«Ошибка» (2/2).

Прогулка началась в полной тишине. Но не той неловкой, которая давит, а той, что звенит от невысказанных слов. Они вышли из школьных ворот, и Олли всё ещё держал его за руку. Кими боялся дышать, боялся, что это сон, который закончится, если он сделает лишнее движение.

— Ты всегда такой тихий? — спросил Олли, косясь на него с лёгкой улыбкой. — Или это я тебя так заворожил?

Кими открыл рот, чтобы возразить, но вместо этого выдавил:

— Ты знаешь, что это из за тебя. Ты видел переписку.

Олли рассмеялся — громко, заразительно. У Кими внутри всё перевернулось. Он понял, что готов слушать этот смех вечно.

— Ладно, — сказал Олли, останавливаясь. 

— Давай договоримся. Ты перестаёшь меня фоткать тайком…

Кими залился краской, но Олли поднял палец, останавливая его извинения.

— …а я перестану делать вид, что не замечаю.

— Что? — Кими моргнул.

Олли наклонил голову, и его взгляд стал серьёзнее, теплее.

— Ты думал, я не знал? Кими, я видел, как твоя подруга проходила мимо меня, «разговаривая с кем то по телефону». А когда она заболела, ты стал делать тоже самое. Я видел каждое твоё движение. Просто ждал, когда ты наберёшься смелости подойти.

Кими показалось, что земля уходит из-под ног. Все время он думал, что был незаметен, а Олли всё это время… наблюдал в ответ.

— Так ты… специально стоял недалеко от меня?

— Ага, — Олли ухмыльнулся. — Я даже домашку в всю сделал, знал что ты спросишь. И улыбнулся специально. 

Кими закрыл лицо ладонями и застонал в голос.

— Это жестоко. Ты псих.

— А ты стал бы встречаться с психом? — спросил Олли так буднично, будто спрашивал о погоде.

Кими опустил руки. Сердце колотилось, как бешеное, но теперь в груди было не только смущение. Там разгоралось что-то тёплое, опасное и очень желанное.

— Стал бы, — ответил он тихо. — Если этот псих - ты. 

Олли шагнул ближе. Теперь они стояли в нескольких сантиметрах. Кими мог разглядеть каждую ресницу, каждую родинку на его лице.

— Тогда правило номер два, — прошептал Олли. 

— С сегодняшнего дня ты фоткаешь меня только в открытую. И только меня. Договорились?

— Договорились, — выдохнул Кими.

Олли улыбнулся, но в этот раз улыбка была другой. Не той, что «убивает», как писал Кими в сообщении. Она была нежной, немного застенчивой, и от неё действительно хотелось упасть в обморок, но уже по другой причине.

— А теперь, — Олли отпустил его руку и полез в карман.

— Можно я тебя сфоткаю?

— Зачем? — удивился Кими.

— Чтобы у меня тоже было твоё фото, — сказал Олли, поднимая телефон. 

— Для равновесия. Ты же у меня теперь тоже "само совершенство". Только не красней.

Кими попытался не краснеть. У него не получилось.

Щёлк. Олли посмотрел на экран и довольно хмыкнул.

— Идеально. Теперь ты мой.

Он убрал телефон и снова взял Кими за руку, сжимая пальцы чуть крепче.

— Пошли. Мороженое. Я угощаю.

— А уроки? — машинально спросил Кими.

Олли остановился, посмотрел на него с прищуром и сказал:

— Кими. Уроки давно закончились. Ты забыл? Теперь у нас начались другие занятия.

И они пошли вперёд, держась за руки, а солнце светило им в спины, словно благословляя этот день — самый страшный, самый нелепый и самый счастливый день в жизни Кими.