Опять исчез?

[В этом снимке ты не герой]

Жизнь профессионального героя была насыщена - все знали это. Преступления никого не ждали, инциденты вспыхивали по всей Японии один за другим с тяжелым усилием на остановку. Злодеи особенно любили создавать проблемы во время праздников - по какой причине, вы не знали. Но это означало, что Катсуки был вне дома больше, чем обычно. Ты знала, он любил брать больше миссий чем было нужно, нагружая себя работой после основной. Ты знала, что он хочет показать, что он лучше, чем его напарники - а именно бедные Мидория и Тодороки - но ты также знала, он любитель побыть на ногах.

Это должно было быть удивительным, когда он сказал тебе, что уезжает на месячную миссию. Но этого не произошло, практически. Ты давно уже привыкла чувствовать разочарование примерно в это время года.

- Малышка, это всего лишь на месяц: я вернусь, ты опомниться даже не успеешь - проговорил он тебе, пока клал несколько пустых тарелок на кухонный стол. Он приготовил ужин на сегодняшний вечер - твое любимое блюдо - и ты почти продумала, что сделал он это, хотя рассказать тебе плохие новости. Ты вздохнула, события остальные тарелки и подошла к раковине, начав мыть их.

- Я знаю, знаю. Ты должен делать то, что должен, — пробормотала ты, ставя столовое серебро и подходя к раковине. Струя холодной воды разбивалась об руки, пока ты брала и промывала тарелки. Неприятное чувство, однако, скрутило все внутри твоей груди, неприятно, но знакомо. - Это нормально. Ты вернешься хотя бы незадолго до Рождества?

- Кто знает. Я не могу рассказать тебе детали об этом, но мы выслеживали этих ублюдков месяцами. - Он подошел к тебе сзади, чтобы положить оставшиеся тарелки в раковину. Ты чувствовала его дыхание прямо за тобой, его грудь прижималась к твоей спине. Ты пыталась не реагировать слишком сильно, фокусируя свое внимание на холоде воды, и на мыле, которое ты намыливала на свою маленькую губку. Он знал, какой сильный эффект он производил на тебя, однако, наклонив свою голову ниже к изгибу твоей шеи, понял, как ты стараешься подавить дрожь.

Он прошептал твое имя против твоего лица, горячее дыхание заставило пробежать мурашкам по открытым частям плеч. Ты раздраженно и резко выключила кран, вытерла свои руки об футболку, после чего повернулась, чтобы устремить на него нерешительный взгляд. На его лице была кривая ухмылка, его ладони пытались найти путь к твоим бедрам, пока ты противостояще скрестила свои руки на груди. Он любил дразнить тебя этим, и ты знала это.

- Я знаю, ты не можешь игнорировать свою работу, но, — ты немного опустила плечи, расцепив руки. - опять так близко к Рождеству? Реально?

Он закатил глаза, теребя пальцами край твоей футболки. Он знал, это делает тебя грустной, когда он уезжает в это время года. - Это не значит, что я могу, черт возьми, просто сказать нет.

- Ладно, я понимаю. - возразила ты. Часть тебя уже хотела сдаться, зная, что никакие твои слова не заставят его остановиться. В любом случае это проигранная тобой битва. Ты смирилась с моментами, похожими на этот, когда согласилась встречаться с этим вспыльчивым ублюдком.

Он наклонился еще ниже, его белокурые волосы защекотали твой лоб, пока он пытался поймать твой взгляд. Ты снова вздохнула, повернув голову, чтобы увидеть малиновый цвет его радужек глаз. Ты обвила свои руки вокруг его шеи, одна из твоих ладоней зарылась в мягкие шипы его волос, теребя пряди в его обожаемых местах.

- Когда ты уезжаешь? - ты выдохнула, почувствовав мягкость его губ, которые приблизились, но не слишком близко, к твоим собственным. Его руки прошлись по твоей пояснице, тепло просочилось сквозь одежду на твою кожу.

- Завтра утром, — пробормотал он, и его дыхание обдало твои щеки. Ты хотела отпрыгнуть назад от удивления, широко распахнуть глаза и воскликнуть в шоке от того, что это произошло так скоро. Но ты ожидала этого. Повторение этого на протяжении последних лет привело к тому, что ты впала в состояние ожидания от его склонности говорить тебе подобные вещи так быстро. Ты просто промурлыкала, позволяя ему побаловать тебя несколькими трепетными поцелуями, нежно прижатыми к твоим губам - это был его способ извиниться за свое отсутствие.

А на следующее утро ты проснулась и обнаружила, что лежишь одна в своей постели, а простыни с его стороны кажутся неестественно холодными.

К сожалению, ты привыкла к тишине, которая всегда царила в вашей общей квартире. Из-за холодов, которые витали в воздухе, они заставляли чувствовать себя несколько меньше, чем обычно.

