудно уловить что-то похожее на память. Зато теперь он как следует распробовал на вкус.
— За тобой должок – свидание, встретимся сегодня здесь же после твоих занятий, — крикнул Минхо, забегая в следующий автобус.
Они оба уже опаздывали, но так плевать, если честно. Джисон, словно витая в облаках, напевал песенку о любви и трогал свои раскрасневшиеся губы. Минхо, как влюблённый подросток, еле дышал, думая об этом прекрасном ангеле с пухлыми щёчкмии и тёмными волосами и об их следующей встрече. Может, в этой утренней остановке было что-то такое особенное, что заставляло сердце биться чаще? Может. И это что-то особенное уже произошло.
Вечером Минхо действительно ждал Джисона на остановке. Чёрный зонт в руке поприветствовал и пригласил спрятаться под ним от всё ещё идущего дождя, который не прекращался весь день.
— Куда пойдём? — задал вопрос Минхо, дабы действительно нужно куда-то переместиться подальше от ливня, желательно туда, где можно перекусить и погреться. Он не рассчитал время и простоял на остановке целый час. Замёрз, но дождался.
Джисон, ничего не ответив, поднялся на носочки и чмокнул того нежно в щёку. Этот жест смутил обоих, поэтому никто не осмеливался посмотреть друг друга в глаза.
— Можем зайти в кафе, оно тут совсем рядом, там очень вкусные пирожные, — проведя языком по верхней губе, Джисон мечтательно вздохнул. Он так давно не ел ничего сладкого, а так хотелось.
Минхо хитро улыбнулся и прищурился, а затем выдал:
— Из вкусного я всё равно выберу только тебя, — на что Джисон прыснул от смеха. — Я пытался вообще-то, не смейся так. Эй, прекрати!
Но Джисон никак не мог остановиться, его смех был такой заливистый и громкий, что Минхо был готов поклясться, что это лучшее, что он слышал за всю свою жизнь, обучаясь в музыкальной школе. Кажется, что тот тоже влюбился по самые уши.
— Окей, идём уже, — Джисон обхватил Минхо за свободную руку и потянул за собой. — Только давай быстрее, пока ты не озяб окончательно, я ещё не готов тебе лекарства покупать, — раздался смешок.
Минхо бы всё отдал, чтобы слышать этот чудный смех каждый день. Пока они шли под зонтом и перепрыгивали через лужи – обойти нельзя, так было неинтересно, – время в целом остановилось. Горячее дыхание иногда обдавало нежную кожу шеи, когда Джисон успевал в перерывах между прыжками коснуться её губами и выдохнуть. Минхо от этого сходил с ума и лишь изредка бил того по упругой заднице.
Сумасшедшие, но они встретили друг друга. И старая, но особенная для них остановка им в этом помогла. А до кафе дойти они не смогли: уселись в автобусе на заднем сиденье и уснули друг на друге, доехав до конечной остановки. К слову, там неподалёку был магазин косметики, где продавались разные вкусные блески для губ...