Ужинаешь перед телевизором, а не за кухонным столом, с теплотой глядя на его фигуру, сидящую напротив тебя. Иногда тебе казалось, что эта квартира слишком велика для вас двоих, но это ощущалось только в те дни, когда ты была одна. В такие моменты ты скучала по нему. Но ты не была настолько эгоистична, чтобы вцепиться в него и запереть дома, зная, что он меняет мир к лучшему, сражаясь со злодеями. Ты лишь хотела, чтобы его задания перестали выпадать так близко к праздникам. В том, что он работал, не было ничего плохого, но разве он не мог попытаться спланировать подобные вещи пораньше? Или даже позже?

Вы отбросили свои чувства, не желая быть назойливой. Раздражающей. С тобой все было в порядке, твердила ты себе. Ты могла справиться с одиночеством.

День за днем, ночь за ночью ты бродила по дому, пытаясь не обращать внимания на мучившие тебя чувство разлуки. Ты с головой ушла в свою работу, выкраивая минутку, чтобы иногда звонить Кацуки и проведать его. Он не всегда отвечал. Ты ожидала и этого. Ты тоже не всегда была на связи. Ты старалась не беспокоить его слишком часто, но это было трудно, очень трудно. Ты жаждала его присутствия, его теплых прикосновений к своей коже, но знала, что тебе просто нужно смириться с этим. Снова и снова, год за годом. В этом не было ничего нового.

Ноябрь сменился декабрем, а вместе с ним и мерцающими огоньками, которые украсили деревья и знаки "Стоп". Вам нравилось гулять по ночам, разглядывая украшения, которыми были украшены дома семей. Это вызывало у вас чувство тоски, когда вы наблюдали, как дети играют во дворе перед своими домами, лепят снеговиков или помогают родителям устанавливать пластиковых оленей. Атмосфера веселья была приятной, и вам немного подняло настроение то, что вы оказались среди людей, которые явно наслаждались духом Рождества. Это так сильно контрастировало с пустотой, которая встретила вас, когда вы вернулись домой. Темнота, которую вы пытались рассеять, развешивая гирлянды вдоль стен. Вы вытащили из хранилища маленькую рождественскую елку, которую вы с Кацуки купили некоторое время назад. Ты вспоминала о том первом и последнем разе, когда вместе с ним украшали елку - до того, как его работа стала слишком навязчивой, — пока машинально развешивала украшения, отражавшие твое задумчивое выражение лица.

К тому времени, как вы закончили устанавливать елку, вы были покрыты блестками и маленькими кусочками блестящего пластика. Стоя перед ней, твои глаза блестели от всех цветов и огней, которые выделялись на фоне искусственных листьев. Ты почти чувствовала, как рука Кацуки обвивается вокруг твоей талии, когда он стоял рядом с тобой, любуясь плодами твоего труда.

- У нас определенно лучше, чем у чертова Деку, — сказал он в то первое Рождество. - Мы отличная команда, детка.

Ты отвернулась от елки, отгоняя воспоминания, и взяла несколько венков и чулок, чтобы украсить ими дверь и стены. Ты была эмоциональна без всякой причины, мысленно упрекая себя за это. Не похоже, что он ушел навсегда.

Твой марафон одиночества был прерван, на рождественской неделе - стуком в дверь. Ты просматривала рецепты на своем телефоне, пытаясь придумать, что приготовить на ужин. Бросив телефон на диван, ты направилась к двери, чтобы посмотреть, кто это.

- Привет, [Имя]! - Как только вы открыли дверь, вас приветствовало улыбающееся лицо Киришимы. - Надеюсь, вы не возражаете против нашего вторжения. Мы принесли немного еды! - Ашидо появился у него за спиной, размахивая несколькими пакетами с едой на вынос.

- Привет, ребята. - Ты растерянно моргнула при их появлении, но все же отступила в сторону, чтобы впустить их в свою квартиру. - Что... привело вас сюда?

- Просто хотела посмотреть, как у тебя дела! - Ашидо улыбнулась, снимая туфли. Киришима радостно вздохнул, почувствовав, как тепло окутало его холодное тело, когда он вошел в твою квартиру.

- Ого! Ты украсила у себя? - Спросил Киришима, восхищаясь лампочками и украшениями, которыми были украшены стены. Ашидо направился прямиком к кухонному столу, чтобы начать распаковывать продукты.

- Да, — ты пожала плечами, и, как ты надеялась, небрежно. - Это немного меня отвлекло.

- Выглядит великолепно! - Киришима улыбнулся тебе и махнул рукой, приглашая к столу. - Давай поедим, пока еда не остыла.

- Это было странно, — подумала ты, усаживаясь за стол и передавая по кругу контейнеры, чтобы наполнить тарелки. Странно, но не неприятно. До этого самого момента ты не осознавала, насколько сильно твое стремление к физическому контакту. Ты чувствовала себя немного легче, находясь рядом с Ашидо и Киришимой, их присутствия было достаточно, чтобы прогнать призраков, которые бродили по твоей квартире. Они болтали о том и о сем, спрашивали, как у тебя дела и чем ты занималась. Вы заметили, что они были не в форме героев, а в обычной одежде. Вы подумывали о том, чтобы спросить их, почему они решили появиться ни с того ни с сего. Но, к счастью для вас, Ашидо объяснил достаточно быстро.

- Не говори ему, что мы тебе рассказали, но Бакуго попросил нас проведать тебя, — сказала Ашидо, улыбаясь и подмигивая, когда она доедала последние кусочки из своей тарелки. - У короля взрывных убийств есть сердце, кто бы мог подумать!

- Да, извини, что мы приходили не так часто, как хотелось бы, — извиняющимся тоном произнес Киришима. Он почесал затылок. - С Бакуго и Мидорией на этой миссии было очень тяжело работать.

Ты отмахнулась от его беспокойства, и в глубине души тебе стало немного теплее от его слов. - Не переживай из-за этого, я понимаю! Я рада, что вы решили ненадолго заскочить, я ценю это.

Они задержались еще ненадолго, обсуждая планы на Новый год, поскольку Каминари, очевидно, подумывал о том, чтобы устроить небольшую вечеринку у себя дома. Какое-то время вам нравилось общаться с ними, но в конце концов им пришлось уйти, пообещав вскоре навестить вас снова. Ты помахала им рукой, когда они скрылись за дверью вашего дома, затем обернулись, чтобы еще раз взглянуть на свою пустую гостиную.

Это было приятно, но, в конце концов, это была всего лишь временная передышка.

Вскоре наступил канун Рождества, и ты обнаружила, что сидишь в темноте и в одиночестве смотришь дурацкие праздничные фильмы. Снаружи начал тихо падать снег, покрывая улицы тонким белым слоем. Ты сжимала в озябших руках кружку с горячим шоколадом, время от времени отхлебывая из нее.

Родители Кацуки заезжали раньше, чтобы привезти подарки для вас двоих. Мицуки была не очень рада отсутствию сына, но могла только обнять тебя и пообещать, что ради тебя вразумит своего отпрыска. Однако они знали, что быть профессиональным героем нелегко, поэтому мало что могли сделать. Хотя вам и нравилось общаться с ними некоторое время, их уход, казалось, оставил после себя еще большую пустоту в вашем сердце.

Когда часы пробили полночь, ты, наконец, решила отправиться спать. Выключив телевизор, ты встала с дивана и направилась в ванную, чтобы заняться своими ночными делами. Ты устала, но это было ничто по сравнению с болью, которую ты чувствовала в груди. Было ли эгоистично с твоей стороны желать, чтобы он был дома? Возможно. Ты всегда ловила себя на том, что говоришь, что в следующем году все будет по-другому, что ты сможешь провести с ним время в канун Нового года. Но этот ежегодный распорядок никогда не менялся, и ты невольно становилась все более и более довольной сложившейся ситуацией. Просто в том, чтобы провести Рождество с теми, кого вы любите, было что-то такое, чего вы не могли заменить, несмотря ни на что.

Глубоко вздохнув, ты плюхнулась на свою слишком большую кровать, завернувшись в одеяло. Ты взглянула на пустую половину кровати Кацуки, так долго не тронутую. Ты не осмеливалась спать на ней. Повернувшись на бок, ты повернулась лицом к стене и свернулась калачиком, надеясь погрузиться в сон, который продержит тебя в плену несколько дней.

В какой-то момент ночи, как раз перед тем, как лучи солнца пробились сквозь занавески на окне спальни, ты обнаружила, что проснулась. По какой причине, ты не знала, но твою талию окутало странное тепло. Если прислушаться как следует, и можно было услышать тихое дыхание, которое не принадлежало тебе, почувствовать легкие дуновения воздуха на затылке.

Медленно, очень медленно ты обернулась, моргая в темноте комнаты, лишь слегка освещенной луной. Тебя приветствовало спящее лицо Кацуки, его голова была прижата к твоей так близко, что его волосы щекотали твои щеки. Он крепко прижимал тебя к себе, а ноги были беспорядочно переплетены. Ты внимательно наблюдала за ним, замечая беспорядок в его волосах и темные круги под глазами.

Твоя рука легла на его лицо, большим пальцем нежно поглаживая кожу на щеке. Он слегка пошевелился, но не проснулся, усталость явно пробрала его до костей. Он обнял тебя чуть крепче, чем раньше, и ты обнаружила, что все одиночество и тоскливая грусть, которые окутывали твое сердце в течение последнего месяца, с легкостью растаяли.

С легкой улыбкой на губах ты прижалась головой к его подбородку, крепко обхватив его руками. Как будто, если бы твоя хватка была чуть слабее, он бы выскользнул из нее.